из ТГ о. Андрея Рахновского

https://t.me/RAHNOVSKIJ/5663

Трепет перед древним знанием никак не должен смущать нас в построении новых богословских концепций. Особенно тех, в которых религиозная мысль некогда опиралась на современные ей знания о мире. Примерами этого могут служить толкования шестоднева, опиравшиеся на античное естествознание, а также некоторые положения аскетики и канонического права, творчески применившие учение Платона о трех силах души (фактически античную психологию).
Ограниченность человеческого знания это одно из последствий грехопадения. Собственно «научный» период человеческой истории весьма короткий. Грубо будем считать его с «экспериментальной науки» Роджера Бэкона, то есть условно XIII в. Поэтому познание «логоса тварей» к которой был способен Адам почти сразу, в падшем человечестве занимает путь не в одну тысячу лет как субъективного, так и объективного опыта. Объективный он же и коллективный одновременно. Поэтому наука — это всегда сообщество.
Господь устроил так, что позволил святым быть своими современниками. Давая им прозревать необходимые для спасения богословские истины, Он не давал им в остальном быть сверхлюдьми. Не открывал им знание о мире «на опережение». Сам когда-то Он воспринял человеческую природу, позволив ей быть ограниченной немощами. В этом же состоянии Он оставляет и святых.
Призыв учитывать современные научные знания в области аскетики, православной антропологии и учении о сотворении мира это не хула на «Отцов», а, наоборот, следование их богословским принципам.

Вопрос не праздный. Я знаю человека для которого он стал одним из этапов разочарования в Православии. Мол, раз Бог открывает святым духовные знания, почему не открывает естественнонаучные? И тут следующий ход... Может и их духовные знания такие же как научные или... вовсе и не откровение Божие, а вымысел. Понимаю, что не у всех этот вопрос возникнет. Но лучше не избегать сложных и неприятных вопросов. Поверьте, Православная вера достаточно сильна, чтобы осмыслить и это.