Jump to content

Ника

Пользователи
  • Content Count

    785
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    11

Posts posted by Ника


  1. Из книги "Моя Америка" Александра Дворкина. Из воспоминаний о Сергее Сергеевиче Верховском.

     

    «Общение с ним можно было сравнить со струей холодного душа. Я был тогда еще только неофитом, романтиком, а Сергей Сергеевич всегда охлаждал мои порывы. 

    ...

    В частности, он помог мне излечиться от увлечения Серебряным веком русской литературы, указал на темную, оккультную сторону декадентства, которую я прежде предпочитал не замечать. 

     

    Очень кстати о темной стороне Серебряного века.

    Любого автора можно по-настоящему понять только в контексте эпохи. Возвращаясь к теме, надо сказать, что наш Есенин был как раз "плоть от плоти" этого культурного феномена, и наивно думать, что он был просто светлым человеком, только как-то ошибся с некоторыми своими произведениями, чего-то не допоняв в религиозной жизни. Он, как и все его современники, был и носителем, и проводником того самого духа эпохи, никуда не деться от этого )


  2. Не стоит защищать Есенина от его собственного творчества.
    "Инония" - это антирелигиозная поэма, но смыслы там гораздо глубже просто богохульства. Речь идет о тонком прозрении будущего, где воцарится "новый Спас", а старый мир псевдорелигиозным путем превратится в царство новой справедливости. Так и вышло в скором времени.


  3. Из письма Г. А. Панфилову  (ноябрь 1912 г. Москва):  "Гриша, в настоящее время я читаю Евангелие и нахожу очень много для меня нового... Христос для меня совершенство. Но я не так верую в него, как другие. Те веруют из страха: что будет после смерти? А я чисто и свято, как в человека, одаренного светлым умом и благородною душою, как в образец в последовании любви к ближнему."

     

    Это была особая черта большинства творческих людей того времени - воспринимать Иисуса Христа как высоконравственную личность, учителя жизни, и преклоняться перед "лучшим из людей", не принимая Его как Бога. Тогда казалось, что это возвышенно и безобидно. Но все так мыслящие, сами того не понимая, были немного антихристами, предвосхищавшими страшные события 1917 года.

     

    Как пишет апостол Иоанн Богослов:

    "И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов... Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это антихрист, отвергающий Отца и Сына" (1Ин. 2; 18, 22).

     

    Приведенное Вами письмо относится к 1912 году, а буквально через несколько лет Есенин выскажется уже со всей определенностью:

     

    "Не устрашуся гибели,

    Ни копий, не стрел дождей, -

    Так говорит по Библии

    Пророк Есенин Сергей.

     

    Время мое приспело,

    Не страшен мне лязг кнута.

    Тело, Христово тело,

    Выплевываю изо рта.

     

    Не хочу восприять спасения

    Через муки его и крест:

    Я иное постиг учение

    Прободающих вечность звезд.

    Говорю вам - вы все погибнете,

    Всех задушит вас веры мох.

    По-иному над нашей выгибью

    Вспух незримой коровой бог.

    Новый на кобыле

    Едет к миру Спас.

    Наша вера - в силе.

    Наша правда - в нас!"

     

    ("Инония", 1918 год)

     

    Собственное понимание Христа, вне Церкви, очень быстро привело людей к выводу, что "наша правда - в нас" и сделало двадцатый век одним из самых страшных в истории.


  4. Гостиница #2, вторая полка. Над головой мерцает огонек лампы дневного света. Пытаюсь заснуть. Мои соседки спать явно не хотят, и деваться от этого некуда...
    "Вот, исповедалась сегодня. Народу-то понаехало! А он все своих из очереди выбирает, а мы стоим, как придурки. Ахаха." - "А Вы съездите к Герману!" - "К какому Герману?!" - "В Посад, на отчитку!" - "Зачем??" - "Вы знаете, я когда первый раз ехала, тоже не понимала, а теперь, знаете, все стала понимать..." - "Нет, я здесь поговорила. С этим... Вот как их, они как ангелы с крыльями... Ев... Как его? Евф.. Евфимий!" - "Ааа..."

    Тут я, видимо, утратила нить разговора. Реальность восстановилась в середине ночи, когда келью прорезал широкий луч света. К нам вошла маленькая бабулечка и целенаправленно свернула направо, к нижней полке.
     
    - Женщина, Вы куда? - возмутились соседи.
    - Тут мое место! -  уверенно говорит бабушка.
    - Вы ошиблись, матушка!
    - Ой, я заблудилась... Куда ж я теперь пойду? - и бабулечка пытается устроиться на занятой нижней полке...

    Шум услышала дежурная и поспешила к нам... "Кто не на своем месте? Покажите ваши талоны!"

    В наших рядах негодование и беспокойство. Оказывается, кто-то потерял талон... Я пытаюсь убедить дежурную, что мой талон в сумке.
    "Искушение!" - шепчет одна из соседок и пытается зажечь свет...
     
    Утром, после службы, все совершенно меняется. Накрытые благодатью, обитатели кельи становятся как родные, радуются друг другу, делятся просфорками и смеются над нашими гостиничными "искушениями".
    "Ах, это ты, в капюшоне?" - добродушно говорит мне наша заблудившаяся бабушка, которую все же препроводили на ее законное место в другую келью. "Нет, - говорю я, - я со второй полки..." )))
    Все очень довольны.

    6805005.jpg

    • Like 1

  5. Мне кажется, и к этой теме, и вообще интересно почитать "Дневники" прот. Александра Шмемана, очень много там мыслей о христианстве как о жизни с избытком, о свободе, о радости. Интересен еще очень своей полемичностью.


    "Отождествление веры, христианства, Церкви с "благочестием", с какой-то одновременно сентиментальной и фанатической "религиозностью" - как все это утомительно, так же как разговоры об "уставе", о "духовности", весь этот испуг, рабство. "Жизнь с избытком", Царство Божие - низведенные на степень благочестия. И за всем этим - этот страстный интерес к самому себе, к своей "духовности". Всегда занимающий меня вопрос - почему все это столь многих людей так неудержимо привлекает?" ("Дневники", 1977 год)


  6. Моя старшая Т. одела очки и скромно так стала всматриваться в мою водолазку. Говорит: «Представляешь,  у меня кто-то такую же водолазку стащил»..Я: «Вот это да, этот человек обязательно ответит»..Она берётся за мой рукав, а там воск от свечи, который упал ей на руку, когда она канон убирала..Она промолчала..Стала молиться и плакать..

    Наташа, :good2000:

    Это как на приходском складе гуманитарной помощи спрашивают: "А какой у Вас размер ноги?" - "А, какой принесут..."


  7. Исповедаю аз многогрешный (имя) Господу Богу и Спасу нашему Иисусу Христу и тебе, честный отче, вся согрешения моя и вся злая моя дела, яже содеял во все дни жизни моей, яже помыслил даже до сего дня. 

    Согрешил: (далее по списку)

     

    А как быть с традицией непосредственно перед исповедью складывать руки крестообразно на груди, поворачиваться к оставшимся исповедникам, кланяться и говорить: "Простите меня, честные отцы, братья и сестры"?


  8. Первый город, кстати, построил Каин - со всеми вытекающими.

    Все-таки Христос в Новом Завете уврачевал город, и теперь кроме Вавилона у нас есть Новый Иерусалим. В каком городе из двух мы живем - вопрос духовной жизни.

     

    "Егда же огненныя языки раздаяше, в соединение вся призва" - в городе это было )


  9. С. Аверинцев. «О духе времени и чувстве юмора»

    «Как знает всякий, ни магнита, ни источника тока не бывает и не может быть без противоположности взаимосоотнесенных полюсов. Положительный полюс мгновенно перестает существовать, если отнять полюс отрицательный, и наоборот. Только из противоположности, из полярности, из напряжения возникает игра энергий. <...>

    Нет и не может быть юмора без противоположности взаимосоотнесенных полюсов, без контраста между консервативными ценностями — и мятежом, между правилом — и исключением, между нормой — и прагматикой, между стабильными табу унаследованной этики — и правами конкретного, единократного, действительного; и притом необходимо, чтобы эта противоположность воспринималась достаточно остро, чтобы она вправду доводила до слез — но и до смеха, иначе — какой уж юмор? А это значит, что человек способен к юмору в том случае и в той мере, в которой он остается способным к соблюдению заветов и запретов.

    Неспроста к лучшим проявлениям человеческого юмора принадлежат клерикальные анекдоты. Ощущая себя в самой непосредственной близости табу, часто погружаясь в волны густого запаха святыни, человек нередко получает особенно благоприятное расположение к юмору. ( :))  И далеко не случайно обнаруживается, что качество клерикальных анекдотов состоит в прямой зависимости от реальной заинтересованности той или иной нации или группы в религиозных материях. В мире католическом особенно хороши клерикальные байки, скажем, у ирландцев, у поляков... (Вот ирландка спускается по ступеням церкви после исповеди и причастия, а на нее накидывается с бранью ее местная врагиня. Она отвечает: “Как нехорошо с твоей стороны нападать на меня сейчас, когда я в состоянии благодати. Но смотри, долго я в этом состоянии не пробуду!”)

    Адогматическое христианство способно, пожалуй, на подлинную нравственную высоту. На что оно не способно, и притом по самой своей сути, так это на чувство юмора. Чтобы отыскать смех, парадокс, дерзновенную, вибрирующую на границе кощунства игру мыслей, придется направиться к какому-нибудь старомодному защитнику догмы... Чтобы дерзновение оставалось вправду дерзновением, а не симуляцией дерзновения, юмор должен постоянно ощущать себя в присутствии столь же подлинной, жесткой, непоблажливой серьезности. <...>

    Подведем итоги: если диалектическую предпосылку юмора и комического составляет неуступчивая, неподатливая серьезность, то, напротив, столь типичная для нынешнего времени вездесущая, монотонная, всеми принятая и никого больше не шокирующая, даже и не привлекающая к себе ничьего внимания фривольность, в сфере которой уже ничто не бело и не черно, а только серо, означает конец юмора»...


  10. Вчера как-то неожиданно обратила внимание на купола переделкинских храмов - похожие и совершенно разные, как зеркала двух эпох.
     
    c5e8cc650020.jpg и 4a69b8414fb0.jpg

    Старые купола 19 века - оригинальны (хотя они и выполнены под "Василия Блаженного"), "уютны", спокойны, радостны. Кресты на них резные, тонкой работы. Эта русская старина умиротворяет, в ней чувствуется спокойное величие и вместе с тем - шутка, задор. Вид куполов говорит о том времени, когда вера была чем-то естественным, "домашним" для внешнего наблюдателя.

    Купола нового храма, построенного несколько лет назад, стилизованы под старый храм.
    Одна и та же идея, но насколько различно воплощение! Очевидно, что произошла катастрофа, после которой ромбики старого храма вытянулись и превратились на новом в шипы. Из них к небу вырастает крест... Другой купол-повтор (зелено-желтый) оброс чешуей, она же покрывает и центральный синий купол, и крышу. На смену голубиной простоте пришла змеиная мудрость... Кресты уже не имеют былого изящества. Общий вид куполов скорее холодный и "электрический". Потеряно что-то естественное, как будто из архитектуры ушла теплота (или мы сейчас "не можем ее себе позволить"), а стилизация под старину как будто фальшивит и выдает совсем другое звучание... Это то, о чем писал Бунин в дни русской революции: "Наши дети, внуки не будут в состоянии даже представить себе ту Россию, в которой мы когда-то (то есть вчера) жили, которую мы не ценили, не понимали, – всю эту мощь, сложность, богатство, счастье"…

    Может быть, в этой архитектурной монументальности, панцире-броне, скрыты те раны безбожных лет, которые еще живы в памяти Церкви. А два памятника во дворе нового храма - страстотерпцу князю Игорю и священномученику митрополиту Филиппу - как будто это подчеркивают...


  11. Я уже пытался обсуждать тему, есть ли Бог. На мой взгляд, это вопрос недоказуем.

     

    Кстати, насчет убеждения, отрывок из И. Ильина:

    «Нельзя начать веровать в силу логических, отвлеченно умственных доказательств или аргументов. Рассудочные доказательства могут только разрушить умственные сомнения, да и то только в том случае, если все сомнения проистекают из умственного источника и имеют разумные основания. Вера не дается доказательствами. Ибо источник веры не в рассуждении, а в предметном горении сердца. В этом основное отличие православия от протестантизма.

    Одно несомненно – что никакое волевое напряжение не может отверзнуть духовно незрячие очи и не может вызвать к жизни глубинный огонь любви. Вера не дается волевому нажиму. Ибо источник веры не в волевом решении («буду веровать»), а в силе действующей любви».

×
×
  • Create New...