Выдержки из бесед на Книгу Товита.

[Olqa 13 596]

Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова. 

«И делал много благодеяний братьям моим и народу моему, пришедшим вместе со мною в страну Ассирийскую, в Ниневию» (Тов. 1:3). 

 

Товит был из числа пленников, которых сирийский царь захватил, победив израильтян, и переправил на чужбину. Как пишет святой Амвросий Медиоланский, «Товит был справедливым, милосердным, гостеприимным человеком. И, наделённый сердечными добродетелями, он переносил тяготы плена смиренно и терпеливо, скорбя об общей несправедливости больше, чем о своей». 

Здесь важный урок достойного перенесения тягот и страданий, выпадающих на жизненном пути. Оказавшись пленником, Товит, как он пишет далее, во-первых, следил за тем, чтобы не нарушать предписания Закона Божия; во-вторых, заботился о том, чтобы помогать другим страдающим. Это и стало путём праведности, на котором он спас свою душу и сохранил себя как личность. 

Как говорит блаженный Августин, «не каждое страдание очищает и делает лучше». Он сравнивал страдание с огнём и замечал, что «золото от огня становится чище и сверкает ярче, а мякина от огня только дымит». Так и люди, в зависимости от внутреннего содержания, могут стать от страдания и лучше, и хуже. Товит же, оказавшись в плену, использовал тяжёлые жизненные обстоятельства, чтобы приблизиться к Богу.

[Olqa 13 596]

«Когда я жил в стране моей, в земле Израиля, будучи еще юношею, тогда все колено Неффалима, отца моего, находилось в отпадении от дома Иерусалима, избранного от всех колен Израиля, чтобы всем им приносить там жертвы, где освящен храм селения Всевышнего и утвержден во все роды навек. Как все отложившиеся колена приносили жертвы Ваалу, юнице, так и дом Неффалима, отца моего. Я же один часто ходил в Иерусалим на праздники, как предписано» (Тов. 1:4-6).

 

Коротко напомню исторические обстоятельства, в которых жил Товит, будучи юношей. Задолго до его рождения произошёл раскол в народе Израильском. Десять колен, то есть, племен еврейских, отделились от двух. Колена Иудино и Вениаминово сохранили тот порядок, к которому призвал Господь: есть Храм, построенный в Иерусалиме Соломоном, в котором нужно Богу служить, и туда ходить, там приносить жертвы, Господь их примет только там. Но произошло политическое разделение, когда отделилась Самария или Израильское царство от Иудейского царства, а вскоре оно было подкреплено и зацементировано религиозным разделением. 

Здесь напрашиваются параллели с тем, что произошло в некоторых славянских странах в ХХ веке. Все эти рукотворные расколы, которые совершают правители для защиты политической власти посредством устроения центра религиозной жизни у себя, под своим контролем, — то же самое, что сделали цари Самарии. Они быстро нашли одного беглого бывшего первосвященника и сказали: мы возведем свой храм ничем не хуже. И построили храм, посвященный не какому-то другому богу, а тому же Богу Авраама, Исаака, Иакова, Богу истинному. В нем служил не самосвят, а потомок Аарона из числа первосвященников, и там приносили жертвы, как это предписано в законе Божием. Однако всё это было расколом, и Бог это не принимал. 

Если мы откроем книги Царств и некоторые пророческие, то увидим, как много там обличений самарийских раскольников. Оттуда, собственно говоря, и пошли самаряне. Когда самарянка спрашивала у Господа: «отцы наши говорят, что нужно на горе сей поклоняться Богу, а иудеи, что нужно в Иерусалиме» (Ин. 4:20), – речь шла об этом. Ко времени Евангелия иудеи уже уничтожили храм на горе Гаризим, но самаряне всё равно там приносили жертвы, как они привыкли, поскольку разделение уже было зацементировано. Раскол, созданный для того, чтобы обезопасить политическое разделение, пережил его на тысячелетия. 

Раньше был один народ с одной верой, который был разделен в интересах царей Самарии. И уже давно нет царей Самарии и самой Самарии как независимого государства, а религиозное разделение остается до сего дня. Хотя самарян уже совсем мало, но они ещё есть в Израиле, и по-прежнему у них собственная религиозная структура. Этим и страшен раскол: религиозное разделение уврачевать куда сложнее, чем политическое.

Раскол духовно ослабляет, и потому в Самарии раньше появилось увлечение языческими обрядами и культами, как это упоминает Товит. Это уже вторая, после раскола, ступень духовной деградации. То же мы видим и в наших расколах – они никогда не останавливаются просто на административном отделении, раскольники быстро впадают и в какую-то ересь, вероучительное искажение, нездоровые духовные практики.

Но в книгах Царств описывается параллельно то, что происходило в Самарии и в Иудее. Почему же уделялось внимание Самарии, если она отпала от истинного почитания Бога? Именно потому, что там сохранялись такие люди, как Товит. Несмотря на свое окружение, он следовал предписаниям Господа. Товит ходил в настоящий Храм в Иерусалиме и не стеснялся отличаться от своего окружения и многих родственников. 

Примечательно, что так его воспитала бабушка. И в наше время бабушки оказывают большое влияние на внуков. Когда я вёл передачу «Мой путь к Богу», то взял интервью у сотни людей о их приходе к вере. Ни один из них не сказал, что на его религиозный выбор повлияли родители, подавляющее большинство свидетельствовало, что на них оказали влияние бабушки. 

В книге Товита мы можем увидеть совет всем находящимся в похожей ситуации, то есть живущим в еретическом или раскольническом окружении. Многие считают, что надо быть как все. Но если все поступают неправильно, это не оправдает тебя. Наоборот, ты разделишь их наказание, будешь отвергнут Богом. Товит же показывает, что в чуждом религиозном окружении можно сохраниться. Как? Он указывает два характерных момента, которые помогли ему ходить по пути истины и достичь праведности. 

Во-первых, это неукоснительное строгое исполнение предписаний закона Божия, заповедей, в том числе обрядовых, а не только нравственных. 

Во-вторых, милостыня.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

«Во дни Енемессара я делал много благодеяний братьям моим: алчущим давал хлеб мой, нагим одежды мои и, если кого из племени моего видел умершим и выброшенным за стену Ниневии, погребал его. Тайно погребал я и тех, которых убивал царь Сеннахирим, когда, обращенный в бегство, возвратился из Иудеи. А он многих умертвил в ярости своей. И отыскивал царь трупы, но их не находили» (Тов. 1:16-18). 

 

Святой Филарет Московский говорит, что «история Товита показывает нам, как милостыня привлекает к нам милосердие Божие, и исполняются слова Господа: блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф. 5:7)». 

В особенности стоит отметить, что Товит погребал умерших. Эту добродетель в наше время редко кто может исполнить. Но в древности были святые, целиком посвятившие себя этому. В частности, преподобный Марк Гробокопатель. Он находил умерших, о которых некому было позаботиться, и хоронил их. 

Иногда возможности для такой добродетели представляются и в наше время. У нас в храме лет семь назад умер прихожанин, и семья отказалась его забирать из морга и хоронить. Мы отпели и похоронили его на наши деньги. Работник российского посольства в одной из африканских стран рассказывал, что там от малярии умер русский, и его семья сообщила, что не станет тратиться на похороны. Тогда местные русские вскладчину устроили похороны для незнакомого им человека. 

Погребение умерших является особо возвышенным благодеянием. Ведь когда мы оказываем благодеяние живому человеку, может примешиваться определенная корысть, ожидание, что он нам когда-нибудь воздаст, добро к нам вернётся. Но когда мы благодетельствуем усопшему, то мы делаем это только ради Бога, потому что от мёртвого мы точно ничего не получим. 

В случае с Товитом ситуация была ещё более сложной. Сначала он находил брошенных мертвецов, хоронил их, и ни к чему плохому это не приводило, кроме насмешек окружения. А новый царь запретил это благодеяние. Но когда закон идёт вопреки заповеди Божией, мы не должны исполнять его. Если мы даже пострадаем от государства как преступники закона, всё равно поступаем правильно, пострадав за добродетель.

Мне известен случай из современности, близкий к описанному в книге Товита. В одном из сел Николаевской области Украины в начале 2022 года после неудачной атаки остался лежать труп русского танкиста рядом с подбитым танком. Он долго лежал, никто не решался его предать погребению. Наконец, местный священник и двое прихожан ночью пошли и погребли его. Но один из этих прихожан потом донес в СБУ, и над батюшкой возникла серьезная угроза за это погребение, так что ему пришлось, как и Товиту, спасаться бегством.

И вот пишет святой Амвросий Медиоланский: «Товит подвергся наказанию из-за указа царского, чтобы никто из пленных не погребал умерших. Но запрет его не столько удерживал, сколько подстёгивал, чтобы не показалось, что он откажется от долга благочестия из-за страха перед смертью, ибо наградой за милосердие в этом случае была смерть». 

Господь послал Товиту эти обстоятельства, чтобы испытать его добродетель. Многие могут быть добродетельны, когда это ничем не грозит. Но святой Товит оказался в ситуации, когда он не мог продолжать исполнять свое дело без угрозы для жизни. И он предпочёл стать нарушителем царского закона, но не поступать против совести. Хотя, строго говоря, не было такой заповеди: «увидел мёртвого — обязательно похорони». Это было делом милосердия. Само сердце подсказало Товиту, что прекращать его благодеяние нельзя.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

«Увидев много снедей, я сказал сыну моему: пойди и приведи, кого найдешь, бедного из братьев наших, который помнит Господа, а я подожду тебя. И пришел он и сказал: отец мой, один из племени нашего удавленный брошен на площади. Тогда я, прежде нежели стал есть, поспешно выйдя, убрал его в одно жилье до захождения солнца. Возвратившись, совершил омовение и ел хлеб мой в скорби. И вспомнил я пророчество Амоса, как он сказал: праздники ваши обратятся в скорбь, и все увеселения ваши — в плач. И я плакал. Когда же зашло солнце, я пошел и, выкопав могилу, похоронил его» (Тов. 2:2-7). 

 

Мы видим благочестие Товита, во-первых, в том, что он не желал есть праздничную трапезу, не поделившись с голодным. А во-вторых, узнав, что в его внимании нуждается не живой, но мёртвый, отказался от праздничного обеда и немедленно пошёл погребать этого человека, который не был ему ни другом, ни родственником. Этого человека задушили и бросили на пути, и не нашлось ни родственников, ни друзей, которые бы позаботились о нём. И после зрелища столь печальной кончины единоплеменника Товиту было уже не до праздника. Он оплакивал умершего и, как сказано, «в скорби ел хлеб свой». 

Праведный Товит совершал дела благочестия даже при том, что они приносили ему скорбь. Мы говорим в данном случае не о внешней скорби, о которой шла речь в предыдущей главе, когда Товита преследовали власти за погребение умерших. Но и внутренне он не испытывал радости. Возиться с трупом — отнюдь не радостное дело. Тем не менее, он был усерден в этом благодеянии, потому что совершал его ради Господа, а не ради внутренней радости, которую приносят многие добрые дела. 

Святой Амвросий Медиоланский по поводу этого стиха говорил, что «Товит покинул обед и не счёл благочестивым, что он сам должен принимать пищу в то время как бездыханное тело выставлено на всеобщее обозрение. Если закон требует, чтобы мы покрывали живых нагих, то тем более должны мы покрывать мёртвых. Если мы привыкли сопровождать тех, кто отправляется в дальние путешествия, то тем более мы должны сопровождать тех, кто отправился в тот вечный дом, откуда они больше не возвращаются». 

Блаженный Августин пишет: «Сам Господь, хваля эту добродетель, особенно похвалил дело благочестивой жены, которая помазала Его ноги миром, и сказал: «Она подготовила Меня к погребению», и за это она прославилась по всей земле». Господь предсказал, что везде, где будет проповедано Евангелие, будет сказано о том, что эта жена сделала. Блаженный Августин отмечает, что не только эта женщина, а вообще «в Евангелии особенно с похвалой вспоминаются те, кто снимал с креста тело Господа, кто погребал Его». 

Святитель Пётр Киевский говорит, что «это есть первое из главных дел милосердия — погребать умерших. Это дело должен каждый исполнять с готовностью. Особенно должен заботиться о тех, которые умерли в крайней бедности, принося нужное для погребения их по обычаю христианства, как делал Товит. Если же кто умрёт из друзей или сродников, в таком случае православные люди для исполнения этой обязанности должны сопроводить тело умершего до самой могилы с прошениями и молениями Господу о душе скончавшегося». 

Возьмем современные реалии. Бывает, умер родственник в другом городе, а ехать туда неудобно. Есть дела, и денег жалко, и здоровье, может быть, не очень располагает к путешествию. И вот верующий человек думает: ну я же могу помолиться у себя в храме, в конце концов, надо ли обязательно ехать? Всё-таки надо, потому что это дело особого нашего милосердия по отношению к умершему – оказать ему последний знак любви. И если праведный Товит так старался ради погребения незнакомых людей, может ли христианин не присутствовать на погребении родственников? 

Всё это рассказывается, чтобы показать, какие добродетели сделали Товита достойными сугубой милости Божией, которая была излита на него и его семью впоследствии.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

Стихи с 8-го по 11-тый, не вошедшие в данное толкование, но для смысловой связи нужные:

8. Соседи насмехались надо мною и говорили: еще не бо­ит­ся он быть убитым за это дело; бегал уже, и вот опять по­гребает мертвых.

9. В эту самую ночь, воз­вратив­шись по­сле по­гребе­ния и будучи нечистым, я лег спать за стеною двора, и лице мое не было по­крыто.

10. И не заметил я, что на стене были воробьи. Когда глаза мои были открыты, воробьи испустили теплое на глаза мои, и сделались на глазах мо­их бельма. И ходил я к врачам, но они не по­могли мне. Ахиахар доставлял мне про­питание, доколе не отправил­ся в Елимаиду.

11. А по­том жена моя Ан­на в женских отделе­ниях пряла шерсть) 

«И посылала [жена моя] богатым людям, которые давали ей плату и однажды в придачу дали козленка. Когда принесли его ко мне, он начал блеять; и я спросил жену: откуда этот козленок? не краденый ли? отдай его, кому он принадлежит! ибо непозволительно есть краденое. Она отвечала: это подарили мне сверх платы. Но я не верил ей и настаивал, чтобы отдала его, кому он принадлежит, и разгневался на нее. А она в ответ сказала мне: где же милостыни твои и праведные дела? вот как все они обнаружились на тебе!» (Тов. 2:12-14). 

 

Мы помним, что жена Иова, когда он оказался в искушении, предлагала ему похулить Господа своим ропотом. И здесь мы видим, как жена Товита тоже говорит ему — приключившаяся беда свидетельствует о бесполезности совершенных добрых дел. Анна представляет ту мирскую логику, которую мы видим и сейчас: если делаешь добрые дела, значит, должен получать за это награду. Если не получаешь награду, то и нет смысла делать добрые дела. А если еще и скорбь получаешь за сделанное тобой добро, то значит, и вовсе нет Бога, или Он жестокий и так далее. В основе такой логики, ведущей к богохульству, лежит убеждение, что человек должен действовать исходя из личной выгоды, причем понимаемой через призму земного благосостояния. Это, разумеется, совершенно не христианский взгляд: мы должны делать добрые дела не ради личной выгоды, а ради Господа. 

Святой Киприан Карфагенский говорит: «Товит, после прекрасных дел своих претерпевший слепоту, боящийся и благословляющий Господа в напастях своих, тем самым страданиями тела умножил заслуженные им похвалы. Его пыталась развратить его жена, говоря: «Где твои дела праведные, смотри, как ты страдаешь!» Но он, непоколебимый и твёрдый в своём страхе Божием и вооружённый своей верой, не поддался искушениям немощной жены, но заслужил большего от Бога своим большим терпением». 

Товит не стал роптать на Бога, но произошедшее не могло не опечалить его. Причём, когда над ним смеялись соседи, он не печалился. Когда ослеп, не печалился. А когда собственная жена стала искушать его, вот здесь он, как сказано, опечалился. Любой муж воспринимает жену как опору, как ближайшую единомышленницу. И если вдруг оказывается, что это не опора, а нечто прямо противоположное, то это огорчает и ранит больше, чем внешние скорби.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

Изменено 1 апреля пользователем Olqa

[Olqa 13 596]

«Воспомяни меня и призри на меня: не наказывай меня за грехи мои и заблуждения мои и отцов моих, которыми они согрешили пред Тобою! Ибо они не послушали заповедей Твоих, и Ты предал нас на расхищение и пленение и смерть, и в притчу поношения пред всеми народами, между которыми мы рассеяны» (Тов. 3:3-4). 

 

Товит вспоминает о своих грехах и воспринимает произошедшее как наказание за них. Также воспринимает это как проявление общего наказания, которое нёс его народ в то время. По крайней мере, та часть, которая находилась в ассирийском плену. 

Святой Иларий Пиктавийский, комментируя эти слова, говорит: «Будем помнить, что Господь праведен и Его суды правильные. Зачем Ему быть несправедливым к своим? Он создал нас не на зло, не на тоску, но на благо. И если Он попускает нам страдать, то это происходит по суду Его благости». Просто мы не можем видеть всей картины, не зная будущего, не зная обстоятельств других людей, а Господь видит и ведёт к благому концу. Собственно, вся книга Товита посвящена этому.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

И Товит, продолжая свою молитву, говорит:

«Итак, твори со мною, что Тебе благоугодно; повели взять дух мой, чтобы я разрешился и обратился в землю, ибо мне лучше умереть, нежели жить, так как я слышу лживые упреки, и глубока скорбь во мне! Повели освободить меня от этой тяготы в обитель вечную и не отврати лица Твоего от меня» (Тов. 3:6).  

 

Примечательно, что в первой главе Товит описывается как человек праведный, который всегда ходил по путям Божиим. Вместе с тем мы видим, что во второй главе он разгневался на жену и поссорился с ней. Причём сам описывает, что несправедливо заподозрил её в грехе воровства. А здесь, уже в третьей главе, мы видим, что он испытывает печаль и даже некое временное уныние. То есть святость и праведность не означают полной безгрешности. Ибо, как сказано, «нет человека, который не согрешил бы» (2 Пар. 6:36).  

Но эти прегрешения Товита происходили от его несовершенства, а не от злой воли. Он не стремился ко злу. В этом смысле мелкие падения праведника не отменяют его общего движения к Богу. Ведь он даже с женой поругался не из-за эгоизма, а из-за желания уберечь её от греха. И в этом стихе, испытывая сильную печаль, Товит не допускает суицидальных мыслей. Как бы тяжело ему не было жить, он оставляет свою смерть на усмотрение Божие и стремится к Богу, прося: «не отврати лица Твоего от меня».

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

«Услышав это, она весьма опечалилась, так что решилась было лишить себя жизни, но подумала: я одна у отца моего; если сделаю это, бесчестие ему будет, и я сведу старость его с печалью в преисподнюю» (Тов. 3:10). 

 

И сейчас мы понимаем, чего ради бес всё это устроил, — чтобы довести благочестивую девушку до самоубийства. Ему это почти удалось. Но что её уберегло? Заповедь «почитай отца твоего и мать твою» (Исх. 20:12). Ради почитания отца, ради исполнения этой заповеди Божией, она смогла оттолкнуть от себя бесовские помыслы, ведущие к самоубийству. 

Святой Сарре помогает справиться с суицидальными помыслами любовь к отцу, когда она задаёт себе вопрос: «Как же он будет после этого?» Самоубийцы — это эгоисты, которые не задаются таким вопросом. Они не любят никого больше себя. Человек же, имеющий любовь, движим тем же чувством, что и Сарра: пусть лучше мне будет тяжело, но я понесу всю эту тяжесть, лишь бы не сделать тяжелее жизнь тому, кого люблю. А второе, что ей помогло отогнать суицидальные помыслы, это молитва. О чем далее сказано.

 

«И стала она молиться у окна и говорила: благословен Ты, Господи Боже мой, и благословенно имя Твое святое и славное вовеки: да благословляют Тебя все творения Твои вовек!» (Тов. 3:11). 

 

Сарра, как и Товит, не поддалась на искушение объявить Бога виновным в страданиях, посетовать, что она достойна лучшего, что Бог не послал ей мужа, не устроил ее семейную жизнь. Многие сегодня хулят Бога, даже не впав и в малую часть тех искушений, которые выпали на долю Сарры. Но она благословляет Бога в скорби. Это очень важно. Благодарение Бога тогда, когда хочется пороптать, — это победа над бесом, пытающимся довести нас до отчаяния и хулы.

[Olqa 13 596]

«И услышана была молитва обоих пред славою великого Бога, и послан был Рафаил исцелить обоих: снять бельма у Товита и Сарру, дочь Рагуилову, дать в жену Товии, сыну Товитову, связав Асмодея, злого духа; ибо Товии предназначено наследовать ее. — И в одно и то же время Товит, по возвращении, вошел в дом свой, а Сарра, дочь Рагуилова, сошла с горницы своей» (Тов. 3:16-17). 

 

Так открывается действие промысла Божия: Господь не забыл Своих праведников, но через эти страдания вёл их к славе и грядущей радости. Он был рядом и слышал их молитвы. Здесь упоминается ангел или архангел Рафаил. Само имя его, как отмечает блаженный Иероним, «означает попечение или врачевание. Он особенно бывает посылаем, когда требуется исцеление». 

Святитель Григорий Двоеслов говорит: «[Духи небесные] называются и частными именами для обозначения словами того, что они могут совершать на деле. Собственные имена даются не оттого, что будто бы нельзя знать их лица без имен; но когда они приходят к нам для какого-либо служения, тогда у нас носят имена по служениям. Ибо Михаил значит: «Кто как Бог?», а Гавриил – «Мужество Божие»; Рафаил же – «Врачевство Божие»». То есть имена ангелов – для нас, а не для них самих. Имена выражают суть того, что ангелы делают в нашем мире. 

Святитель Димитрий Ростовский объясняет: «Так молитва обоих этих лиц, — старого Товита в Ниневии, городе ассирийском, и девы Сарры в Рагах, городе мидийском, молившихся Богу в одно время на далеком расстоянии друг от друга, была услышана пред Престолом Божиим. Славу Вышнего Бога, непостижимую для нашего малого ума, мы можем отчасти постигнуть, рассуждая по-человечески, из предстояния всех небесных чинов, подобно тому, как и о земных царях говорят, что они сидят во славе, когда сидят на престоле царском, окруженные князьями, боярами и множеством воинов. Слава же Вышнего Бога на небе — это предстояние Ему тысяч небесных чинов. Писание не говорит: "Услышал Бог молитвы", — так как несомненно, что Сам Бог слышит молитву каждого, без донесения Ему, без возвещения, как "испытывающий сердца и утробы" (Пс. :10). Слава же Его небесная, то есть предстоящие Ему небесные чины, не такие всевидцы и всеслышцы, как Сам Бог, и потому им необходимы возвещения. И когда услышаны были молитвы Товии и Сарры "пред славою Вышнего Бога", то есть предстоящими Престолу Божию небесными чинами, то услышаны были не иначе, как потому, что были возвещены». 

Вообще, познание промысла Божия — один из способов познания Самого Бога. Промысл открывается, во-первых, в меру того, насколько человек очищает сердце и вверяет себя в волю Божию. А во-вторых, в зависимости от того, насколько Господь Сам сочтёт человека готовым познавать Его промысл. Но когда хотя бы часть промысла Божия открывается нам, это и изумляет, и окрыляет, и утешает. Мы начинаем понимать, как и почему Господь действует, и видеть любовь в Его действиях. Это очень красиво, в этом видно совершенство Бога. 

Господь Своим промыслом действует, не нарушая свободы разумных существ. Это не программа, которую Бог заранее написал, а все остальные, как марионетки, просто выполняют. Нет. Реальна свобода каждого. И свобода Товита, и Сарры, и свобода жены Товита и его соседей, которые смеялись над ним. И действия Асмодея тоже были выражением его свободы, направленной ко злу. Но Господь управляет всем этим так, что в итоге добро, которое придет, оказывается больше зла, соделанного злыми людьми или злыми духами. В этом величие, премудрость и совершенство Бога: даже свободно совершаемые людьми злые поступки Он использует для того, чтобы это привело ко благу.

[Olqa 13 596]

«И, призвав его, сказал: сын мой! когда я умру, похорони меня и не покидай матери своей; почитай ее во все дни жизни твоей, делай угодное ей и не причиняй ей огорчения. Помни, сын мой, что она много имела скорбей из-за тебя еще во время чревоношения. Когда она умрет, похорони ее подле меня в одном гробе» (Тов. 4:3-4). 

 

В этих стихах открывается очень многое об отношении Товита к жене. Выше было описано, как он поругался с ней, разгневался на неё, как она искушала его на ропот. Однако, несмотря на все это, он сохраняет любовь к Анне и, давая наставления сыну, не говорит о ней ни слова плохого. А наоборот, заповедует почитать мать, делать угодное ей, не причинять огорчения. Для нас это пример, как родители не должны показывать свои размолвки или ссоры перед детьми. Вместо того, чтобы накручивать себя: «Да как можно мне такое сказать, ну всё, значит, любви нет и незачем это терпеть!», — нужно просто принять: мой близкий в искушении, искушение пройдёт и всё снова будет хорошо. Каждый из нас бывает в искушении, когда-то он/она меня потерпит, а когда-то я его/ее потерплю. Размолвкам не следует позволять отравлять наши отношения с близкими. 

Еще здесь интересно упоминание о том, что сын должен почитать мать во все дни жизни своей, делать угодное и не причинять ей огорчения уже из-за того, что она имела много скорбей во время чревоношения. Священное Писание указывает здесь на сложность периода беременности самого по себе, и уже в силу этого каждый человек обязан своей матери. 

Святитель Амвросий Медиоланский объясняет: ты в долгу перед своей матерью хотя бы даже за те тяготы, которые она претерпела, вынашивая тебя. Печально, когда люди, считающие себя христианами, негативно относятся к матерям. Дескать, мать меня никогда не любила, поэтому и я её не люблю. И человек проносит такое мнение через всю жизнь. Да, бывают плохие матери, которые причиняют зло своим детям. Но уже в силу того, что она не убила ребенка во чреве, понесла тяготы, связанные с беременностью, и боли, связанные с родами, мать заслуживает по крайней мере терпения и прощения за, возможно, какие-то свои злые действия. 

А словами «когда она умрёт, похорони её подле меня в одном гробе» Товит показывает, что не перестал любить свою жену, несмотря на её грех. Эта просьба — знак любви: только с тем, кого любишь, ты хочешь быть похороненным вместе.

[Olqa 13 596]

«Во все дни помни, сын мой, Господа Бога нашего и не желай грешить и преступать заповеди Его. Во все дни жизни твоей делай правду и не ходи путями беззакония, ибо, если ты будешь поступать по истине, в делах твоих будет успех, как у всех поступающих по правде» (Тов. 4:5-6). 

 

Святитель Иннокентий Пензенский, упоминая этот стих, пишет: «Совершенство памяти сокровенного сердца человека видно из того, что он памятует твердо то, что ему заповедано, что должно делать (Тов. 4:5), а забывает то, что уже сделано (Флп. 3:13)». Одно из проявлений воздействия на нас греха заключается в том, что мы плохо запоминаем заповеди Божии. Сколько и читаем, и слышим, но мало что помним наизусть, тем более руководствуемся этим в жизни. Всё вылетает из памяти. А какую-нибудь обиду нам причинили, и мы прекрасно её помним, даже иногда спустя многие годы. 

Святой Киприан Карфагенский приводит наставления Товита как образцовые для родителя: «Следовательно, ты несправедливый и неправедный отец, если не советуешь благого своим детям и не стремишься сохранить их в вере и благочестии. Вы, кто более заботитесь о земном, чем о небесном, более склоняете своих детей к дьяволу, чем ко Христу, и тем самым дважды грешите». Один раз вы грешите, когда сами предпочитаете земное небесному, a второй раз — когда даёте такой пример своим детям. 

Это действительно очень важно, потому что дети учатся не через слова. Вряд ли мы сможем вспомнить хотя бы десяток цитат своих родителей, а ведь мы с ними прожили много лет и общались каждый день. Человек не запоминает слова, он запоминает пример, и плохой пример в том числе. Поэтому если родитель говорит, что врать нехорошо, а при этом дети видят, что он врёт, они научатся именно лицемерию и лжи. Если он говорит, что нехорошо гневаться, но сам не может сдержать гнев, именно гневаться он их учит. 

Святой Киприан продолжает: «Будь лучше таким отцом для своих детей, каким был Товит. Дайте им полезные спасительные наставления — такие, как он дал своему сыну, заповедуй детям твоим то же, что и он заповедовал своему сыну, говоря: и ныне, сын мой, повелеваю тебе: служи Богу в истине».

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

Далее Товит переходит к конкретным указаниям, как именно служить Богу в истине:

«Из имения твоего подавай милостыню, и да не жалеет глаз твой, когда будешь творить милостыню. Ни от какого нищего не отвращай лица твоего, тогда и от тебя не отвратится лице Божие. Когда у тебя будет много, твори из того милостыню, и когда у тебя будет мало, не бойся творить милостыню и понемногу» (Тов. 4:7-8). 

 

Здесь хотелось бы подчеркнуть два момента. 

Во-первых, не следует жалеть о сделанном добре. Дьявол не хотел бы, чтобы мы делали добро вообще. Если же мы все-таки делаем добро, то он пытается отравить его разными страстями, прежде всего тщеславием. Если же мы и добро сделали, и не потщеславились, дьявол пытается осквернить наше добро и лишить нас благих последствий добра через то, что мы начинаем жалеть о нем.

Самый примитивный пример — мы дали деньги, а потом по сребролюбию начали жалеть об этом. Более сложный — мы облагодетельствовали человека, который потом отплатил нам злом. Здесь может примешиваться злопамятство. Не следует жалеть, потому что Господь оценивает дела по намерениям. Если мы сделали добро во имя Его, а человек оказался не таким, как мы предполагали, мы ничего в духовном смысле не потеряли. Ведь мы сделали это ради Господа, и Господь наше доброе дело принял. 

Во-вторых, мы видим, что бедность – это не оправдание для того, чтобы не жертвовать. Товит учит давать хоть маленькую милостыню, но всё-таки давать. Тем более, есть некоторые виды милостыни, которые не требуют денег.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

«Плата наемника, который будет работать у тебя, да не переночует у тебя, а отдавай ее тотчас: и тебе воздастся, если будешь служить Богу. Будь осторожен, сын мой, во всех поступках твоих и будь благоразумен во всем поведении твоем» (Тов. 4:14). 

 

Среди множества грехов Товит выделяет лишь некоторые наиболее важные точки. Одна из них — не следует задерживать зарплату человеку, который на тебя работает. Причём он говорит: «да не переночует у тебя» — то есть даже на ночь не задерживай. 

Многие воспринимают это легко: дескать, какая разница, сегодня ему дам или завтра, может и недельку потерпеть, ничего страшного. Но так проявляется жестокосердие. Ведь ты не хотел бы, чтобы тебе задерживали. Кроме того, можно привести в искушение работника, если ты должен ему заплатить. Ведь он и его семья на это рассчитывали. Ты не выдал зарплату, а жена его спрашивает: «Где деньги?» И он испытывает дискомфорт, унижение. Он на тебя гневается, обижается, также его жена, может быть, дети, родители. Таким образом ты ввел в соблазн множество людей. А как известно, по слову Господа, «надлежит прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф. 18:7). 

Поэтому важно быть осторожным во всех поступках, чтобы не приводить к соблазну. Даже задержка зарплаты является грехом. Что уж говорить про те случаи, когда работнику вообще не выплачивают деньги, обманывают — это тяжелый грех.

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова). 

[Olqa 13 596]

Далее, чтобы не рассматривать каждый из грехов, Товит предписывает:

«Что ненавистно тебе самому, того не делай никому. Вина до опьянения не пей, и пьянство да не ходит с тобою в пути твоем» (Тов. 4:15)

 

Примечательно, что запрещается не вино само по себе, а именно опьянение и пьянство. Что же касается первой части стиха, то многие святые отцы ставили эти слова в связку со словами Господа Иисуса Христа: «И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Лк. 6:31). 

Святой Иоанн Златоуст пишет: «Не нужно, говорит Христос, многих слов, ни пространных законов, ни разнообразного наставления: воля твоя да будет законом. Хочешь получать благодеяния? Облагодетельствуй другого. Хочешь, чтобы тебя хвалили? Похвали другого. Хочешь, чтобы тебя миловали? Помилуй ближнего. Хочешь, чтобы тебя любили? Полюби сам. Хочешь пользоваться первенством? Уступи его прежде другому. Сам будь судьею, сам будь законодателем твоей жизни. И опять: "чего ненавидишь, того не делай никому". Это изречение ведет к удалению от греха, а предыдущее к совершению добродетели». Таким образом, эти два изречения дополняют друг друга. «Не любишь терпеть обиды? Не обижай другого. Не любишь, чтобы тебе завидовали? И сам не завидуй другому. Не любишь, чтобы тебя обманывали? И сам не обманывай другого. Да и во всех вообще случаях станем только держаться этих двух изречений — и не будем иметь нужды еще в другом наставлении». 

Также и святитель Григорий Двоеслов поясняет: «Этими двумя заповедями обоих заветов одной удерживается злой нрав, а другой возлагается на нас добрый нрав, чтобы всякий человек, не делающий зла, от которого не хотел бы страдать, перестал бы причинять вред другим и совершал добро, которого сам желал бы получить. Таким образом прилагал бы все усилия для служения своему ближнему по доброте сердечной. И в размышлении о двух этих заповедях сердце широко открывается в проявлении бесчисленной добродетели. Господь как бы сказал простыми словами: увидь своё подобие в другом человеке и сам узнай, какое поведение надлежит тебе проявлять перед другими».

(Публикуется со странички во ВКонтакте иерея Георгия Максимова).