Jump to content

Leaderboard


Popular Content

Showing content with the highest reputation since 07/03/20 in Blog Entries

  1. 2 points
  2. 1 point
    песня нашей истории Это начало песни, Песни о нашей истории; Это открытая дверь – Входи и смотри… Я человек, Не обезьяна. Обезьяны не женятся и замуж не выходят. Я человек, Не муха на подоконнике. Давай узнавать друг друга на другом основании. Если да-да – Любите во славу Божию! Если нет-нет – Мы ничего не теряем, Никто никого не оскорбляет, Никто никого не использует. Разумно да будет! Дай свою руку, Открой своё сердце, Этот танец начало песни, Песни о нашей истории… Февраль 2020 Табулатура.pdf
  3. 1 point
    "Простираясь к вящему подвигу, он возымел ревность стоять на камне, в подражание преподобному Симеону Столпнику. Камней, на которых он стоял, было два. Один находился в самой келлии (который по кончине его положен по словесному его завещанию на его могиле), другой — в лесу, на половинном расстоянии от обители к его келлии. Образ стояния его был таковой: на одном камне, что был у него в келлии, стоял он с утра до вечера, сходя с него только для принятия пищи, какую приносил ему усердствовавший к нему брат из монастыря. На другом же стоял с вечера до утра и с воздетыми горе руками, взывая к Господу Богу мытаревым гласом: Боже, милостив буди мне, грешному (Лк. 18, 13). В таковом подвиге он находился тысячу дней и тысячу ночей (о сем подвиге он сказывал многим из братий), от чего и получил в ногах болезнь, которая продолжалась до самой его кончины. Подвиг сей проходил он так тайно, что в продолжении его стояния никто не мог знать о сем. В последствии же времени открыл это он некоторым из братий. Один брат возразил старцу, будучи удивлен таковым подвигом, что это превосходит силы человеческие. Отец Серафим, указав на пример Симеона Столпника, присовокупил: «Сей подвижник благочестия лет стоял на столпе, а мои труды похожи ли на его подвиг?» Тогда тот же брат спросил старца: «Конечно, в этом подвиге для него ощутительна была помощь укрепляющей благодати, иначе не достало бы сил человеческих?» На сие старец отвечал: «Точно так, внутренно подкреплялся и утешался я тем небесным даром, который снисходит свыше от Отца светов, — и помолчав, присовокупил. — Когда умиление есть, то с нами Бог»". Примечание: Повествование о стоянии на камнях принадлежит Иоасафу (Тихонову), который сообщал, что старец Серафим ему «открыл дивный свой подвиг» за несколько месяцев до кончины и «попросил найти тот камень, на котором он бдел 1000 ночей» (Иоасаф, 1849, с. 70-74). Однако из сохранившихся материалов следует, что настоятели Саровской пустыни ничего не знали об этом подвиге. В архиве Саровского монастыря находится черновик ответа игумена Нифонта на запрос Тамбовского преосвященного о старце Серафиме, в котором отмечено, что «те обстоятельства из жизни его, кои могли быть видимы, я не отвергаю, а о невидимых бывших ему духовных видениях и о том, как он в пустыньке якобы тысячу дней и нощей на камнях молился, неизвестен» (Степашкин, 2002, с. 40. Ср.: Житие, 1863, с. 71 — Чичагов, 1903, с. 82). Более подробно об этом пишет настоятель Исайя (Путилов)* в своем письме иеромонаху Авелю (Ванюкову) от 7 декабря 1849 г., который называет повествование «о камне на коем будто стоял Серафим 1001 ночь», которое в 1849 году было опубликовано Иоасафом (Иоанном) Тихоновым в составе других сказаний, «выдумкой» автора и поясняет: «Истинное понятие о камне (которой можно назвать камнем претыкания, по причине неправой разгласки Иваном Тихоновым, будто на этом камне о<тец> Серафим стоял тысячу и более дней и ночей на молитве) следующее: о<тец> Серафим, когда только начал пустынную отшельническую жизнь в отдаленной от монастыря келлии, то имел правило молитвенное чрезвычайно продолжительное (по его словам, одному близкому тогда монаху Авелю сказанных, именно: стоял неподвижно по 17 часов). И в таком положении подвизался более 3-х лет неизменно, с 1804 по 1808 год. А когда от напряжения ноги его отекли, сделались в ранах, то он такое правило уменьшил. Вот, впоследствии, и повторял старец в своей беседе: «Было время, Серафим стоял в своем правиле более тысячи ночей, как камень неподвижно». Эти слова и теперь у некоторых на памяти. Но ложный ученик иначе о камне разъяснил. Теперешний камень для Ивана превратился в бриллиант.» (ОР РГБ, ф. 213, к. 96 (материалы Моисея Путилова), ед. 5, л. 1 об., 2). "Преподобный Серафим Саровский. Жизнь и подвиги". Москва, 2004 г. * Саровский настоятель Исайя (Путилов) - родной брат оптинского старца преподобного Моисея (Путилова)
×
×
  • Create New...