Jump to content

GlebYanchenko

Пользователи
  • Content Count

    390
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    5

Blog Entries posted by GlebYanchenko

  1. GlebYanchenko
    И́же Кресто́м огражда́еми, врагу́ противля́емся, не боя́щеся того́ кова́рства, ни лови́тельства: я́ко бо го́рдый упраздни́ся, и попра́н бы́сть на Дре́ве си́лою распя́таго Христа́.
     
    (Октоих. Глас 6-й. Пятница, Стихиры Кресту)
     
    Крест Твой Господи, освяти́ся: Тем бо бывают исцеления немощству́ющым грехми́: сего́ ра́ди Тебе припа́даем, поми́луй нас.
     
    (Октоих. Глас 6-й. Среда, Седальны Крестны)
     
    Господи, оружие на диа́вола Крест Твой дал еси́ нам: трепе́щет бо и трясе́тся, не терпя́ взира́ти на си́лу его: яко ме́ртвыя возставля́ет, и смерть упраздни́. Сего́ ра́ди покланя́емся погребе́нию Твоему и воста́нию.
     
    (Октоих. Глас 8-й. Воскресение, На хвалитех стихиры воскресны)
     
     
    "..После вечерних молитв батюшка пел «Иже крестом ограждаемии» и держал перед нами написанную от руки молитву, чтобы мы пели тоже. На «Господи, оружие на диавола, Крест Твой дал еси нам» переходил на терцию выше, чтобы было на два голоса, но мы честно переходили за ним на терцию выше, и никогда на два голоса не выходило.."
     

    Монахи - возлюбленные дети Господни. Глава "Иеромонах Рафаил (Огородников)"


     
    О. Василий (Росляков) так же читал молитву "И́же Кресто́м огражда́еми", как свидетельствует его друг в этой замечательной беседе:
  2. GlebYanchenko
    - Но зачем же тогда все бесконечные мириады звёзд над нами?
    - Это для того, чтобы мы, взирая на них, постигали всемогущество Божие..(о.Рафаил Огородников)
     
    Предлагаю повзирать на мириады звезд в этом прекрасном видео, при этом советую выключить звук и включить это песнопение
    http://www.optina.ru/audio/spb_1/02_Track.mp3
     
    https://youtu.be/8WDccXyPxWk
  3. GlebYanchenko
    "Однажды в коконе появилась маленькая щель, случайно проходивший мимо человек долгие часы стоял и наблюдал, как через эту маленькую щель пытается выйти бабочка.
    Прошло много времени, бабочка как будто оставила свои усилия, а щель оставалась такой же маленькой. Казалось, бабочка сделала все что могла, и что ни на что другое у нее не было больше сил. Тогда человек решил помочь бабочке, он взял перочинный ножик и разрезал кокон. Бабочка тотчас вышла. Но ее тельце было слабым и немощным, ее крылья были прозрачными и едва двигались. Человек продолжал наблюдать, думая, что вот-вот крылья бабочки расправятся и окрепнут и она улетит. Ничего не случилось! Остаток жизни бабочка волочила по земле свое слабое тельце, свои нерасправленные крылья. Она так и не смогла летать. А все потому, что человек, желая ей помочь, не понимал того, что усилие, чтобы выйти через узкую щель кокона, необходимо бабочке, чтобы жидкость из тела перешла в крылья и чтобы бабочка смогла летать. Жизнь заставляла бабочку с трудом покидать эту оболочку, чтобы она могла расти и развиваться. Иногда именно усилие
    необходимо нам в жизни. Если бы нам позволено было жить, не встречаясь с трудностями, мы были бы обделены и у нас не было бы возможности взлететь."
  4. GlebYanchenko
    Некто из фарисеев просил Его вкусить с ним пищи; и Он, войдя в дом фарисея, возлег.
    И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром
    и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром.
    Видя это, фарисей, пригласивший Его, сказал сам в себе: если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница.
    Обратившись к нему, Иисус сказал: Симон! Я имею нечто сказать тебе. Он говорит: скажи, Учитель.
    Иисус сказал: у одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят,
    но как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его?
    Симон отвечал: думаю, тот, которому более простил. Он сказал ему: правильно ты рассудил.
    И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отерла;
    ты целования Мне не дал, а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги;
    ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги.
    А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит.
    Ей же сказал: прощаются тебе грехи.
    И возлежавшие с Ним начали говорить про себя: кто это, что и грехи прощает?
    Он же сказал женщине: вера твоя спасла тебя, иди с миром. (Лк. 7. 36-50)
  5. GlebYanchenko
    Полезнее, чем все поминовения и заупокойные службы, которые мы можем совершить за усопших, будет наша внимательная жизнь, та борьба, которую мы совершаем ради того, чтобы отсечь свои недостатки и очистить душу. Ведь результатом нашей свободы от вещей материальных и от душевных страстей будет не только то, что сами мы почувствуем облегчение. Облегчение получат и усопшие праотцы всего нашего рода. Усопшие испытывают радость, если их потомок живёт с Богом. Если мы не находимся в добром духовном состоянии, то наши усопшие родители, дед и прадед, все наши предки страдают. «Посмотри-ка, как живёт наш потомок!» – говорят они и расстраиваются. Однако, если мы находимся в добром духовном устроении, они радуются, потому что были сотрудниками Бога в нашем рождении и Бог некоторым образом обязан им помочь. То есть усопшим доставит радость, если мы предпримем подвиг и постараемся благоугодить Богу своей жизнью. Поступая так, мы встретимся с нашими усопшими в Раю, и все вместе будем жить в жизни вечной.
    Из этого следует, что стоит трудиться и вести брань с нашим ветхим человеком, чтобы став новым, он уже не вредил ни себе, ни другим людям, но помогал и себе, и другим – будь они живые или усопшие.
     
     
    Самой великой панихидой за мир и за наших усопших предков является наше духовное преуспеяние, потому что тогда они имеют право на Божественную помощь, не говоря уже о нашей молитве, имеющей дерзновение, и радости, которую испытывают наши прародители за нас, - предмет своей похвалы. И напротив, от нашей худой жизни они страдают в три раза сильнее.
     
     

    Старец Паисий Святогорец


  6. GlebYanchenko
    Испросил я молитв и милости Матерския Владычицы ко мне и ко всем делам в помощь и во утешение вечное, да будет мне и сих святых великих, святой великомученицы Варвары и святой великомученицы Александры, просил молиться обо мне ко Господу Богу и ко Святой Владычице, да милостивы будут ко мне грешному. "Знаем, знаем немощи твоя, но и ты утренюй ко Господу Богу и ко всех Владычице Госпоже Богородице, Она бо есть Мати всех, кто к Ней прибегает, подает покров, благодать и утешение. А ты наше житие и страдания за Господа Иисуса, наносимое нам тогда от диавола и слуг его, все ли читал? Виждь, како Господь Сил прославился в немощных телесех слабых женских наших и в потоках крови излиянной. Истинно, дивен Бог во святых Своих. Аминь". И опять Владычица, мир подавши, благословила и благоизволила выйти, и святыя с Нею из келлии моей. И говорит Владычица: "Виждь, мученице Варваро, в Церкви Божией утреннее славословие совершается, во Храме святом Его".
     
    Из видения преп. Ионы Киевского
  7. GlebYanchenko
    Записано в Оптиной пустыни в 1991 г.
    Игумен Сергий (Рыбко)
     
    «Уже в пожилом возрасте я пришла к вере, стала ходить в храм. Однажды мне попалась книжечка “Беседа прп. Серафима Саровского с Мотовиловым о цели христианской жизни”. Там говорилось, что нужно подвизаться в совершении тех добродетелей, которые приносят благодать Святого Духа: если более благодати Божией дает молитва и бдение, то нужно бдеть и молиться, если много дает Духа Божия пост, надо поститься, если милостыня – творить милостыню. Я задумалась о том, какое же мое дело, что нужно делать, чтобы спастись? Стала молиться, чтобы Господь вразумил. Является мысль: нужно читать книги, написанные святыми людьми. Тогда я снова стала молиться, чтобы Господь открыл, какие именно книги нужно читать.
     
    Незадолго до этого одна из знакомых дала мне почитать книгу писем святителя Игнатия Брянчанинова. И вот появляется желание прочитать именно эту книгу. Я взяла ее и читала всю ночь: настолько оказалось близко душе все, что было там написано. Это было накануне воскресного дня, и, собираясь пойти на раннюю Литургию, в 5 часов утра я решила немного отдохнуть. Чтобы не проспать, не легла, а задремала в кресле. И тут, не знаю, во сне или наяву, я увидела следующее:
     
    Большая старинная толстая книга в кожаном переплете с застежками раскрылась передо мной. На чистых, глянцевой белизны листах книги появились чудной красоты драгоценности: золотые кольца, серьги с драгоценными камнями. Особенно привлекло мое внимание ажурной работы золотое яичко: внутри него было другое яичко, еще более чудное. Все эти драгоценности были удивительно сделаны, и я подумала, что никакая человеческая рука не могла их создать.
     
    Затем я задумалась о смысле видения и стала постепенно догадываться, что оно как-то связано с тем, что я читала в книгах святителя Игнатия. Тогда я спросила: “Господи, таковы творения епископа Игнатия?” И тут же как бы услышала в сердце ответ: “Да, таковы его книги, читай – и спасешься!”
     
    После этого я нашла возможность достать все книги свт. Игнатия, прочитала их, была на Толге для поклонения его святым мощам. Постепенно созрело желание монашества, я приняла иноческий постриг. Чувствую водительство свт. Игнатия во всей моей жизни».
  8. GlebYanchenko
    Зерцало иночества в жизни святого Алексия, человека Божия
     
     
    Начало монашества – оставление мира. Жертва всесожжения. Практика монашеского жития
     
    Жизнь святого Алексия, человека Божия, представляет нам зерцало монашеского жития в полном его совершенстве. Придите же, сестры, станем смотреться в сие зеркало; насмотревшись, поверим,5) все ли так есть у нас, как следует быть, чтоб потом в должном более утвердиться, недолжное отстранить, недостающее восполнить.
    Начало монашескому житию полагается оставлением мира и всего, что бывает уместно в сожительстве человеческом. Вступающий в монашество оставляет не греховное только и порочное, что обязан делать и всякий христианин, но и все естественное; оставляет отца, мать, родных и всякую житейскую сладость, становясь действительно в душе своей мертвым для всего. Вы знаете, как это необходимо и как без сего нельзя свободно действовать в монашестве, ощущая себя связанным, как бы по рукам и по ногам. Есть разные степени и разные способы сего отречения… Но почти все, отрекавшиеся истинно, находили более удобным, отрекаясь мира, совсем отдаляться от мира и всего житейского. Потому что, хотя сие святое дело предприемлется по преобладающей любви ко Господу и, следовательно, предполагает сердце занятым и плененным другими предметами, лучшими тех, которые оставляются, нельзя, однако ж, не чувствовать боли, когда оставляются связи естественные. Боль сия замирает отдалением, но снова оживает в силе встречею и видением. Потому оставаться пред лицом таких предметов и, однако ж, быть с ними в обязательном сердечном разделении — значит поставить себя в положение непрерывно болезненных ощущений. Но кто может понадеяться иметь всегда столько крепости в своем сердце, чтоб благодушно, в созидание себя, переносить сии болезни... Вот почему отрекающиеся мира все почти бегут в пустыни или за стены монастырей!
    Не таков был святой Алексий, человек Божий! Ему мало было идти общим путем. Он избирает для себя новый, сколько странный, столько же и высокий. Любил ли он отца, мать и невесту свою? Конечно любил и, может быть, сильнее, нежели сколько они любили его. Не по ненависти он оставил их, а потому, что был вящшею6) снедаем любовию ко Господу. Что ж, иссякла сия любовь, что он возвращается в дом отца?! Нет. Но она требовала новых жертв, как огонь требует постоянно подбавления новых горючих веществ, чтоб гореть пламеннее. И вот что дал он ей в пищу! Самые нежные, естественные чувства постоянно возобновляются в сердце его видением, слухом и самым пребыванием. Видел отца и, верно, порывался обнять его, но по любви к Господу подавлял сей порыв. Слышал вопль матери или сетование невесты и, верно, глубоко был возмущаем в сердце, но побеждал сию тревогу любовию ко Господу. Авраам болел сердцем, готов, однако ж, был принести в жертву сына, победив чувство родительское. Но если б и самым делом совершил он сию жертву, совершил бы ее однажды только. А человек Божий поминутно чувствовал самые сильные родственные чувства и поминутно приносил их в жертву Господу, как бы сам закалая свое сердце. Мученики крепко страдали; но, пострадав дни, месяцы, редко годы, отходили ко Господу на покой. Человек же Божий устроил себе сам страдание непрерывное — с той минуты, как вступил в дом отца, до той, как закрыл глаза свои. Он походил на того, кого резали бы ножом черта за чертою, или на того, кого стали бы строгать ногтями железными и не переставали строгать, или на того, кого бы обули в железные сапоги с острыми внутри гвоздьми и заставили ходить не останавливаясь, чтоб более и более раздирать болезненные раны. Он был в своем положении воистину жертва всесожжения. Горело в нем естество; огонь, в коем оно горело, был огнь любви ко Господу. Человече Божий! хвалить ли только нам тебя или, хваля, порываться и к подражанию?! Всячески, однако ж, отрекшиеся мира, станьте здесь и сами для себя решите: отрекшись мира, отреклись ли вы и от всего житейского, и отрекшись от сего, приносите ли тем жертву Богу – или только себе доставляете покой?
    Отрекшись от мира, вступают в обитель и начинают в ней притрудную жизнь в постничестве, молитвах и терпеливом послушании с отречением от своей воли.
    Это – практика монашеского жития и проба искусства пребывать в нем. Вступая в обитель, отрекаются от мира; в обители надо отрекаться от себя, отрекаться от своего живота всяким озлоблением плоти, отрекаться от своих желаний преданием себя терпеливому послушничеству, отрекаться от всех помышлений своих, ограничивая взор ума своего единым Богом, и отревая от него все, в молитвенном погружении его в Боге. Вы знаете, что так есть и что этим обнимается вся внутри стен монастырских провождаемая жизнь. Всякая из вас и проводит ее так по мере сил и усердия: по мере сил и усердия постничествует; по мере сил и усердия молится в церкви и дома; по мере сил и усердия послушничествует и блюдет неисходность из монастыря. Господь да благословит труды ваши. Трудитесь! — но не думайте, что, совершив однажды или несколько раз какие дела, вы как бы совсем отделались от них. Нет. Надо делать непрестанно, идти все выше и выше безостановочно,— пока достигнете в меру совершенства, предначертанного для каждой части иноческого жития. Как это сделать и что тут нужно, не ходите далеко за указаниями. Всмотритесь в труды человека Божия и увидите все, до какой степени должно доводить вам свои подвиги. Посмотрите, до какой малости доведено у него удовлетворение потребностям тела, каковы его молитвы и каково отречение от своей воли, и понудьте себя уподобиться ему. Ходивший за ним слуга свидетельствовал о нем пред царем и освященным собором, что он мало что ел, мало спал, никогда не выходил, и день и ночь все молился; а что терпел он от слуг, того и пересказать нельзя. Не считайте всего этого неприложимым к вам, помня, что не в форме сила, и не увольняйте себя от добросовестного ответа: положены ли хотя начатки черт жизни человека Божия в иноческом житии каждой из вас?
    Для живущих в обители внешнее ограждение и защита – сама обитель с оградою, внутреннее же пристанище, покров и покой — храм Божий. Что у человека Божия?! Ограда его и обитель — решительное самоотвержение, а храм – созерцаемое им непрестанно небо, где, умно предстоя Богу, он в хоре Ангелов и святых воспевал хвалебные песни Богу. Только при таком настроении становится понятным, как можно было перенесть все то, что он перенес! Сердце его было в другом мире. Веянием любви Божией согреваясь, чаемое сожительство блаженных небожителей предвкушая и как бы переселившись уже туда, мужественно нес он все болезни и труды жизни своей, как на ристалищах чаянием прияти честь и премию все воодушевляются к скорейшему течению, не чувствуя истощения сил и утомления. Подражая ему, и нам, сестры, должно тако тещи, да постигнем, отказавшись от всех земных надежд и одними питаясь надеждами небесными. Ибо если мы чрез монастырское пребывание чаем достигнуть что-либо земное, то окаяннейшие паче всех людей есмы.
    Вот вам краткий очерк зерцала иноческого жития! Смотрите, но не затем, чтобы, посмотревшись, забыть, что видели, а чтоб в виденном иметь или отраду воодушевления на лучшее, или побуждение к очищению и исправлению того, что худо. Всяко да умудрит вас Господь во спасение молитвами святого Алексия, человека Божия. Аминь.
    17 марта 1861 г.
    В Тамбовском женском монастыре.
     
    Святитель Феофан Затворник
  9. GlebYanchenko
    Черты иноческой жизни в жизни великомученицы Екатерины
     
    Уневещение Богу. Таинственное сочетание с Господом. Побеждение страстей есть мученичество духовное. Шествие тесным путем
     
    Празднующим в честь святой Екатерины всего приличнее заняться чертами жизни великомученицы. Нам же с вами, сестры, тем более это прилично, что жизнь святой Екатерины есть в главных чертах полное изображение иноческого жития. Я не делаю в сем применении никакой натяжки. – Смотрите сами. Вот пред вами икона святой Екатерины! Она стоит на коленях пред Божиею Материю, держащею на руках Младенца-Спасителя, Который подает святой Екатерине обручальное кольцо. Это главный момент в жизни святой – уневещение Господу. Но ему, как вам известно, предшествовало желание и искание лучшего, а последовало за ним мученичество. Желание лучшего привело великомученицу к Господу. Сочетавшись с Господом, она введена в подвиг мученичества и увенчана венцом Его. Вот главные черты в жизни святой Екатерины. Те же главные моменты и в вашей жизни, если вы проходите ее, как следует.
    Святая великомученица была высокого рода, богата, умна и образованна. Обладая большими дарованиями, она не находила себе удовлетворения во всем окружающем и решительно отказалась от обычных тогда порядков жизни. Другой, высший образ совершенства носился в ее душе, и она готова была бы сочетаться с тем, кто бы обладал им. Пути истины она тогда не знала. Господь послал ей руководителя, и Он указал ей Того, Кто всех краше и всех знатнее. Узнав Его, она решилась Ему посвятить все дни своей жизни, и за это уневещена Им.
    Уневещение Господу – за решимость служить Ему единому, а решимость от уверенности, что все возможно, – лучшее и совершенное, чем обладать захотел бы кто, он может найти только в едином Господе – Спасителе. В Нем не только удовлетворяются все высшие потребности духа нашего, но приобретается, сверх того, то, что и на мысль не восходило искавшему.
    Не эта ли уверенность и у вас, сестры, была первым толчком к тому, чтобы все оставить и предать себя Господу. По крайней мере, так быть должно было. Разница у вас та, что тогда как святая Екатерина, сознав неудовлетворительность окружавших ее порядков жизни, должна была еще искать, где же лучшие порядки и в ком найти удовлетворение, вы, почувствовав жажду лучшего, наперед знали, что утолить сию жажду можно только в Господе, Который всех зовет: «аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет!» (Ин.7:37) Потому вместе с тем, как росло охлаждение к окружающему, росло и возжелание Господа. Лик Его пресветлый печатлелся в сердце вашем, и глубже и глубже возгревалась любовь к Нему, пока, наконец, вы, оставив все, потекли вслед Его. Ваша решимость единому Господу принадлежать всем существом своим есть тáинственное сочетание с Господом. Господь не давал, может быть, видимого удостоверения, что Он приемлет вас и сочетавается с вами, тем не менее, однако ж, несомненно истинно, что вы уневещены Ему одному и Его одного состоите невестами.
    Не похвальное, однако ж, пишу я вам здесь слово, сестры. Нет, – я хочу навесть вашу мысль на то, что необходимо должно было происходить в вас пред вступлением и в час вступления в восприятый вами образ жизни, для того, чтоб воспоминанием сим возгреть снова первый жар и сказать вам: каковы были вы вначале, таковыми будьте и всегда. Зарождается в сердце новый поворот чувств не затем, чтоб, начавшись, угаснуть, но чтоб, начавшись, служить потом возбудителем во все течение жизни. Если угаснет в вас то, что было вначале, то вы уже не то, чем вам быть должно! Внешний образ тот же, а внутренний уже не тот. Я хочу сказать, что недовольство обычным течением жизни, желание лучшего, уверенность, что все лучшее можно приобрести только в Господе, глубокая теплая любовь к Нему, решимость Ему единому служить и готовность все принесть в жертву Ему, для благоугождения Ему должны составлять характеристику жизни вашей, дух, постоянно ее оживляющий и движущий. Это то же, что движение соков в дереве и биение сердца в человеке. В ком погасли сии чувства, в том нет жизни. Имя носит, что жив, а на деле мертв есть.
    Если все сие в вас есть, то вы перенесли на свою жизнь две черты из жизни великомученицы Екатерины – желание лучшего и сочетание с Господом.
    Далее у святой Екатерины следовало мученичество. У вас же чему следует быть? Тоже своего рода мученичеству, и мученичество сие должно было начаться с той минуты, как в сердце вашем созрела решимость посвятить себя Господу. Ведь мучеников за что мучили? – За то, что, уверовав в Господа и сочетавшись с Ним, они не хотели поклоняться ложным богам. Ложные же боги были духи страстей и порочных дел. Потому кто не покоряется страстям и порочным пожеланиям, тот то же делает, что и отказывающийся поклоняться идолам. Отказавшийся поклоняться идолам подвергаем был мучениям внешним, а кто отказывается от удовлетворения страстей, тот сам себя поражает и свое сердце заставляет страдать, пока не утихнут в нем страсти. Побеждение страстей есть самопроизвольное мученичество духовное, невидимо в сердце совершаемое, но тем не менее, однако ж, сильно чувствуемое. Когда давали вы обет служить Господу, что обещали вы? Обещали совлещись «ветхаго человека, тлеющаго в похотех прелестных,... и облещись в новаго..., созданнаго по Богу в правде и преподобии истины» (Еф.4:22, 24). Ветхий человек весь слагается из страстей. Совлекаться его значит побеждать страсти. Если побеждение страстей есть мученичество духовное, стало, вы определили себя на мученичество. Что действительно это так есть, вы, верно, знаете по опыту. Не столько внешние труды и подвиги болезненны, сколько умиротворение помыслов, погашение страстей, отревание соблазнов. Если такие движения могут возникать поминутно, то вы поминутно в труде, в язвах и озлоблениях.
    Справедливо инока изображают распятым на кресте, со всех сторон поражаемым копьями и стрелами, или человеком, идущим по остриям и колчам, среди раздирающего тело терна колючего. Но много болезней – много и наград. Тот, Кому обручены вы, видит ваши подвиги, радуется им и обрадывает сердце ваше. Чем больше скорбей, тем более бывает утешений, хотя тоже сквозь болезни, пока не умиротворится все, и внутреннее и внешнее.
    Это венец всего, которого редкий удостоивается в сей жизни. Навожу все сие на память вам не затем, чтоб устрашить, ибо вы уже на сем пути, и хотя и нехотя должны встречать все, неизбежное на нем, но затем, чтоб, если вам покойно со всех сторон, вы озаботились распознать, хорошо ли это и на том ли вы пути? Знайте, что покой и довольство есть или верх совершенства, или состояние крайнего падения, в котором погасают все духовные стремления и требования. Как первое состояние есть полнота жизни, так последнее есть смерть духовная. Состояние же идущих к совершенству есть состояние борьбы, напряженной, притрудной и болезненной. Это шествие тесным путем. По сим признакам судите, где вы? Желается, конечно, чтоб все были на стороне доброй; но не у всех есть разум. Господь да умудрит вас во спасение. Аминь.
     
    24 ноября 1861 г.
    В Тамбовском женском монастыре
     
    Святитель Феофан Затворник
  10. GlebYanchenko
    "..В то время близ Едессы, около монастыря святого великомученика Георгия, в котором проводили постническую жизнь и инокини, жил уважаемый всеми столпник, по имени Феодосий, муж высокой жизни, престарелый (ему было уже более ста лет) и имевший от Бога особый дар прозорливости. Преподобный епископ Феодор часто посещал его и беседуя с ним как с искренним другом находил в нем утешение. Столпник говорил ему:
    – Не ослабевай, служитель Господа, в трудах своих и пусть не кажется тебе тяжким иго Господне. Всё для тебя окончится благополучно, и если многие из еретиков будут замышлять злое против тебя, то не будут иметь успеха в своих намерениях. Господь расстроит их планы и они будут побеждены, посрамлены и изгнаны из дворов церковных. Эти слова столпника исполнились в свое время – об этом будут сказано впоследствии. Здесь же нужно сказать еще о частых духовных беседах епископа со столпником, в которых столпник сообщил много полезного епископу. Однажды он рассказал ему следующее.
    – Был, – говорил столпник, – в этом городе много лет тому назад один человек, по имени Адер, благородный и знатный и очень богатый, как в древности праведный Иов. Он был ко всем милостив, нескудно подавал милостыню нищим и жертвовал на монашеские обители и приходил часто ко мне побеседовать о предметах духовных. Он имел супругу и троих детей и был человек праведный, незлобивый, кроткий, смиренный, молод летами и крепкого здоровья. Один раз он пришел ко мне, по своему обычаю, и я увидел, что он очень печален. Я сказал ему:
    – Что ты печален, духовное мое чадо?
    Он же, обливаясь слезами, отвечал:
    – Нагим я вышел из чрева матери моей, нагим должен отойти и в могилу. Ничего я из временного богатства и из суетной славы не унесу с собою. Давид сказал: «собирает и не знает, кому достанется то» (Пс.38:7), «не пойдет за ним слава его» (Пс.48:18). Человек оставляет свое богатство чужим и иначе быть не может. И апостол говорит: «проходит образ мира сего» (1Кор.7:31). Слышу как и Христос Спаситель наш восклицает: «кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк.14:33), и еще: «кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня» (Мф.10:38). Поэтому, отче, я хочу всё оставить по любви к Богу и жену, и детей, и имение, и жить для Одного Господа, приведшего меня из небытия в бытие. Ты же дай мне свое отеческое благословение и один хлеб из твоей келлии и помолись за меня!
    Я подивился словам его и сказал ему:
    – Доброе у тебя, я вижу, намерение, но ты берешь на себя великий подвиг. Спасется тот, кто претерпит до конца (Мф.24:13), поэтому смотри, чадо мое, как бы тебе напоследок не раскаяться. Лучше вовсе не давать обета, чем, давши обет, не исполнить его. Но если ты исполнишь, то, конечно, блажен будешь, переменив временное на вечное.
    Он же сказал:
    – Да будет воля Господня!
    После этого я помолился о нем и, давши ему один хлеб, отпустил его. А он, убежавши из мятежного мира как из темницы, прибыл в Иерусалим и помолившись усердно у гроба Христова и побывав во всех святых местах, ушел в лавру святого Саввы и принял иноческий чин, будучи переименован из Адера в Афанасия. Он проводил жизнь истинного инока, угодил Богу и отошел к Нему. Добродетельная же супруга его, по удалении его, долгое время оплакивала свое одиночество и нередко при этом обращалась к нему как бы видя его пред собою:
    – О, господин мой, – говорила она, – ты старался о том, чтобы спасти душу свою, а на меня одну возложил заботу о детях твоих. Да видит это Всевидящий Бог и пусть рассудит между мною и тобою!
    Чрез некоторое время однажды ночью ей предстал в сновидении муж ее, с просветленным лицом в белой блестящей одежде, и сказал ей:
    – Перестань плакать и жаловаться на меня. Вот я беру детей к себе, ты же старайся спасти душу свою. И мне в том же виде явился этот человек и сказал:
    – В монастыре, находящемся близ тебя, старейшая безмолвница через три дня отойдет ко Господу; ты устрой туда вместо нее мою супругу, чтобы она жила в ее келлии, постясь и в полном уединении. Пусть останется при ней и младший ребенок, пока не возрастет. Он будет следовать по моим стопам и войдет на апостольский престол в Иерусалиме.
    После этого явления на третий день преставилась в том монастыре старая безмолвница, а потом скончались и двое детей Адеровых. Остался только один, самый маленький ребенок, который также был болен при смерти. Мать же, огорчаясь и лишением мужа и смертью двоих детей, видя, что и последнее ее чадо находится при смерти, в своей великой печали плакала горько, а потом, взявши на руки младенца, побежала ко мне, недостойному. На половине пути младенец на руках матери умер, и мать не знала, что делать в таком печальном положении. Случайно или, лучше сказать, по Божественному промышлению, ее встретила одна блудница, и мать, тотчас положив к ней на руки мертвого ребенка, сама бросилась к ногам ее, умоляя ее со слезами, чтобы она помолилась за ребенка Богу. Блудница же, приведенная в изумление такою просьбою, сказала, что она явная грешница, повинна во многих преступных и скверных делах и потому не смеет обратиться к Богу с ходатайством, и не может даже поднять глаза свои на небо и открыть уста для молитвы. Мать же, как бы лишившаяся ума от печали, продолжала, обнимая ее ноги, просить ее. Тогда блудница, ставши лицом к востоку, вздохнула из глубины сердца и ударивши себя в перси и обливаясь слезами, начала молиться так:
    – Недостойна я, Господи, по множеству грехов моих воззреть на высоту небесную и своими скверными устами именовать Твое святое имя, но, подобно древней блуднице, плакавшей у ног Твоих (Лк.7:36–50), умоляю Твое человеколюбие – излей ныне на нас от Твоего благоутробия Твое милосердие! Та грешница просила прощения своих грехов, а я, не дерзая просить прощения своим бесчисленным беззакониям, молю об этом непорочном младенце, о чем просит меня с настойчивостью эта целомудренная раба Твоя. Жизнодавец, Спаситель всех! даруй жизнь этому отроку. Если я, женщина с жестким и немилостивым сердцем, сожалею о нем, насколько более Ты, по самой природе Своей милостивый и человеколюбивый, милосердствуешь о Твоем создании!
    О, неизреченное благоутробие Божие! Когда грешница помолилась таким образом, ребенок ожил. Явно грешную женщину, помолившуюся с сердечным сокрушением и смиренно исповедавшую грехи свои, Бог услышал и, по ее молитвам, воскресил умершего, предвидя ее будущее обращение и святую жизнь в будущем. Мать, увидя ребенка живым, чрезвычайно обрадовалась и воздала хвалу Богу, а грешница, при виде такого чуда, пришла в ужас и, не будучи в силах сказать ни одного слова, упала ниц на землю, испуская струи слез. Так дивен в делах Своих Бог! Он воскресил ребенка, утешил огорченную мать, блудницу расположил к искреннему раскаянию и приготовил Себе достойного Раба для святительского служения. – Этот воскрешенный ребенок стал потом патриархом Иерусалимским.
    Когда всё это совершалось на пути, я смотрел со столпа и, по божественному откровению, увидел яркий свет, сошедший с неба и осиявший молящуюся грешницу, умершего ребенка и плачущую мать. Призвав к себе ученика, я послал его за обеими теми женщинами и они, пришедши, рассказали мне на мои вопросы всё в подробностях, согласно с тем, что открыто было мне Господом. Супруга же Адерова говорила:
    – Рассуди, честный отче, между мною и супругом моим, твоим духовным саном. Я вышла за него замуж, будучи непорочна, стала матерью троих детей, а он, без всякой вины с моей стороны, ушел неизвестно куда. Когда я много времени провела в слезах, он однажды явился мне во сне, будучи одет в светлое одеяние и сказал:
    – Вот, я беру младенцев к себе, а ты, если хочешь, спаси душу свою!
    После этого видения двое дутей моих умерли, а теперь он хочет взять и последнего и оставить меня умирать от тоски и сожаления. Если он делает так по твоему повелению, то пусть Бог рассудит между вами и мною!
    Я же сказал ей:
    – Дочь, не печалься; твой сын не умрет, но останется жив и сподобится великой славы. Ты же, по совету твоего супруга, позаботься о спасении души твоей. Вот тебе приготовлена уединенная келлия в монастыре близ меня. Одна богоугодная раба Христова, состарившаяся в постничестве, скончалась, – будь ее заместительницей и подражай ее житию.
    На мое предложение женщина тотчас же согласилась, а потом и грешница со слезами стала умолять, чтобы и ее приняли как кающуюся и причислили к святым постницам.
    Чрез некоторое время обе те женщины, раздавши нищим все свои имения, вступили в монастырь святых постниц, стали очень усердными инокинями и своими подвигами угодили Богу. Ребенок же воскресший, придя в возраст, отправился в Палестину и бывши в лавре святого Саввы узнал, что там проводил иноческую жизнь его отец. Он сам постригся здесь в иноки и, испросив себе отцовскую келлию, долговременными постническими подвигами снискал себе уважение среди палестинских отцов. По Божию изволению, он возведен был на патриарший Иерусалимский престол, в течении семи лет управлял мудро Церковью Христовою, а потом, совершив в непорочности путь свой, переселился в вечные обители.
    Этот рассказ дивного столпника доставил большое утешение святителю Христову Феодору.."
     
    Житие святого отца нашего Феодора, епископа Едесского
  11. GlebYanchenko
    О восьми мысленных ведениях
    Духовных ведений, как полагаю, восемь. И семь из них — нынешнего века, а восьмое есть делание будущего века, как говорит святой Исаак. Первое есть познание [54] скорбей и искушений этой жизни, как говорит святой Дорофей, и сетование о всем, что естество человеческое потерпело чрез грех.
    Второе — познание своих согрешений и благодеяний Божиих, как говорит Лествичник, святой Исаак и многие другие из отцов.
    Третье — познание ужасного, бывающего перед смертию и после смерти, как то (находим) в Божественных Писаниях.
    Четвертое — уразумение [55] жизни в этом мире Господа нашего Иисуса Христа, и учеников Его, и прочих святых, мучеников и преподобных отцов, — дел их и слов.
    Пятое — познание естества и изменения вещей, как говорят святые отцы Григорий и Дамаскин.
    Шестое — ведение существующего, то есть познание и уразумение чувственных созданий Божиих.
    Седьмое — уразумение мысленных созданий Божиих.
    Восьмое — познание о Боге, называемое богословием.
    Из этих восьми ведений три первые приличны проходящему деятельную добродетель, дабы он успел многими и горькими слезами очистить душу свою от всех страстей и получить от Бога, по благодати, и прочие (ведения); пять же — перешедшему к ведению, то есть получившему познание (духовное), за доброе хранение и всегдашнее исполнение телесных и нравственных, то есть душевных, деланий; чрез что и сподобляется их ощущения явно и мысленно. От первого получает делатель начало познания и по мере того, как он после этого старается о делании и поучается в данных ему разумениях, преуспевая в них, пока не придет в навык их, само собою является в уме его иное познание и, подобно сему, прочие.
    Но чтобы передаваемое мною было ясно, скажу отчасти — хотя и не могу говорить — о каждом ведении, в чем состоит познаваемое и изъясняемое, чтобы мы имели возможность познать себя, то есть как мы должны поступать, когда благодать начнет отверзать очи душевные и мы начнем уразумевать, приходя в изумление от мыслей и речений, могущих вселить в нас, как прежде было сказано, страх, то есть сокрушение души.
     
    Необходимое изъяснение о первом познании и о том, как должно начинать оное
     
    Первое познание есть то, ради которого даруются произволяющему и последующие; сподобившийся достигнуть его должен поступать таким образом. Сесть (лицом) к востоку, как некогда Адам, и поучаться так. Сел тогда Адам и плакал перед раем сладости, руками бил себя по лицу и говорил: «Милостивый! Помилуй меня, падшего!» Также и другой икос: видя Адам ангела, изгнавшего (его) и затворившего дверь Божественного вертограда, глубоко воздохнул и сказал: «Милостивый! Помилуй меня, падшего!» Потом, размышляя о совершающемся (ныне), начинает тогда (делатель) сетование [56] таким образом: воздыхая от всей души и качая головою своею, с болезнованием сердечным говорит:
     
    «Увы мне, грешному! Что я пострадал! Увы мне! Что я был и чем сделался? Увы мне! Что я потерял и что нашел? Вместо рая — тленный сей мир; вместо Бога и пребывания с ангелами — диавола и нечистых демонов; вместо покоя — труд; вместо наслаждения и радости — скорбь мира сего и печаль; вместо мира и непрестанного веселия — страх и прискорбные слезы; вместо добродетелей и праведности — неправду и грехи; вместо благости и бесстрастия — лукавство и страсти; вместо премудрости и усвоения Богу — неразумие и изгнание; вместо беспопечительности и свободы — многозаботливую жизнь и горчайшее рабство. Увы! Увы! Я был сотворен царем и чрез безумие мое сделался рабом страстей. Увы мне, несчастному! Как я преслушанием вместо жизни навлек (себе) смерть. Горе! Горе! Увы мне! Увы мне! Что пострадал я, окаянный, от своей безрассудности! Что мне делать? Отсюда брани и оттуда смущения. Отсюда болезни и оттуда искушения. Отсюда опасности и оттуда кораблекрушения. Отсюда страхи и оттуда печали. Отсюда страсти и оттуда грехи. Оттуда горечи и отсюда стеснения. Увы мне, несчастному! Что мне делать? Куда бежать? Тесно ми отвсюду, как сказала Сусанна (Дан. 13, 22). Не знаю, чего мне искать. Если буду искать жизни — боюсь ее искушений, перемен ее и случайностей [57]. Вижу ангела — сатаною. Прежде сиявшего как денницу, сделавшегося диаволом и так называемым. Первозданного — изгнанным. Каина — братоубийцею. Ханаана — проклятым. Содомлян — сожженных огнем. Исава — отпадшим. Израильтян — подпавших гневу. Гиезию и апостола Иуду — отпадших, по болезни сребролюбия. Великого пророка и царя — плачущим о двух грехах. Соломона, при такой премудрости, — отпадшим. Бывших из числа семи диаконов и сорока мучеников — отпадших. Как говорит Великий Василий: с радостию похитил злоначальник из двенадцати злосчастного Иуду, из Едема — человека и из сорока мучеников — отпадшего. Оплакивая которого, снова тот же (святой Василий) говорит: суемудрый и достойный плача! Он лишился и сей и оной жизни, ибо, растаяв от огня, он перешел к огню неугасимому. И других бесчисленно многих вижу падших, не только из неверовавших, но и многих из отцов, после многих подвигов. Кто же я, худший из всех, бесчувственнейший и немощнейший! Что скажу о себе самом? Авраам называет себя землею и пеплом (См.: Быт. 18, 27). Давид — псом умершим и блохою во Израиле (См.: 1 Цар. 24, 15). Соломон — малым отроком, не разумеющим правого и левого (Ср.: 3 Цар. 3, 7). Три отрока говорили: студ и поношение быхом (Дан. 3, 33). Пророк Исаия говорит: окаянен есмь аз (Ср.: Ис. 6, 5). Иеремия [58] пророк говорит: отрок есмь аз (Иер. 1, 6). Апостол называет себя первым из грешников, и все прочие говорят о себе, что они ничто. Что же делать мне? Куда я скроюсь от множества зол моих? Что будет со мною, ничтожным и худшим самого ничтожества? Ибо ничтожество не согрешило и не было подобно мне облагодетельствовано. Увы! Как я докончу остальное время моей жизни? Или как успею избежать сетей диавольских? Демоны бессонны и невещественны. Смерть близка, а я немощен. Господи! Помоги мне! Не попусти созданию Твоему погибнуть, ибо Ты печешься о мне, несчастном! Скажи ми, Господи, путь, в оньже пойду, яко к Тебе взях душу мою (Пс. 142, 8). Не остави мене, Господи Боже мой, не отступи от мене. Вонми в помощь мою, Господи спасения моего (Пс. 37, 22–23)».
     
    И таким образом душа сокрушается от таковых слов, если хотя сколько-нибудь имеет чувства. Пребывая в сем (делании) и пришедши в навык страха Божия, ум начинает постигать слова второго ведения и поучаться в них...
     
    Св. Петр Дамаскин
  12. GlebYanchenko
    ..Да и великое ли дело — оставить имения, которые и невольно оставляет думающий, что имеет их, не только во время смерти, но часто и прежде ее, с большим стыдом, трудом и прискорбием. Может быть, и смерть потерпели некоторые из-за имений, после бесчисленных искушений богатства, боязни, говорю, забот, всегдашней печали и смущения, добровольных и невольных. Божия же заповедь избавляет человека от всего этого и подает ему всякое спокойствие и безбоязненность, а часто и веселие невыразимое, особенно же тем, которые добровольно предпочитают нестяжание. Что может быть приятнее для человека, как сделаться бесстрастным, вовсе не подверженным раздражительности или какому-либо желанию мирских вещей, но — для многих желаемое считать за ничто и, будучи превыше всего, жить как в раю, или, скорее, на небе, превыше всякой нужды, по беспопечительности и упразднению о Боге. Ибо когда кто-либо переносит все постигающее его с радостию, то, что бы ни случилось с ним, все его успокоивает. И когда он любит всех, то и все любят его; и когда презирает все — бывает превыше всего, не желая иметь того, о чем другой ссорится и печалится, если не достигнет, а иногда, и получив желаемое, бывает осужден. Не желающий же ничего сам себя, чрез заповедь, освобождает от всего тяжкого в нынешнем и в будущем веке. Поелику не желать иметь что-либо, чего не имеешь, — выше всякого покоя и богатства; точно так же, как и желать того, чего не имеешь, есть величайшее мучение, прежде вечной муки, и таковой есть раб, хотя бы он и считал себя царем и богатым. О какой же тягости говорят нам заповеди Господни, что мы — жалкие, не исполняем их бескорыстно и с большим усердием?..

    Св. Петр Дамаскин
  13. GlebYanchenko
    Монах есть тот, кто миру не причастен, кто говорит всегда с одним лишь Богом..

     
     
    кто, видя Бога, сам бывает видим..

     
     
    Любя Его, он Им любим бывает и, светом становясь, всегда сияет..

     
     
    Монаха хвалят — все равно он нищий..

     
     
    в дом приглашают — все равно он странник..

     
     
    О дивное, немыслимое чудо!..

     
     
    Среди богатств безмерных — я нуждаюсь..

     
     
    Владея многим — остаюсь я беден..

     
     
    среди обилья вод — томлюсь я жаждой..

     
     
    Кто даст мне то, что я уже имею?..

     
     
    И где найду Того, Кого я вижу?..

     
     
    Как удержу Того, Кто в сердце дышит, но вне всего, Незримый, пребывает?..

     
     
    Имеяй уши слышати — да слышит... Словам безумца с трепетом внимая..

     
     
    ("Киево-Печерская обитель. Фильм 2-й. Путь монаха. 2004 г." стихотворение прп. Симеона Нового Богослова)
  14. GlebYanchenko
    Слово о исходе души и Страшном Суде

    Святитель Кирилл Александрийский

    Боюсь смерти, потому что она горька. Трепещу геенны бесконечной. Ужасаюсь тартара, где нет и малой теплоты. Боюсь тьмы, где нет и слабого мерцания света. Трепещу червя, который будет нестерпимо угрызать, и угрызениям которого не будет конца. Трепещу грозных Ангелов, которые будут присутствовать на суде. Ужас объемлет меня, когда размышляю о дне страшного и нелицеприятного суда, о Престоле грозном, о Судии праведном. Страшусь реки огненной, которая течет пред Престолом и кипит ужасающим пламенем острых мечей. Боюсь мучений непрерывных. Трепещу казней, не имеющих конца. Боюсь мрака. Боюсь тьмы кромешной. Боюсь уз, которые никогда не разрешатся, – скрежетания зубов, плача безутешного, неминуемых обличений. (Дополнительно: http://pravbeseda.ru...age=book&id=797)

    Судия праведный не требует ни доносителей, ни свидетелей, не будет нуждаться в посторонних показаниях или уликах; но все, что мы ни сделали, о чем ни говорили, о чем ни думали, – всё обнаружит пред очами нас, грешных. Тогда никто не будет ходатайствовать за нас; никто не освободит от мучения: ни отец, ни мать, ни дочь, ни другой кто-либо из родных, ни сосед, ни друг, ни благодетель, – и ничто не избавит: ни раздача имений, ни множество богатства, ни гордость могущества – все это, как прах, в прах обратится. И подсудимый один будет ожидать приговора, который, смотря по делам, или освободит его от наказания, или осудит на вечные мучения.

    О, горе мне, горе мне! Совесть (http://pravbeseda.ru...age=book&id=794) будет обличать меня, писания свидетельствовать против меня и уличать меня. О, душа, дышащая сквернами, с гнусными делами твоими! Увы мне! Я растлил телесный храм и опечалил Духа Святого. О, Боже, истинны дела Твои, правы пути Твои и неисследованны судьбы Твои. Ради временного греховного наслаждения вечно мучаюсь, ради плотской сладости предаюсь огню. Праведен суд Божий, потому что когда меня призывали – я не послушался; учили – не внимал наставлениям; доказывали мне – я пренебрегал. А что прочитывал и познавал, тому не давал веры. Я не почитал для себя худым оставаться в небрежении, лености и в унынии, но, препровождая время в пустых шатаньях и беседах, любил наслаждаться и насыщаться суетою и тревогами мирскими; в радостях и веселии мирском проводил все годы, месяцы и дни моей жизни, трудился, подвизался, страдал – но все в пустых заботах о временном, тленном и земном.

    Но какому страху и трепету подвергнется душа, какая предлежит ей борьба и чем она должна запастись на неминуемое время разлучения ее от тела, на это я не обращал внимания и не подумал вовремя. Между тем, при исходе души нас окружат с одной стороны воинства и силы небесные, с другой – начальники тьмы, силы вражеские, содержащие в своей власти мир лукавый, начальники мытарств, воздушные истязатели и надзиратели над нашими делами, с ними и исконный человекоубийца диавол, сильный в злобе своей, которого язык, по слову пророка, как острая бритва (Пс.51:4), «изощренные стрелы сильного, с горящими углями дроковыми» (Пс.119:4), и который «подстерегает в потаенном месте, как лев в логовище» (Пс.9:30), великий змей, отступник, ад, разверзающий уста свои, князь власти тьмы, имеющий державу смерти, который особенным неким образом истязует душу, представляя и исчисляя все грехи и беззакония, сделанные нами делом, словом, в ведении и неведении, от юности до дня кончины, когда душа вземлется на Суд Божий.

    Воображаешь ли, душа моя, какой страх и ужас обымет тебя в тот день, когда увидишь страшных, диких, жестоких немилостивых и бесстыдных демонов, которые будут стоять пред тобою, как мрачные мурины? Одно видение их ужаснее всяких мук. Смотря на них, душа смущается, приходит в волнение, мятется, старается укрыться, чтобы не видеть их, прибегая к Ангелам Божиим.

    Душа, поддерживаемая и возвышаемая Ангелами, проходя воздушные пространства, на пути своем встречает мытарства – как бы отдельные группы духов, которые наблюдают над восхождением душ, задерживают их и препятствуют восходящим. Каждое мытарство, как особое отделение духов, представляет душе свои особенные грехи.

    Первое мытарство – духов оглаголения и чревного неистовства. На нем духи представляют грехи, в которые душа согрешила словом, каковы: ложь, клевета, заклятия, клятвопреступления, празднословие, злословие, пустословие, кощунства, ругательства. К ним присоединяются и гpexи чревобесия: блудодеяние, пьянство, безмерный смех, нечистые и непристойные целования, блудные песни. Вопреки им святые Ангелы, которые некогда наставляли и руководили душу в добре, обнаруживают то, что она говорила доброго устами и языком: указывают на молитвы, благодарения, пение псалмов и духовных песней, чтение Писаний, словом – выставляют все то, что мы устами и языком принесли в благоугождение Богу.

    Второе мытарство – духов лести и прелести – к видению очей. Они износят то, чем страстно поражалось наше зрение, что приглядно казалось для глаз, – и влекут к себе пристрастных к непристойному взиранию, к непотребному любопытству и к необузданному воззрению.
    Третье мытарство духов нашептывателей – к чувству слуха или просто наушников. Все, что льстиво раздражает наш слух и страстно услаждает нас, в их ведении, и они все приемлют, к чему пристрастны были любители слушать, и хранят до суда.

    Четвертое мытарство стражников над прелестью обоняния: все, что служит к страстному услаждению чувства обоняния, как-то: благовонные экстракты из растений и цветов, так называемые «духи», масти, обыкновенно употребляемые на прельщение блудными женщинами, – все это содержится стражниками этого мытарства.

    Пятое мытарство сторожит то, что сделано лукавого и непотребного осязанием рук. Прочие мытарства – мытарство злобы, зависти и ревности, тщеславия и гордости, раздражительности и гнева, острожелчия и ярости, блуда и прелюбодейства и рукоблудия; также убийства и чародеяния и прочих деяний богомерзких и скверных, о которых на сей раз не говорим подробно, потому что расскажем в другое время в правильном порядке, так как всякая душевная страсть и всякий грех имеет своих представителей и истязателей.

    Видя все это и еще большее и гораздо худшее, душа ужасается, трепещет и мятется, доколе не произнесен будет приговор освобождения или осуждения. Как тягостен, болезнен, плачевен и безутешен этот час ожидания – что будет? – когда мучишься от неизвестности! Небесные силы стоят против нечистых духов и приносят добрые деяния души – делами, словами, помышлениями, намерениями и мыслями, – между добрыми и злыми ангелами стоит душа в страхе и трепете, пока от деяний – слов и дел своих – или подвергшись осуждению, будет связана, или, оправданная освободится; ибо всякий свяжется узами собственных своих грехов. И если душа окажется по благочестивой жизни достойною и богоугодною в сем веке, то принимают ее Ангелы Божии, и уже без печали совершает она свое шествие, имея спутниками святые силы, как говорит Писание: «яко веселящихся всех жилище в Тебе» (Пс.86:7). И исполняется писанное: «удалятся болезнь, и печаль, и воздыхание» (Ис.35:10). Душа, освободившись от лукавых, злых и страшных духов, наследует эту неизглаголанную радость. Если же какая душа окажется жившей в небрежении и распутстве, услышит ужасный оный глас: «да возьмется нечестивый, да не узрит славы Господни» (Ис.26:10). И наступят для нее дни гнева, скорби, нужды и тесноты, дни тьмы и мрака святые Ангелы оставляют ее, и она подвергается власти мрачных демонов, которые сперва мучают ее немилосердно и потом ввергают ее связанной неразрешимыми узами в землю темную и мрачную, в низменные ее части, и преисподние узилища, в темницы ада, где заключены души от века умерших грешников, – «в землю темну и мрачну, в землю тьмы вечныя, идеже несть света, ниже жизнь человеков», как говорит Иов (Иов.10:21–22); но где пребывает вечная болезнь, бесконечная печаль, непрестанный плачь неумолкающий скрежет зубов и непрерывные воздыхания. Там горе – горе всегдашнее. Увы мне, увы мне! – восклицает душа, – и нет помощника; вопиет – и никто не избавляет. Невозможно пересказать той крайней тягости жалостного состояния; отказывается язык выразить болезни и страдания там находящихся и заключенных душ. Никто из людей не может вообразить страха и ужаса, никакие уста человеческие не в состоянии высказать беду и тесноту заключенных. Стенают они всегда и непрестанно, и никто не слышит. Рыдают, и никто не утешает, никто не идет на помощь. Взывают и сокрушаются – но никто не оказывает милости и сострадания.

    Тогда – где похвалы мира сего? где тщеславие? где пища? где наслаждение? где довольство и пресыщение? где мечтательные планы? где покой? где мир? где имения? где благородие? где красота? где мужество плоти? где красота женская, обманчивая и губительная? где дерзость бесстыдная? где красивые одежды? где нечистая и гнусная сладость греха? где водимые мерзкой мужеложственной сладостью? где намащающие себя мастьми и благовониями окуривающиеся? где пирующие с тимпанами и гуслями? куда скрылось высокомерие живших без всякой боязни? где пристрастие к деньгам и имуществу и происходящее от них немилосердие? где бесчеловечная гордость, гнушающаяся, всеми и внушающая уважать только одного себя? где пустая и суетная человеческая слава? где нечистота и ненасытное вожделение? где величие и господство? где царь? где князь? где настоятель, где начальники? где гордящиеся множеством богатства своего, несострадательные к нищим и Бога презирающие? где театры, зрелища и увеселения? где кощунники, смеходеи, насмешники и беспечально живущие? где мягкие одеяния и мягкие постели? где высокие здания и широкие ворота? где пожившие в бесстрашии? Тогда, увидевши себя без всего, ужаснутся; ужаснувшись, воскликнут; смутившись, подвигнутся; трепет обнимет их и болезни, как рождающую, и уносимые бурным вихрем, сокрушатся. Где мудрость мудрых, благоязычие ораторов и суетная ученость? Увы, «смятошася, подвигошася, яко пьяный, и вся мудрость их исчезе» (Пс.106:27). «Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего?» (1Кор.1:20).

    О, братья, помыслите, каковым подобает быть нам, имеющим отдать подробный отчет в каждом поступке нашем: и великом, и малом! Даже за каждое праздное слово мы дадим ответ Праведному Судии (Мф.12:36). С другой стороны, каковыми надобно быть нам на тот час, для получения той милости у Бога, чтобы, при разлучении нас друг от друга, стать одесную Царя Небесного?! В какой степени нам нужно приготовиться к той неизглаголанной радости, чтобы услышать сладчайший глас Царя царствующих к тем, которые будут по правую у Него сторону: «приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира»? (Мф.25:34). Тогда наследуем блага, которые «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку» (1Кор.2:9): и тогда-то уже не будет тревожить нас никакая печаль, никакая болезнь и опасение. Будем чаще помышлять об этом.

    Будем представлять себе и бесконечную муку грешников, и то, какой они будут испытывать стыд пред праведным Судиею, когда, приведенные на страшное судилище, не будут в состоянии сказать ни одного слова в свое оправдание. Какому подвергнутся сраму, когда будут отделены на левую сторону Царя! Какой мрак покроет их, когда Господь «возглаголет к ним гневом Своим и яростью Своей смятет их» (Пс.2:5), когда скажет к ним: «идите от Мене, проклятия, в огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф.25:41). Увы мне, увы мне! какая скорбь и болезнь, какая теснота, какой страх и трепет обнимет дух их, когда услышат грозный глас всех сил небесных: «да возвратятся грешницы во ад!» (Пс.9:18). О, горе, горе! какой поднимут плач, вопль и рыдание ведомые на горькие вечные муки! как будут стонать, биться и терзаться! Увы мне, увы мне! Каково то место, где плачевоплие, скрежет зубов, так называемый тартар, которого и сам диавол трепещет! О горе, горе! какова та геенна с неугасаемым огнем, который горит и не освещает! Увы мне, увы мне! Каков тот неусыпающий и ядовитый червь! Увы, увы! Какова люта тамошняя тьма кромешная, никогда ничем не освещаемая! Увы мне, увы мне! Каковы те немилостивые и жестокосердые ангелы, которые приставлены находиться при муках, ибо они жестоко посрамляют и люто бьют! Мучимые сильно взывают там, и нет никого, кто бы спас их; воззовут ко Господу – и не услышит их. Тогда уразумеют, что все земное, житейское – пустота, и то, что считали они благом здесь, опротивеет; чем они услаждались, то окажется горче желчи и всякого яда. Увы грешникам! Вот праведники стоят одесную Царя, а они скорбят. Теперь, когда грешники рыдают, праведники ликовствуют; праведники в прохладе, грешники в томлении и бедствии. Увы грешникам! Они осуждаются, а праведники прославляются. Увы грешникам: когда праведники наслаждаются всякими благами, они во всяком лишении бедствуют! Увы грешникам: когда праведники ублажаются, они унижаются. Праведники во святыне, грешники же в огнепалении. Праведники восхваляются, а грешники в поругании. Праведники в святых обителях, грешники в вечном изгнании. Праведники услышат: «приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира». Грешники же: «идите от Меня, проклятые, в огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его». Праведники – в раю, грешники – в неугасимом огне. Праведники наслаждаются, грешники злостраждут. Праведники ликуют, грешники плачут. Праведники (возглашают) трисвятую песнь, грешники (оплакивают) свое троекаянство. Праведники (вкушают сладость) пения, грешники терпят свою бедственную погибель. Праведники в недрах Авраамовых, грешники в кипучих волнах велиара. Праведники в спокойствии, грешники в смущении. Праведники орошаются, грешники опаляются пламенем. Праведники веселятся, грешники иссыхают в горькой печали. Праведники в величии, грешники в тлении. Праведники возвышаются, грешники глубже и глубже низлагаются. Праведники окружаются светом, грешники пребывают во мраке. Праведники блаженствуют, грешники мятутся. Праведники наслаждаются созерцанием Бога, грешников сокрушает пламень огненный. Праведники – сосуды избрания, грешники – сосуды геенны. Праведники – очищенное золото, испробованное серебро, драгоценные камни; грешники – дрова, стебли, сено, подгнета для огня. Праведники – царская пшеница, грешники – погибельные плевелы. Праведники – избранное семя, грешники – плевелы, пища огня. Праведники – Божественная соль, грешники – смрад и зловоние. Праведники – чистые Божии храмы, грешники – скверные жилища демонов. Праведники в светлом чертоге, грешники в бездонной пропасти. Праведники в светосияниях, в лучезарном свете, грешники в бурном мраке. Праведники с Ангелами, грешники с демонами. Праведники ликуют с Ангелами, грешники рыдают с демонами. Праведники среди света, грешники среди тьмы. Праведники утешаются Святым Духом (Параклитом), грешники раздираются в муках с демонами. Праведники предстоят Престолу Владыки, грешники стоят пред непроходимым мраком. Праведники всегда открыто взирают на лицо Христово, грешники бессменно стоят пред лицом диавола. Праведники поучаются тайнам Божиим от Ангелов, грешников научают своим тайнам демоны. Праведники возносят молитвы, грешники – непрестанный плач. Праведники находятся в горних селениях, грешники пресмыкаются долу. Праведники – на небеси, грешники – в бездне. Праведники – в вечной жизни, грешники – в погибели смертной. Праведники – в руце Божией, грешники – там, где диаволы. Праведники – (в общении) с Богом, грешники – с сатаною. (http://pravbeseda.ru...age=book&id=301)

    Увы грешникам, когда они будут разлучены с праведниками! Увы грешникам, потому что дела их обнаруживаются и помышления сердец объявляются! Увы грешникам, потому что хитрые намерения их обличаются, и сплетения лукавых помыслов распутываются и истязуются, и мысль взвешивается! Увы грешникам, потому что они ненавистны для святых Ангелов и гнусны для святых мучеников! Увы грешникам, потому что они изгоняются из чертога! Увы, какое тогда раскаяние! Увы! Какая тогдашняя скорбь, какая тогдашняя нужда, увы, какая тогдашняя буря! Ужасно разлучаться от святых, еще ужаснее разлучаться от Бога. Бесчестно быть связанным по рукам и ногам и быть вверженным в огонь. Болезненно, горестно быть отосланным во внешнюю мрачную тьму, чтобы скрежетать зубами и истаивать: тяжко непрестанно мучиться. Ужасно, когда запекается язык от пламени; безотрадно просить капли воды и не получать. Горько быть в огне, вопить и не получать помощи. Непроходима дербь и неизмерима пропасть. Заключенник не убежит оттуда, не будет выхода ему, непроходима темничная стена; жестоки стражи, темница мрачна, узы неразрешимы, оковы неснимаемы. Слуги того адского пламени дики и свирепы. Ужасны и мучительны орудия. Ногти тверды и несокрушимы. Жилы воловьи жестоки. Смолы мутны и кипучи. Гнойна площадь зрелища. Одры раскалены до красноты угля. Жар невыносимый. Червь смраден и зловонен. Судилище закрыто для прощения и милости.

    Судия нелицеприятен. На приговор нет извета к оправданию. Лица сильных посрамлены. Властители стали убоги, цари – нищи. Мудрецы стали невеждами. Сладкоречивые ораторы – немыми и неприятными, богатые – безумными.

    Не слышно притворных речей льстецов. Кривизны лукавства объявлены. Неправда лихоимцев обнаружена. Смрад душит обоняние сребролюбцев. Разоблачена скрытная гнилость лицемеров. Соразмеряют с виною налагающие язвы – пред ними все обнаружено и объявлено. Увы грешникам, потому что они нечисты, скверны и мерзки пред Богом! Как оземленели и осквернели их души! Как смердят их тела от блуда, от ненасытности блужения и блудного пресыщения! Как они осквернили тело и душу, не соблюдши одежды Святого Крещения! Как без стыда и срама предавались объедению и распутному пьянству, наполняя безмерно свое чрево, не пребывали в воздержании и не удовольствовались нужным удовлетворением своих потребностей, но, употребляя богатство свое на чувственные удовольствия, как свиньи, валялись в сладости чувственной, провели дни и годы своей жизни в скверных помыслах, злых намерениях, празднословии и песнях блудных! Как в ослеплении изменили свое сердце, не приняв в ум того, что сочетались с Христом и отреклись от диавола! Как отдалились от прямого пути, ходивши во тьме неведения, предавшись сну лености и погрузившись на дно геенны! Как отчуждились света добродетелей, возлюбив греховную тьму, чтобы ходить им широким и пространным путем злобы! Как они забыли пришествие Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа и Его бесчисленные и неисследимые благодеяния!И, очистившись водой Божественного Крещения, освятившись Святым Духом и украсившись миром духовного радования, ради ничтожной, гнусной и не стоящей внимания сладости пренебрегли столь великими дарами и поработили себя духу блуда и прелюбодейства? Увы оставившим усыновление Богу и предавшимся сладостям мира! Увы следующим мирским мудрованиям! Увы любящим тьму греховную! Горе удаляющимся от света истины! Увы ходящим в ночи греха! Увы оставляющим светлый день Боговедения! Увы предающимся злому обычаю смеха! Увы украшающимся для того, чтобы уловлять души в нечистые наслаждения блуда! Поистине, преукрашение себя есть уда диавола; для тех, которые желают и ищут спасения, оно ненавистно. Увы клевещущим друг на друга! Горе наушникам и производящим раздоры и мятежи! Увы клянущимся ради сластолюбия! Увы клятвопреступникам! Увы чревоугодникам, «имже бог чрево» (Флп.3:19). Увы пьяницам!

    Блажен, кто в здешней жизни уничижает и смиряет себя ради Бога; он возвеличен будет Всевышним Богом, прославлен Ангелами и не станет на Суде ошуюю (слева)! Блажен человек, который пребывает в молитвах, терпелив в постах, с радостью предстоит на бдениях, борется и прогоняет сон, преклоняет колена на Божие славословие, ударяет в перси, возносит руки горе, возводит очи на небо к Господу, размышляет о Сидящем на престоле славы, о Испытующем сердца и утробы (Откр.2:23). Ибо такой насладится вечными благами и сделается другом, братом, сыном и наследником Божиим; лицо его воссияет, как солнце, в день судный, в Царствии Небесном. Кто любит истину, тот становится другом Божиим, а кто постоянно лжет, тот друг демонов. Ненавидящий лесть избавляется проклятия. Кто терпит искушение, тот венчается, как исповедник, пред Престолом Христовым. Кто в напастях ропщет и негодует, в приключившейся скорби унывает и хулит, тот впал в прелесть и не имеет упования. Кроткий, тихий, смиренномудрый Богом похваляется, Ангелами ублажается и людьми почитается. А человека гневливого, ярого и желчного Бог ненавидит; таковой питается плодами горечи бесовской; пьет вино змеиной ярости и неизлечимый яд аспида. Чистые сердцем созерцают славу Божию: осквернившие же ум свой и сделавшие зло видят диавола. Помышляющие о непотребном и вредном на ближнего устраняют себя от приобщения Божественного.

    Намазывающиеся благовонными мазями, притирающие лица свои белилами и нарумянивающиеся и обвешивающиеся каменьями с целью уловить и прельстить души других в нечистые пожелания и непотребные похоти, в сатанинские угождения; таковым в день судный нет места между благочестивыми и верными; но будут мучиться наряду с презрителями заповедей Божиих. Кто страстно взирает на чужую доброту и красоту, тот лишается райской красоты. Радующиеся грехопадению других сами впадают в грех. Желающие чужого лишаются своего и погибают. Гордые, тщеславные, человекоугодники осуждаются с диаволом. Лицемеры мучаются с сатаной. Питающие тело свыше меры и потребы оставляют душу голодной. Кто грешит в разуме и без принуждения, и не кается, тот мучится с неверными. Те, которые говорят: «В молодости погрешим, в старости покаемся», – находятся в поругании и прельщении у демонов, потому что сознательно и свободно согрешаются или соизволяют на грех, – и покаяния не сподобляются, но в молодых летах серпом смерти пожинаются, как Амон, царь Иудейский, который прогневал Бога своими нечестивыми намерениями и скверными мыслями. Осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное сердце у тех, которые говорят: «Завтра покаемся, а сегодня погрешим», – таковые погубляют и настоящий день, растлевают и оскверняют тело, грязнят свою душу и омрачают ум, затмевают мысль и заглушают совесть, а не подумают, что завтра они, может быть, будут похищены смертью.

    Кто не оплакивает падения блудного, кто не рыдает над грехом прелюбодеяния, кто не болезнует за осквернение мужеложством и горько не плачет за мерзость малакии (рукоблудия), никто из таких (грешников) не способен искренно каяться в прежних грехах и избегать будущих. Те, которые не ищут того, что потеряла душа их, не приобрели и того, что обращается во спасение; те, которые не рассчитывают, как прибавляют убыток к убытку, не только не получают прибыли, но и головы теряют; те, которые не трудятся разумно и не бодрствуют в молитвах, попадают в плен своих суетных и стыдных помыслов, а плененные, нехотя и не по воле, работают злому обычаю. Кто невнимательно участвует в Богослужении, тот весьма многого лишается. Кто не слушает с охотою и вниманием Божественных Писаний, но предается сну лености, тот вместе с пятью юродивыми девами заключится вне чертога небесного Жениха.

    Пренебрегающие постом, как средством к спасению(http://pravbeseda.ru...age=book&id=904), погружаются в чревоугождение и одолеваются грехом, борющим похотью блудной. Не соблюдающие заповедей Божиих (http://pravbeseda.ru...age=book&id=816) уязвляются от демонов и осуждаются в геенне огненной. Удаляющиеся от Святой Церкви и причастия Святых Тайн бывают врагами Божиими и друзьями демонов. Ереси безбожных еретиков (http://pravbeseda.ru...age=book&id=496) будут посрамлены, род неверных погибнет, равно и полчища иудеев, уста богоборных евреев заградятся. Когда воссядет судить Испытующий сердца и утробы, острейший паче всякого меча обоюдоострого, доходящий даже до разделения плоти и духа, членов и мозгов, и судящий помышления и мысли сердечные, – тогда увидишь не часть какую-нибудь из многого, но все открытым, все обнаруженным. Тогда волка не укроет овечья шкура и внешняя наружность дел не прикроет внутренних помышлений. Нет создания, которое бы не было известно Создавшему, но вся нага и объявлена пред очами Его.

    Ополчимся же Божьими заповедями против страстей плоти, смирим гордые помыслы, подвигнемся на брань с диаволом, озарим мысль духовной бодростью (трезвением)(http://pravbeseda.ru...age=book&id=795), подавим греховные вожделения, позаботимся приобрести готовность и любовь к молитве, трезвенный ум, бодренную мысль, чистую совесть, всегдашнее воздержание, усердный пост, нелицемерную любовь, истинную чистоту, нескверное целомудрие, нельстивое смирение, постараемся приобрести непрестанное псалмопение, чтение без тщеславия, коленопреклонение без гордости, моление нескудное, житие чистое, правду в словах, усердное странноприимство, милостыню без размышлений, благоугодное терпение.

    Остановим потоки желчи, истребим гнев, удалим от себя уныние, пресечем ярость, отринем печаль, иссушим сребролюбие, не будем страшиться общей нам смерти, этого жнеца рода человеческого, но убоимся губителя человеков. Истинная смерть не та, которая разлучает душу от тела, но та, которая удаляет душу от Бога. Бог есть жизнь; кто отлучает себя от Него, тот умирает и не имеет дерзновения к Богу, потому что отдалился, от жизни. Истинная смерть от диавола. Отец смерти – диавол – стоит, как крепко вооруженный ратоборец, чтобы напасть на нас во святые дни и повергнуть в свою власть, и потом сказать: «Победил. Христовых воинов, показавши им женскую красоту; прельстил их слух; погубил в гордости и чревоугождении; запутал в похотях; соблазнил пьянством; отринув их от Бога, я поверг в пропасть блужения». Не дадим нечистым демонам посмеяться над нами; мы имеем Бога, Который есть наш Спаситель, а демонов погубитель. Имея на себе это мертвенное тело, мы не избежим смерти, но не смутимся, и да подвигнемся мужественно на победу с нечистыми демонами. Если мы будем иметь в сердце страх Божий и в душе будем носить память о смерти, то пусть вооружаются на нас все демоны, они не причинят нам никакого вреда, а окажутся овнами, без успеха бьющими стену, потому что стену нашу найдут несокрушимою, так как с нами будет Господь Бог наш, Которому принадлежит слава, честь и власть во веки веков. Аминь. (http://pravbeseda.ru...age=author&id=2)
  15. GlebYanchenko
    «..Для чего, думаешь ты, бывают приношения за мучеников, и они призываются в этот час? Хотя они — мученики, хотя это — (приношения) за мучеников, но великая честь быть воспомянутым в присутствии Господа, во время совершения такой смерти, страшной жертвы, неизреченных таинств. Как пред лицом седящего царя всякий может испрашивать, чего хочет, когда же он встанет (с своего места), тогда, что бы ни говорил, будет говорить напрасно, — так и здесь, пока предлежат таинства, то для всех величайшая честь — удостоиться поминовения. Смотри: здесь возвещается то страшное таинство, что Бог предал Себя за вселенную. Вместе с этим тайнодействием благовременно воспоминаются и согрешившие. Подобно тому, как в то время, когда празднуются победы царей, прославляются и те, которые участвовали в победе, и освобождаются те, которые в то время находятся в узах, а когда пройдет это время, то не успевший получить уже не получает ничего, так точно и здесь; это — время победного торжества. «Ибо всякий раз», говорит (апостол), «когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете» (1 Кор. 11:26). Не будем же приступать легкомысленно и думать, будто это совершается так, без цели. А вместе будем поминать и мучеников, и, притом, с верою, что Господь не умер; а что Он был мертвым, то это — знак умерщвления смерти. Зная это, будем помнить, какие утешения мы можем доставить умершим, — вместо слез, вместо рыданий, вместо надгробных памятников милостыни, молитвы, приношения, — чтобы и им и нам сподобиться обещанных благ, по благодати и человеколюбию Единородного Сына, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.»
    Святитель Иоанн Златоуст (Толкование на книгу Деяний,
    Беседа 21)


    «..Итак, прежде наступления страшного часа будем помогать друг другу и приносить жертвы братолюбия милосердующему о душах Богу. Человеколюбивый Господь благоволит исполнять прошения своих тварей, относящиеся ко спасению, и особенно преклоняется не тогда, когда кто-либо подвизается ради только спасения своей собственной души, но когда делает сие и ради ближнего: ибо чрез это земнородный восходит к богоподражанию (испрашивая даров для других, как милости для себя самого), исполняет меру совершенной любви, получает отсюда блаженство и вместе с душою ближнего и для собственной души делает превеликое добро..»

    Преподобный Иоанн Дамаскин (Слово об усопших в вере, о том, какую пользу приносят им совершаемые о них литургии и раздаваемые милостыни)
  16. GlebYanchenko
    Духовничество
     
    Наконец, мы подошли к еще одной большой и важной теме. Наверное, ни-
    какой другой предмет не порождает столько вопросов, недоумений и искушений,
    как духовное окормление. Зачем нужен духовник, как начинаются отношения
    духовничества, как правильно общаться с духовником, а также с другими его ча-
    дами, каковы взаимные обязанности духовника и окормляемых, могут ли эти от-
    ношения быть расторгнуты, и в каких случаях – вот только некоторые из этих
    вопросов.
    Итак, зачем спасающемуся нужен духовник? Почему духовные книги и св.
    Отцы единогласно говорят о необходимости духовного окормления? Почему не-
    достаточно руководствоваться только книгами и собственным опытом?
    Как в любом искусстве самоучки не могут сравниться с теми, у кого был
    хороший учитель, так и в духовной жизни им не сравниться с теми, у кого был
    опытный духовник. Годы тратятся на преодоление маленьких трудностей, кото-
    рые с помощью духовника чада преодолевают, даже не замечая и не понимая их.
    Таково общее правило, хотя среди самоучек бывают и «самородки».
    Несколько раз в жизни любого человека наступают критические ситуации.
    И именно в это время он не может ясно и трезво оценить свое положение и при-
    нять правильное решение, так как находится в состоянии помрачения. Между
    тем, от правильного решения зависит очень многое: самое направление и тече-
    ние последующей жизни, а иногда и спасение. В этот момент необходима по-
    мощь извне. Дело не в том, что ситуация очень сложная: со стороны даже не
    очень опытному человеку видно, как избежать ошибки. Здесь мог бы помочь
    просто благонамеренный друг, знакомый, но кто лучше поймет наше внутреннее
    состояние и ситуацию, чем духовник, у которого мы не один год исповедуемся?
    Надо только иметь доверие к нему и послушать его совета.
    Следующая причина необходимости духовничества заключается в том, что
    демоны устраивают человеку искушения на уровень выше, чем тот, на котором
    он в настоящее время находится. Война идет как бы в темноте, когда человек не
    видит и не понимает действий противника. Он только видит себя уже поранен-
    ным, чувствует, что произошло разорение души, а каким образом это произошло
    – понять не может. Когда же подвижник овладевает этим уровнем искушений,
    демоны переходят к следующему, и история повторяется, пока, наконец, подви-
    зающийся не постигнет хитрости бесовские до самого дна. К счастью, это воз-
    можно. В данной борьбе духовник зачастую дает указания, советы, благослове-
    ния наперед, видя и понимая то, что ученик пока не видит и не понимает. По
    этой причине его указания кажутся ученику непонятными и даже неправильны-
    ми. Ему приходится просто верить духовнику и исполнять. А задача духовника -
    со временем сделать эту борьбу открытой, видимой и понятной своему духовно-
    му чаду, оградить его от непосильных искушений, дать ему оружие в этой борь-
    бе (трезвение, молитву, Исповедь, Причастие, знания, благочестивые навыки).
    Приведем простой пример. Семилетний мальчик спрашивает у папы, как
    работает автомобиль, почему он не может сам сесть за руль и поехать в гости к
    бабушке? Что может сказать ему отец? «Потерпи, сынок. Вот подрастешь, и то-
    гда поедешь. А сейчас старайся хорошо учиться, особенно по физике, химии и
    математике». А к духовнику приходит чадо и наивно спрашивает: «Как мне
    справиться с гордостью?»,– предполагая, что сейчас духовник откроет простой
    способ разделаться с нею, после чего эта самая гордость уже никогда не будет
    ему досаждать. Что может сказать ему духовник, если вопрошающий не знает
    Священной истории, не имеет понятия о страстях и собственного опыта духов-
    ной жизни? Объяснять ему сейчас все это – то же самое, что и рассказывать пер-
    вокласснику, как работают системы автомобиля. «Потерпи пока, читай правило,
    почаще исповедуйся, старайся никого не осуждать, а там Господь управит». Чадо
    уходит очень недовольное. Слова духовника оно поймет и оценит лет через два-
    дцать.
    Но как бы обрадовался ребенок, если отец бы сказал ему: «Автомобиль?
    Вот газ, детка, вот – тормоз, а это круглое – руль. Дорогу знаешь. Поезжай». Не
    надо быть пророком, чтобы предсказать, что ждет его на первом же перекрестке.
    Так же бы возрадовалось и чадо, если бы услышало от духовника: «Что там у те-
    бя, гордость, что ли? Считай себя хуже скотов. Врагам делай добро. Думай, что
    все спасутся, одно ты погибнешь. И еще не забудь – держи ум свой во аде, и не
    отчаивайся». Что же здесь плохого, ведь это – изречения св. Отцов? Мы говори-
    ли уже о лесенках духовного восхождения. Опасность здесь в том, что ученику
    предлагается не постепенное восхождение, а прыжок на самый верх лестницы,
    откуда он, не имея возможности удержаться там, непременно упадет вниз. И ес-
    ли заранее об этом никто не подумает, то не обойдется без ушибов и переломов,
    не физических, конечно, а душевных и духовных.
    Каким же требованиям должен удовлетворять духовник?
    У него должно быть свободное время для общения с нами: для исповедей,
    бесед (хотя бы кратких), разбора недоумений, объяснения непонятного.
    Духовник должен быть достижим по расстоянию. Чтобы в сложных жиз-
    ненных ситуациях мы могли получать совет и благословение своевременно, а не
    тогда, когда «поезд уже ушел».
    Достаточный уровень благочестия и духовного образования. Кандидатуры
    с наличными смертными грехами, конечно, сразу исключаются.
    «Стаж» духовной жизни не менее 15 лет, причем предпочтительно именно
    нашей жизни: для мирских – белый священник, для монашествующих – монах.
     
    Должны быть видны и добрые плоды этой жизни: у священника – хорошая се-
    мья, воспитанные дети, у монаха – мирное внутреннее устроение, строго право-
    славное мировоззрение, смирение, молитвенность. Хочу предупредить монаха,
    что если он возьмется за духовное руководство супругов, то ему придется не
    только быть арбитром во всех домашних ссорах, больших и маленьких, но и ре-
    гулировать рождаемость, супружеские отношения в посты и праздники, думать о
    содержании, лечении и жизнеустройстве детей, рожденных по его благослове-
    нию. Незаметно для себя, монашествующий духовник начинает ориентировать
    подопечных-мирян на свой собственный образ жизни, что приводит их, в конце
    концов, к семейным конфликтам.
    Для полноценного руководства духовный наставник должен иметь воз-
    можность лично наблюдать за нашим поведением. Почему это важно? Потому,
    что люди рассказывают о себе необъективно, неполно, оправдывая себя и обви-
    няя других, скрывая собственные проступки. Если при этом взяться за «заочное»
    руководство, то со временем окормляемый все больше и больше запутывается в
    жизни. Тогда становится ясным, что он рассказывает о событиях не так, как они
    происходят на самом деле, и потому советы духовника оказываются ошибочны-
    ми. Для сравнения, представим, что мы взялись вести чужую машину с завязан-
    ными глазами, а ее владелец рассказывает нам обстановку на дороге, причем
    рассказывает неверно. Безрассудность такого предприятия в случае с машиной
    очевидна, а за руководство чужой жизнью при таких же условиях многие берут-
    ся. В подобных случаях духовник, если не имеет от Бога прозорливости, вынуж-
    ден ограничиваться общехристианскими советами: соблюдать заповеди, терпеть,
    смиряться, поступать так, чтобы это вело к миру, помолиться, чтобы Бог упра-
    вил. Но при таком руководстве и результаты будут очень скромными.
    Как уже говорилось, обычная ошибка новоначального – сильно завышен-
    ные требования к духовнику. В его глазах духовный руководитель непременно
    должен быть яркой харизматической личностью, целителем болезней, изгоните-
    лем злых духов, прозорливцем, непререкаемым авторитетом в церковной среде.
    Обычно, это действительно достойные люди, но – труднодоступные. До нас ли
    им, имеющим сотни духовных чад, окруженным толпою страждущих от неизле-
    чимых болезней и злых духов, несчастных, попавших в безвыходные жизненные
    обстоятельства? Человеку, у которого ничего этого нет, даже и неудобно стано-
    виться в одну с ними очередь и задерживать этих страдальцев своими пустяками.
    Между тем новоначальному нужна не пятиминутная беседа. Ему необхо-
    димо жить при духовнике хотя бы первые несколько лет. Редкие поездки к ду-
    ховнику подобны поездке на курорт во время отпуска. Совсем другое дело – по-
    стоянно жить на курорте в качестве местного жителя. По этой причине лучше
    предпочесть знаменитому духовнику, который находится где-то далеко, посред-
    ственного, но который находится рядом. По крайней мере, на первое время. Но-
    воначальный не нуждается в тонкостях и глубинах духовной премудрости. Ему
    необходим хлеб насущный, то есть то, что знакомо любому священнослужите-
    лю, окончившему семинарию и имеющему опыт духовной жизни лет 15-20. А
    главное, в первое время ему нужно внимание, общение, разбор недоуменных
    жизненных ситуаций, объяснение непонятного в Православном вероучении и
    церковной жизни. Когда новоначальный усвоит этот «ликбез», можно поискать
    более опытного руководителя. После приобретения правильного внутреннего
    устроения, поездки к духовнику могут быть не столь частыми, хотя ничто не в
    состоянии заменить личного общения с духовником при исповеди и беседах,
    связанных с важными обстоятельствами.
    То же мы видим и в обычных школах: в начальных классах преподают од-
    ни учителя, в старших – другие, а в высших учебных заведениях – профессора и
    доценты. Что скажут люди, если профессор будет обучать чтению по слогам и
    счету на палочках в начальных классах? Мы же хотим именно этого в духовном
    аспекте: чтобы известный духовник обучал нас правильно зажигать лампадку,
    читать утренние и вечерние молитвы, складывать руки для благословения, по-
    ститься в среду и пятницу, посещать богослужение в воскресные и праздничные
    дни.
    С какими вопросами обращаются к духовнику руководимые им? Обычно
    это трудные житейские ситуации: как вести себя при ссорах, в тяжбах, конфлик-
    тах, подавать ли в суд, чем лечить болезни, делать или нет операцию, менять ли
    работу и место жительства. У духовника просят благословение на какое-то дело,
    путешествие, покупку. К духовнику несут также свои несчастья, пожары, разво-
    ды, смерти, автокатастрофы, кражи, и не только собственные, но и своих детей и
    родственников. Конечно, и без этого не обойтись, но надо понимать, что свя-
    щенник обычно не может дать квалифицированный совет медицинского, юриди-
    ческого, экономического характера, его дело – благословить нас пойти к врачу,
    юристу или кому-то другому, а главное – помолиться за нас. Может быть, дать
    совет из своего жизненного опыта. Часто трудные, тупиковые ситуации, с кото-
    рыми приходят к духовнику, невозможно решить советами, вещественной по-
    мощью и другими человеческими средствами. Только через молитву и милость
    Божию могут поменяться обстоятельства и появиться выход из тупика. Поэтому
    люди взывают к духовнику: «Помогите!», а он им отвечает: «Давайте молиться».
    Нельзя не заметить, что если старца древности можно было уподобить
    опытному проводнику, который прекрасно знает весь путь и ведет любозна-
    тельных путешественников кратчайшей дорогой прямо к горному озеру, то со-
    временный священник-духовник видится таким же путником, как и другие, но
    лучше их ориентируется по карте, опытнее в дорожных приключениях, крепче
    силами и имеет обязанность помогать другим. Поэтому в наше время изменился
    сам способ духовного окормления по сравнению с древним старчеством: это уже
    не послушание без рассуждения, а самостоятельная жизнь под наблюдением
    священника, который оберегает от грубых ошибок, помогает подняться после
    падений, объясняет духовные законы, с которыми нужно считаться. Частое не-
    доразумение состоит в том, что приходящий за духовным руководством ожидает
    первого способа окормления, а священник предлагает второй, причем оба молчат
    об этом предмете и удивляются странному поведению друг друга.
    Многие считают, что духовные отношения начинаются следующим обра-
    зом. Ищущий подходит к священнослужителю, о котором он слышал похваль-
    ные отзывы от своих знакомых, и говорит ему (иногда с земным поклоном):
    «Святой отец, будьте моим духовником!» Он же, глядя с отеческой любовью на
    совершенно незнакомого человека, отвечает: «Принимаю вас в свои духовные
    чада». Несмотря на всю внешнюю привлекательность такого начала, в реальной
    жизни правильные духовные отношения начинаются не так. Почему же? Потому
    что духовные отношения – дело серьезное и ответственное, связывающее обе
    стороны обязательствами. Они не уступают в важности браку или усыновлению.
    Нельзя связывать себя такими узами поспешно и с кем попало. Духовному союзу
    должен предшествовать испытательный срок.
    Подготовительной ступенькой к сему служит регулярная Исповедь у одно-
    го священника и посещение его богослужений. Со временем мы почувствуем пе-
    ред этим священником ответственность за свои грехи, пока только за тяжелые.
    Мысль о том, как нам будет стыдно ему исповедоваться, а он будет за нас пере-
    живать, удерживает нас от больших грехов. Но во всем остальном мы чувствуем
    себя вполне свободными. Это еще не духовное руководство, а Исповедь у одного
    священника. Некоторые большего не желают и на этом останавливаются.
    Если же мы желаем большего, надо начинать советоваться со священни-
    ком в трудных случаях. Его советы и просьбы надлежит исполнять так, как если
    бы он уже был нашим духовником. Предложить ему помощь в храме и в быту.
    Если эти отношения сложатся, и мы увидим их пользу для себя, то тогда и уме-
    стно спросить священника, может ли он стать нашим духовником? Если же они
    не сложатся, или мы увидим, что они не приносят нам духовной пользы, что бы-
    вает гораздо чаще, то лучше тихо отойти и поискать другого. Когда же духовный
    союз уже заключен, то разрыв его бывает так же болезнен, как лишение роди-
    тельских прав или уход детей из родительского дома. Случается, что священник
    с легкостью берется за духовное руководство движимый скрытой гордостью или
    ради материальных интересов, не возлагая на себя при этом никакой ответствен-
    ности за последствия. Если же священник не гордый, не ищет выгоды, знает, что
    придется отвечать за ошибки в руководстве, сопереживать все скорби, искуше-
    ния, жизненные невзгоды своих подопечных, терпеть от них неблагодарность и
    недоверие, семь раз подумает, прежде чем согласится на духовное окормление
    Христа ради.
    Тупиковая жизненная ситуация, возможно, и подходит для начала духов-
    ных отношений с духоносным старцем, но, когда речь идет об обычном священ-
    нике, это время наименее благоприятно. Почему-то люди этого не понимают.
    Вот несколько примеров, как это происходит в жизни.
    – Отец, я приехал из Казахстана. Мне негде жить и я никак не могу устро-
    иться на работу.
    – Меня бросил муж, и я осталась с четырьмя малолетними детьми.
    – Неизвестные лица преследуют меня. Они читают мои мысли и воздейст-
    вуют на меня психотронными излучателями.
    – У меня обнаружилась большая недостача в магазине.
    – Я в таком горе! Мой сын оказался замешан в уголовном преступлении, и
    т. д.
    После подобного вступления дальше следует призыв о помощи: «Помоги-
    те мне ради всего святого! А заодно возьмите меня в свои духовные чада…»
    Начинать духовные отношения надо, когда у вас все благополучно, и если
    будете жить по совету священника, то вероятность оказаться в тяжелой ситуации
    будет сведена до минимума. Если всѐ же какое-то неожиданное несчастье слу-
    чится во время его духовного руководства, духовник будет обязан вам помочь по
    чувству ответственности. Но в ходе общения не мешает выяснить, как ваш свя-
    щенник понимает ответственность за свои духовные советы. Об этом и пойдет
    речь ниже.
    Ответственность – очень важный аспект духовничества. Основной его за-
    кон гласит: «Духовник отвечает за духовное чадо в меру его послушания».
    Безусловно, духовник отвечает за то, что сделано чадом по его благословению.
    Перед кем отвечает? Перед судом Божиим, своей совестью, и перед человеком,
    который доверил ему свою жизнь и спасение. В отдельных случаях и перед свя-
    щенноначалием. Перед государственным законом ответственность за это не пре-
    дусмотрена. Может быть, поэтому некоторые так смело распоряжаются челове-
    ческими судьбами? Вот один нюанс современного духовничества, который впо-
    ру сравнить с медвежьим капканом, в который попадается множество новона-
    чальных.
    Является слух, что в сельской глуши (или в монастыре) обнаружен старец.
    Кого-то он уже назвал по имени, видя его впервые, другому объявил его тайный
    грех, а третьему мимоходом предсказал важное событие в его жизни… Духов-
    ный голод и потребность в чуде среди верующего народа всегда были велики. И
    вот уже из разных епархий едут автобусы, несутся автомобили, идут ходоки в
    полной уверенности, что направляются к возвестителю воли Божией, прозорлив-
    цу, чудотворцу. А священник, к которому они стремятся, вовсе не претендует на
    духоносное старчество, а, в полном согласии со свт. Игнатием Брянчаниновым,
    дает ближнему советы, которые тот может исполнять, а может и не исполнять.
    Причем давший совет не несет ни-ка-кой ответственности за последствия своего
    совета*.
    Но вот беда, приехавший-то этого не знает! Он думает, что слышит Волю
    Божию, которую грех не исполнить, что давший совет несет ответственность за
    свои рекомендации, как это бывает обыкновенно на приемах у должностных
    лиц. Что же дальше? Кто-то продал дом, выписался из квартиры, уволился с ра-
    боты, бросил учебу, вышел замуж за незнакомого человека, развелся с женой,
    принял монашество и т.д. Но вместо ожидаемого благополучия попал в отчаян-
    ное положение. Он опять спешит к духовнику: «Почему так получилось? Что же
    мне теперь делать?» И тут только узнает, что духовник решительно отказывается
    от ответственности, что он получил лишь совет, который мог бы и не исполнять.
    Как же избежать подобного? Хорошо, если бы на хибарках для приема по-
    сетителей висел листок, например, такого содержания:
    Жильем, работой и материальной помощью не обеспечиваю. Это сразу
    уменьшило бы поток посетителей.
    Не чудотворец, не прозорливец.
     
    * Свт. Игнатий. ПСС, т. 5, гл.13
     
    Даю духовные советы, которые вы можете исполнять или не исполнять –
    греха не будет.
    За последствия ответственности не несу.
    Если на дверях такого листка нет, то приходящему следует самому разо-
    браться в этих вещах прежде, чем совершить какой-либо серьезный поступок в
    своей жизни. Но обычно условия приема «массовыми» духовниками именно та-
    ковы, что какой-либо ответственности за последствия своих советов и благосло-
    вений не предполагается. Впрочем, их труды относятся больше не к духовному
    руководству, а к духовной «скорой помощи» в чрезвычайных ситуациях, что на-
    кладывает свой отпечаток на стиль решений и взаимоотношений.
    Настоящий духовник обычно очень осторожен в советах и благословениях.
    Незнакомому человеку он не будет давать указаний о серьезном переустройстве
    жизни, но предостережет от смертных грехов, а в остальном посоветует посту-
    пать учитывая обстоятельства, помолившись о Божьем вразумлении. Читать
    Евангелие, Псалтирь, какие-то молитвы, исповедоваться, причащаться, что при-
    влекает ко всякому человеку милость Божию. Если же речь идет о том, кого он
    давно окормляет, то он не отказывается от ответственности, если с его чадом что
    случится, а помогает ему выйти из затруднительных обстоятельств, используя
    все свои возможности.
    Есть круг вопросов, которые каждый человек должен решать самостоя-
    тельно вне зависимости от своего духовного возраста. Вот эти вопросы: какую
    выбрать профессию в жизни, куда пойти учиться, идти в монастырь или женить-
    ся, с кем именно соединить свою жизнь, уходить ли из монастыря, разводиться
    или нет. Напрасны попытки переложить их решение на кого-то другого, даже на
    духовника. Хотя в житийных книгах мы и читали, что старцы решали эти вопро-
    сы, но в том случае, если конкретно знали волю Божию по этому вопросу.
    Обычный же священник, если ему воля Божия не открыта, благословляет во-
    прошающего сделать выбор самостоятельно, помолившись.
    Следующий вопрос: как правильно относиться к духовнику и каковы наи-
    более частые ошибки в отношениях с ним? Оказывается, правильным отношени-
    ям с духовником тоже надо учиться. Не имея опыта правильных отношений, че-
    ловек пытается построить их по известным ему образцам. Обычно вначале бе-
    рется за образец отношение ученика к учителю в учебном заведении, и это не-
    плохо. Но, немного побыв в таком качестве, чадо пытается мало помалу изме-
    нить их на дружественные или на родственные. Первый случай обычно имеет
    место при окормлении мужского пола. Духовное чадо начинает вести себя «на
    равных», позволяет себе панибратство, споры, дерзость. Второе же случается
    при окормлении женского пола – дело доходит до ревности, слежки, скандалов и
    истерик. Много труда, времени и строгих мер приходится приложить духовнику,
    чтобы привести эти отношения в порядок. Нередко оказывается, что чадо не спо-
    собно изменить своего поведения. Тогда духовнику не остается ничего другого,
    как расстаться с ним, подобно тому, как учитель выгоняет из класса малолетнего
    хулигана, чтобы получить возможность проводить урок с другими учениками.
    Общим явлением при общении духовных чад с духовником является рев-
    ность на общение. Чада бдительно наблюдают, кому духовник оказывает больше
    внимания и расположения, с кем проводит больше времени, кого принимает вне
    очереди. «Избранники» чувствуют себя счастливыми, остальные же относятся к
    ним с враждою и неприязнью. В чем причина подобного поведения? Не ошибем-
    ся, если укажем на эгоизм и вытекающие из него высокую самооценку, зависть и
    желание занять при духовнике привилегированное положение, а если этого уда-
    ется достигнуть – охрана своего положения от посторонних посягательств.
    Излишне говорить, насколько это несообразно с христианством, с каким
    прискорбием наблюдает за этим духовник. Но он терпит, пока есть надежда на
    исправление. Напротив того, нет цены чаду, которое не рвется быть на виду, не
    ревнует духовника к другим, но в терпении, год за годом выполняет порученные
    послушания, работает над своим характером. Духовник видит таких чад и ценит
    более других.
    Мы часто забываем, что пришли к духовнику за тем, чтобы он научил и
    указал нам, как спасаться. Мы начинаем искать личных, душевных отношений,
    шуток, ласки, знаков внимания, и в них полагать смысл и главную цель общения
    с духовником. Конечно, в общении с духовником есть, кроме духовной, и ду-
    шевная составляющая, но необходимо помнить о должной мере и правильной
    расстановке акцентов. Духовное в этих отношениях должно быть на первом мес-
    те, а душевное и личное – на втором. У неразумных чад весь труд, постоянное
    переживание и главная забота заключается в том, чтобы приобрести и сохранить
    личные, душевные отношения с духовником. При этом обличение неблаговид-
    ных поступков и черт характера, назначение врачующих епитимий и послуша-
    ний воспринимается как угроза этим отношениям, и вызывают со стороны ду-
    ховного чада огорчение, тревогу и даже панику. Хотя беспокоиться надо как раз
    в противоположном случае - при отсутствии обличений и епитимий, так как
    именно в этом заключается непременная обязанность духовника и условие наше-
    го спасения.
    В духовном окормлении существует лесенка, в которой каждая ступень
    имеет свои особенности, соответствующие духовному возрасту. Она очень по-
    хожа на воспитание ребенка родителями. Первые три года - это младенчество,
    полная родительская опека. Когда же младенец немного подрастет, ему говорят,
    что хорошо, что плохо, что можно делать, что нет. Пока без объяснений. Затем
    учат читать, писать, считать, правильно себя вести, дают ребенку больше само-
    стоятельности. Далее учат принимать решения и отвечать за свои поступки. На-
    конец, выпускают в самостоятельную жизнь. Эти же этапы должны быть и при
    духовном руководстве. В первые годы от ученика требуется полное послушание
    духовнику, а со стороны духовника – внимание ко всем сторонам его жизни. В
    этот период необходимо часто советоваться, брать благословение, и подробно
    исповедоваться во всем, что касается внешней и внутренней жизни, даже отно-
    сительно помыслов. Что можно делать и что нельзя, говорится пока без объясне-
    ний, так как ученик не имеет понятийной базы и личного духовного опыта, на
    которые объяснения могли бы опираться.
    Вот одна распространенная ошибка в отношениях с духовником на этом
    этапе. Новоначальный раз за разом приходит к духовнику уже после своего не-
    верного поступка или грехопадения, и спрашивает, что ему делать теперь? Таким
    образом, духовнику предоставляется не направлять жизнь своего подопечного, а
    только сопереживать его ошибки и вытаскивать его из трудных ситуаций. «По-
    чему же ты не пришел прежде своего поступка, не посоветовался, не взял благо-
    словение?» – говорит он с укоризной. После нескольких подобных случаев, ду-
    ховник такие отношения прекращает.
    На «младенческом» этапе образ духовника нередко заслоняет от его чад
    образ Христа, вся их внутренняя жизнь замыкается на духовника. Самым мелким
    деталям его внешней жизни и поведения придается преувеличенное значение.
    Внутренний же его мир остается для окормляемых недоступен и непонятен. Это
    видно по жизнеописаниям известных духовников их духовными чадами: обстоя-
    тельно, даже скрупулезно описана внешняя сторона их жизни, а о внутренней –
    ничего, а если и написана какая малость, то с ошибками и неточностями.
    Но продолжим о лесенке возрастания под руководством духовника. Нако-
    нец, начинается период объяснений, приучения к самостоятельности. На этом
    этапе могут быть конфликты следующего характера. Как младенец проявляет
    недовольство, когда его учат ходить, отучают от соски, оставляют надолго одно-
    го, и он со слезами просится «на ручки», вопиет, чтобы привлечь к себе внима-
    ние, так и духовное чадо протестует и огорчается. Оно обычно не желает само-
    стоятельной духовной жизни, боится ее, хочет и дальше быть носимо духовни-
    ком на руках, прятаться от трудностей за его широкой спиной...
    Впоследствии, по мере духовного роста, отношения «учитель-ученик» ос-
    лабевают и, по инициативе учителя, а отнюдь не ученика, постепенно переходят
    в дружеские, «на равных», если большая разница в возрасте не является этому
    преградой. Мне думается, что эти же этапы обучения проходили духовные уче-
    ники и в древности, но в литературе по этому вопросу сделан сильный акцент
    именно на первом этапе, «младенческом», от чего у читателя создается впечат-
    ление, что он должен продолжаться бесконечно, до самой смерти учителя.
    У обыкновенного ребенка при долгой искусственной задержке на первом
    этапе происходит нарушение нормального развития, но до смерти родителей он
    может жить благополучно. Что же делать ему, когда родители умрут? Поискать
    других родителей? Но кто усыновит беспомощного взрослого человека с мла-
    денческим интеллектом?
    Нечто подобное происходит и в духовной жизни. Мы видим духовников,
    окруженных чадами, которые просто «висят» на них, потому что им легче жить,
    переложив на духовника груз своих проблем и ответственности за свою жизнь.
    При каждом затруднении, когда надо напрягать ум и чем-то рисковать, они спе-
    шат к духовнику за благословением и получают готовый рецепт, как надо посту-
    пить, обычно удачный. И больше им ничего не нужно. Они думают, что это и
    есть настоящее духовное руководство. Годами находясь при духовнике, они ни-
    чему не могут научиться, духовных плодов не приносят, поведением мало отли-
    чаются от мирских людей, и когда им говорят, что они обязаны духовно расти, –
    не понимают, о чем идет речь. Однако, духовник, наконец, умирает.
    – Батюшка, на кого же вы нас оставляете!? Для них это не просто горе, это
    – катастрофа: они отвыкли от самостоятельной жизни и в то же время ничему не
    научились.
    – Оставляю вас на попечение Божией Матери.
    Этот ответ можно понять по-разному, я же понимаю так: «Поскольку вы
    все равно не учитесь, для вас полезнее жить самостоятельно». Но тех, кого надо
    учить дальше и кто способен к этому, духовники передают «из полы в полу», как
    прп. Лев Оптинский передал перед смертью прп. Макарию будущего старца Ам-
    вросия.
    Но вот младенческий этап благополучно пройден, чадо нормально разви-
    вается. Что же обычно бывает дальше? Если руководство не благодатное, а чело-
    веческое, то есть почти в 100% случаев современной жизни, дальше наступает
    момент, когда окормление как бы исчерпывает себя. Чадо, вследствие своего ду-
    ховного взросления, более близкого знакомства с наставником, накопления опы-
    та его «промахов», перестает удовлетворяться руководством, перестаѐт находить
    в нѐм что-то для себя новое, назидательное. И тогда оно по какому-либо поводу,
    серьѐзному искушению или пустяку, взрывается неудовольствием, критикой, не-
    послушанием, подводит итоги. В серьѐзных случаях это происходит лет через
    десять.
    После этого наставник и ученик расстаются на длительное время. Иногда
    потом они опять сближаются, уже на ином уровне, ближе к равенству, иногда
    уже нет. Особенно расстраиваться наставнику не стоит. Чадо как бы закончило
    среднюю школу и хочет учиться дальше у более опытных, или жить самостоя-
    тельной духовной жизнью. Что ж, Бог в помощь и доброго пути!
    Недавно услышал слова замечательного проповедника нашего времени,
    протоиерея, раскрывающие суть отношений духовника с чадом: это отношения
    по духовной любви и послушание по духовной любви. Отсюда должны возни-
    кать и советы, и благословения, и ответное послушание. Совсем не по принуж-
    дению и насилию. И цель этих отношений – в уподоблении, со временем, чада
    духовнику, а совсем не удачное решение затруднительных жизненных ситуа-
    ций. Встречаются такие отношения не чаще, чем вообще духовная любовь ме-
    жду людьми. Очень глубокие и правильные мысли.
     
    http://babayki.orthodoxy.ru/book.pdf
    архимандрит Борис (Долженко)
    "К ТИХОМУ ПРИСТАНИЩУ"
  17. GlebYanchenko
    17 декабря в Грузии отмечают один из самых популярных праздников – Барбароба. В каждом доме обязательно пекутся лобиани – лепёшки с фасолью, традиционное блюдо этого дня Филипповок. Издавна с этим праздником народ связывает много поверий.
    Особое внимание в этот день уделяется «меквле», что в переводе означает «прокладывающий след». Это посторонний мужчина или мальчик, который первым входит в дом. Считается, что он вносит с собой благополучие и удачу. Как правило, меквле держит при себе что-то сладкое и желает всем членам семьи долголетия и процветания. Естественно, его тут же сажают за стол, на котором только постные блюда. В сегодняшней Грузии всё больше и больше людей, которые, несмотря на непростую жизнь, натиск иеговистов, курсирующих по улицам, и пр., начинают вести церковный образ жизни.
    Само собой, в любой церкви города в этот день очень многолюдно. Служба кончается, но люди идут и идут, чтобы попросить о чём-то своём у святой Варвары.
    В Тбилиси несколько церквей, посвящённых святой великомученице.
    Часто в прессе появляются статьи о новых и новых чудесах, творимых св. Варварой. Вот, например, настоятель церкви Св. Варвары на улице Богдана Хмельницкого о. Элгуджа (Лосаберидзе) рассказывает на страницах журнала «Сарке»:
    «Одна женщина попросила меня: “Дайте мне ключи от церкви. Они помогут моему ребёнку, если он покрутит их во рту”. Я ничего подобного не слышал. Это, наверное, какое-то народное поверье. Эта женщина была нашей постоянной прихожанкой и долго молила святую о чуде. Все знают, что св. Варвара покровительствует детям. Я не смог отказать измученной матери и дал просимое. Потом она пришла ко мне и плакала от радости. Её немой от рождения ребёнок заговорил...»
    В 1999 г. в Тбилиси была построена ещё одна церковь Св. Варвары. До того её будущему настоятелю о. Кахаберу (Натенадзе) и двум его друзьям одновременно приснилось, что на этом месте должна быть церковь. Великомученица явилась о. Кахаберу во сне именно такой, какой её изображают на иконах, положила ему на голову Чашу и обещала помочь в строительстве.
    И правда, церковь была построена в рекордные сроки – за шесть месяцев. В её ограде похоронена 16-летняя Хатия Мтивлишвили, чья удивительная кончина привлекла к себе всеобщее внимание. Какое-то время все в городе только и говорили, что о св. Варваре, Хатии и камне. Кто-то видел в этом наказание за скрытый грех, другие жалели девочку, а третьи только многозначительно цокали языком: чего, мол, не бывает на свете.
    В том же самом журнале «Сарке» отец Кахабер рассказал об этом поразившем всех случае:
    «Мы с прихожанами собрались ехать в Кватахевский монастырь. Организовала эту поездку Хатия, глубоко верующая и образованная девочка. Она почему-то очень спешила туда поехать. Перед отправлением она рассказала мне сон, будто приснилась ей св. Варвара, прижала её к сердцу и пообещала, что очень скоро заберёт её с собой. Хатия, рассказывая это, была очень взволнованна и спрашивала: “Неужели это так и будет?”
    Мы приехали в Кватахевский монастырь, отслужили там молебен, потом была трапеза. Недалеко находилась одна скала. Хатия настояла, чтобы мы поднялись туда сделать снимки. Вдруг от горы откололся камень и покатился в сторону детей. Все бросились врассыпную. Только Хатия осталась на месте, закрыв лицо руками. Камень попал ей в голову, и она тут же скончалась.
    Надо отметить, что Хатия отошла ко Господу точно в таком же возрасте, как и великомученица Варвара, в 16 лет.
    На похоронах стали происходить удивительные вещи. Во время панихиды все видели, как на покрывале в гробу сами собой возникли изображения Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и св. Варвары.
    Девочка лежала в гробу как живая. У неё были тёплые, мягкие руки и легко сгибались конечности, что не свойственно покойникам. Хатия была чистым сосудом Божиим. Поэтому Господь и забрал её так рано, чтобы не успел влиться в неё яд современной жизни».
    Майя, мать Хатии, рассказала журналистам следующее:
    «Моя дочь была отличница, у меня никогда не было проблем с её воспитанием. Со дня открытия церкви она проводила там всё своё свободное время. Часто молилась по ночам, хотя я была против такого усердия, считая это лишним. Часто говорила ей, опасаясь её простоты и доверчивости к людям: “Будь похитрее, в жизни это необходимо”. Я не была верующей. Уход Хатии из этой жизни заставил меня посмотреть на многое другими глазами.
    Трагедия сменилась радостью, как это ни странно звучит. Просто я чувствую, что Хатия всегда рядом со мной. Я тоже видела те чудеса, о которых говорил отец Кахабер. Добавлю только, что иногда наш дом сам собой наполняется благоуханием ладана. Я знаю, что это Хатия со своим Ангелом-хранителем посещает меня. Господь нам всем явно показал, что есть жизнь вечная».
    Со временем пересуды и обсуждения этого случая улеглись. Жизнь берёт своё. Что же касается популярности св. Варвары, то нет-нет да и услышишь какое-то новое чудо, связанное с ней.
    Поэтому девочку, родившуюся 17 декабря, обязательно назовут Барбаре – именем, которое в годы безбожной власти считалось безнадёжно устаревшим.
     

    Мария Сараджашвили


    http://www.pravoslav...u/smi/50446.htm
  18. GlebYanchenko
    "Спрашиваешь: "Как сделать, чтобы считать себя за ничто?" Помыслы высокоумия приходят, и нельзя, чтобы они не приходили. Но должно им противоборствовать помыслами смиренномудрия. Как ты и делаешь, припоминая свои грехи и разные недостатки. Так и впредь поступай и всегда помни, что и вся наша земная жизнь должна проходить в борьбе со злом. Кроме рассматривания своих недостатков, можешь еще и так смиренномудрствовать: "Ничего доброго у меня нет... Тело у меня не мое, оно сотворено Богом во чреве матернем. Душа дана мне от Господа. Потому и все способности душевные и телесные суть дары Божии. А моя собственность - только одни мои бесчисленные грехи, которыми я ежедневно прогневляла и прогневляю Милосердного Господа. Чем же мне после этого тщеславиться и гордиться? Нечем". И при таких размышлениях молитвенно проси помилования от Господа. Во всех греховных поползновениях одно врачевство - искреннее покаяние и смирение."
     

    http://www.optina.ru/starets/iosif_life_full3/

  19. GlebYanchenko
    "Призывая на молитве Господа Бога в трех Лицах, помни, что ты призываешь Безначального Отца всей твари, Ангелов и человеков, что тебе, призывающему, удивляются все Силы небесные и с любовью взирают на тебя за то, что ты с верою и любовью и подобающим благоговением призываешь общего их и нашего Отца, Творца Вседержителя и Господа, Коего они безмерно любят, пред Коим крепко благоговеют. О, какое высокое счастье и блаженство, какое величие, какое достоинство — призывать Вечного Отца! Дорожи постоянно и неизменно этим высочайшим счастьем, этим блаженством, которое предоставила тебе бесконечная благость Бога твоего, и не забывайся во время молитвы твоей. Тебе внимает Бог, тебе внимают Ангелы и святые Божии человеки. — Февр. 26-го 1864 года. Прослезился я, писав эти строки."
     

    Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Моя жизнь во Христе"


  20. GlebYanchenko
    "..Для этого нужно постоянное упражнение в чтении Слова Божия, молитва и жизнь по заповедям Божиим. Молитва оплодотворяет упражнение в Слове Божием, и плод будет состоять в познании заповедей Божиих. Прочитайте св. Матфея и старайтесь жить по заповедям, изложенным в пятой, шестой и седьмой главах. (Свт. Игнатий "О евангельских заповедях" http://pravbeseda.ru...age=book&id=816 ) Эта жизнь простенькая. Апостол Павел велит узнавать, что есть воля Божия, благая и совершенная, и этим отсылает нас к начальным страницам Нового Завета, к св. Матфею, которого книга недаром занимает в нашем новозаветном каноне первое место.
     
    Исполняйте заповеди деятельней и незаметно перейдете к видению по Иоанну. Нечувствительно перейти на небо, если научитесь ходить по земле. Укрепляйте себя в жизни по заповедям посредством чтения семнадцатой кафизмы. Душа Ваша озарится, и Вы воскликнете: "Закон Твой – светильник ногам моим и свет стезям моим" (Пс. 118; 105)! – заповеди Божии станут, как пестуны, повсюду ходить за Вами. Таким только путем Вы созиждете на камне свою духовную обитель, в которую снидет Животворящая Троица, в которой будете Вы безопасны от знойного дыхания страстей и от потопа всяких бедствий. Недостаток такого внутреннего делания причиною того, что многие из наших ученейших священноначальников слабы духом, всегда боязливы и скоро впадают в уныние.
    <..>Люди бывают непомерно требовательны, Бог – никогда: Он знает наши силы и по мере сил наших налагает на нас требования, приемлет усердие и чудесно восполняет недостатки. Делайте все ради Бога. Сколько правило это важно в учении, столько же и в жизни...
     
    <..>Затворничество опаснее может быть для Вас, нежели общество. Келья воздвигнет на Вас такую брань, какой Вы не вынесете, ибо душа Ваша еще находится под влиянием вещества, она еще не созрела. Идите своим путем, на время уединяйтесь, чтоб не дойти до рассеянности; потом выходите, да не одолеет Вас гордость или уныние. Выходите к обществу, как в свою школу. Будьте осторожны, но благоразумную осторожность отличайте от мнительности и мелочности. Возвратившись в келью, поставьте себя перед Богом, в сокрушении и в простой сердечной молитве исчислите свои согрешения, и смело и спокойно продолжайте свое внутреннее делание. Постоянное, но спокойное наблюдение за собоюдаст Вам способ приготовиться к верному отчету пред Богом, к исповеди плодотворной.
     
    Скажу Вам, что мнение Отцов о самоиспытании и исповеди таково: мы получаем от духовника отпущение грехов содеянных, а не тех, которые находятся в нас в возможности наклонности к греху. Поэтому духовнику должно знать, в чем Вы и как прегрешили. Покажите ему, в каких грехах, как фактах, выразилось греховное направление Вашей воли, откройте слабые стороны Вашей души чрез указание, какие грехи чаще поражали Вас, ничего не утаивайте, ничего не прикрывайте, не переиначивайте, но избавьте исповедника от перечисления пред ним всех мельчайших обстоятельств, всех подробностей, за которыми и сами Вы никогда не уследите. Духовник не поймет Вас, а себя Вы затрудните: оцеживая комара, проглотите верблюда. Заметив за собою грех, не забывайте его и со временем упомяните о нем на исповеди, представив в чертах существенных и полных, а в подробностях нехарактеристических, удобно ускользающих из памяти, принесете сердечное раскаяние пред Богом, повергнитесь пред ним с сознанием своей мерзости и, оставляя задняя, простирайтесь вперед (Фил. 3; 13). Изгоняйте грех, не будет и подробностей грехопадения. "
     

    Из записок архиепископа Ярославского Леонида (Краснопевкова) о свидании со свт. Игнатием Брянчаниновым


×
×
  • Create New...