Jump to content

Vалентина

Пользователи
  • Content Count

    46
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    5

Vалентина last won the day on November 29

Vалентина had the most liked content!

Community Reputation

85 Очень хороший

About Vалентина

  • Rank
    Новичок
  • Birthday 06/13/1971

Информация

  • Пол
    Женщина
  • Город
    Московская область, г. Электросталь

Recent Profile Visitors

2500 profile views
  1. Сегодня именины у Аввы Илиодора! С Праздником, дорогой батюшка!
  2. Прощание со Святейшим патриархом Алексием II. Именно святейший патриарх Алексий рукоположил инока Феофила (имя о. Илиодора в иноческом постриге) в диаконы 4 декабря 1990 года, это было первое рукоположение в возрожденной Оптиной. В этом году будет юбилей... и 40 дней...
  3. Из воспоминаний о. Иоанна (Храм апп. Петра и Павла в селе Овсорок): Пост памяти о дорогом нашем Отченьке. Мы благодарны Богу, что именно Батюшка был нашим духовным Отцом! Сколько добрых слов мы слышали в свой адрес, сколько любви он дарил нам. Для нас стало огромным счастьем, что именно Батюшка стал крестным отцом у нашей Машеньки! Именно он вымолил её нам у Господа! Бывало такое: сидишь ты в селе, уже раздражение появляется, в унынии ходишь, а поговоришь с Батюшкой, как рукой снимет все! А если съездишь к нему, приложишься, так вообще, такая любовь потом царит, что и не выскажешь! А как он чувствовал своих чад. Вот нужно тебе, он позвонит, спросит, поможет. Даже если не имел возможности как-то помочь, все в шутку переведёт, но ты поймёшь, что Батюшка хотел сказать этим! Как же Батюшка любил делать подарки, вот вроде мелочь, а ты знаешь, что это тебе Батюшка подарил, как святыню бережешь! Сейчас Батюшки нет с нами на земле, но зато мы уверены, что он находится в раю с Матерью Божией, Акафисты поёт у Её ножек, от этого так тепло становится, так радостно! Ведь такой Молитвеник теперь есть перед Богом на Том Свете! Когда мы были на отпевании Батюшки, очень много слышали разговоров людей, что Батюшка им помог и после смерти. Они Его попросили и он помог! Матушка моя вчера тоже попросила одну просьбу. Честно, для нас это было чудом, эта просьба сегодня исполнилась. Это явный пример того, что Батюшка не простой человек был и он сейчас в Раю, нас слышит, молится и помогает нам! 29.10.2020г.
  4. Отец отошел ко Господу на 74-м году жизни...ну давайте не будем бездумно копировать ошибочную информацию, пожалуйста! Простите!
  5. Из воспоминаний многих людей: Иоанн (07.11.20г): Мне посчастливилось побывать в Оптиной Пустыни много раз. Первый раз 1995 г. И с первого посещения дорогой мне Оптины – это постоянное, ежедневное общение с иеродиаконом Илиодором. Если сказать, что он был великой, дивной души человек, то этими словами невозможно передать всю его духовную мощь. Монах с необыкновенной эрудицией, музыкально образованный и т.д. Общение с ним доставляло необыкновенную радость моей душе. Притом его любовь, сострадание, забота и попечение были и избирательными на конкретного человека и распространялись на всех преизобильно. И этот поток любви был безконечный! Неизмеримая щедрость его души смиряла меня и я слушал, спрашивал – получал ответы и память моя запоминала все минуты пребывания с этим дивным монахом. Много, очень много я могу рассказать об этом великом монахе… Милосердный Боже, присоединяюсь к молению многих и многих тысяч православных христиан, которые обращаются к Тебе с великой просьбой о помиловании души иеродиакона Илиодора, прости ему вся согрешения его вольная и невольная и по великой Твоей милости даруй ему радость вечного пребывания в Твоих райских селениях, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания но жизнь безконечная. Галя Мосьянова (Волкова) (03.11.20г.): Батюшка Иллиодор, сколько же в нем было христианской любви, веры и добра. Помню, как он приезжал к нам на Митрофано-Тихвинский крестный ход, шел то впереди, выполняя дьяконовское служение,то в поддержку нам шел рядом, то отставал и поддерживал молитвенно отстающих в конце. Рядом с ним был свет и сам он свет. Господи, упокой его душу и прими в свои небесные обители. Мира (02.11.20г.): Царствия Небесного отцу Илиодору! Моли Господа Бога за нас! У него при жизни, лик как у Святого был. Жаль, очень жаль, что такие уходят Prir (04.11.20г.): Первая с ним встреча была в 92-м году. И каждый год по многу раз с тех пор мы с ним виделись. До слез скорблю о нем. Но унывать не стоит. Молитвенник на земле и на небе молитвенник. Читаю статьи и вытираю глаза. Мне его будет не хватать. Прости меня отец, ты был мне роднее всех. Для всех нас скорбь,но в душах радость. * От нас ушел ты навсегда в те голубые небеса. Остался в наших ты сердцах с кадилом вечным, и с маслом, и с просфорками всегда, и с взором всем любви той бесконечной. * Не плачьте люди, радуйтесь, молитесь. Наш Ангел не покинет нас. Поступки и дела - земная репетиция, а там уж жизнь, которая всегда. * Он будет жить для нас, молиться, помогать, и каждый не останется без взора, нам нужно только чаще вспоминать, ведь литургия - это дом Бога. * Мы будем часто на могилу приходить, и будем плакать и просить и верить, и нас родной отец услышит и поможет и простит, и как всегда приблизит, наградит. * Во блаженном успении вечный покой! Мы просим у Бога тебе дорогой. И в Царстве Небесном ты поселись, к Нему ты стремился всю жизнь. * Светлой памяти отца Илиодора (Киселева Людмила, г. Москва)
  6. «У ног Царицы Пресвятой» В саду Царицы Пресвятой, Агни Парфене зазвучало. А голосище пел такой, Что все деревья закачало. Утихло мигом всё вокруг, Лишь только песня эта льётся. Его не стало с нами вдруг, Он никогда к нам не вернётся. Но связь меж нами не порвать, Молитвы он за нас возносит. Он умоляет Деву Мать, Илиодор детей не бросит. В саду Царицы Пресвятой, Агни Парфене поёт Авва! У ног Её нашёл покой, За всё тебе наш Боже слава!!! (Georgiy, 02.11.2020) «Портрет отца в букете роз» Со всех концов стекались дети, Людской поток шёл без конца. Портрет стоит из роз в букете, Прощаться к гробу шли отца. Людей не счесть, их просто море. Нас много кто осиротел. На небе радость, у нас горе. Спешить никто тут не хотел. Стояли все глотая слёзы, Не мало тех, кто не скрывал. С сердец не вынуть нам занозы, Вот час прощаться наступал. В саду Царицы Пресвятой, Акафист вечно будет литься. Отец нашёл себе покой, За чад где будет он молиться. У ног самой Царицы нашей, Агни Парфене он поёт. И как обычно к Святой Чаше, Детей скорее всех зовёт. Со всех концов стекутся дети, Поток сей будет без конца. Портрет поставим с роз в букете, Помянем нашего отца! (Georgiy, 31.10.2020)
  7. «Авва Илиодор» Солнце закатилось на рассвете, Сердце издало последний стук. Пролетела новость по планете, Руки отпустили старый плуг. Твёрдой почвы он взрыхлил не мало, И слезами всю её пролил. Пришёл день и пахаря не стало, С лихвой в почву семя насадил. Сеял щедро в поле, при дороге. Сеял даже в почве из камней. Больше не пройдут по полю ноги, Не отвёл Господь на это дней. В небо устремилась колесница, Из палаты забрала гонца. С лёгкостью как будто это птица, Унесла родного нам отца. Словом не опишешь всей утраты, Колесницы нам не развернуть. Был алмаз, мы были с ним богаты. Камни с душ умел отец столкнуть. Что же нам в итоге остаётся? Ведь отец учил не унывать! И пока в нас сердце ещё бьётся Его семя будем поливать! Час придёт и нам уйти к ответу. Все уйдём, всему тут есть конец. Будем жить по отчему совету. Верю, дал Господь ему венец! (Georgiy, 28.10.2020г.)
  8. Сергей Черепов: Как отец Илиодор «ангелам курил» и меня научил бросить курение и переквалифицироваться на воскурение Силам Небесным – Отца Илиодора помнил каждый, кто побывал в Оптиной пустыни. Его звучный возглас «Господу помолимся!» – не только заполняет собой весь храм Казанской Божией Матери, но и проникает в глубину сердца, заставляя проснуться, если ты, придя в храм, не успел еще как следует это сделать и собраться мысленно на молитву. Когда батюшка на литургии поет вместе со всеми прихожанами «Верую», ощущаешь соприсутствие Божие – здесь и сейчас Бог с нами! С нами Бог! Отец Илиодор никогда не расставался с кадилом, и уж если кадил, то задымлял весь храм, делал это обстоятельно, часто останавливаясь напротив кого-то и долго окуривая ладаном, – видимо, что-то Бог ему о каждом из нас открывал. Когда я поступил на послушание в Оптину пустынь, то был так рад увидеть этого легендарного отца, что чуть ли не с объятьями к нему бросился! Просто некогда, скачав с оптинского сайта многие молитвы в его исполнении, я уже больше года к тому времени как раз и вставал по будильнику, который поднимал меня по утрам его гулким голосом: «Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный, помилуй нас…», – а вместо звонка мой телефон сотрясался его же басом в молитвенном призывании святых преподобных Амвросия, Сергия, Серафима и святителя Николая. После вечернего богослужения часто отца Илиодора дожидались паломницы да прихожанки обители – его подопечные. Были среди них, конечно, и мужчины, но большинство все-таки женщин. Он выходил из алтаря, и вместе они совершали молебен Пресвятой Богородице. В такие вечера изредка я стоял в сторонке, слушая пение и наблюдая, какие удивительные отношения сложились между этими людьми и их духовным отцом. Он действительно окормлял многих, духовно утверждая в вере. Прошло месяца два, как я жил в монастыре. С отцом Илиодором мы не общались близко, но уже важно кивали друг другу при встрече. Помню, было начало ноября, и в праздник Казанской иконы Божией Матери, после литургии, когда люди шли прикладываться к иконе Пресвятой Богородицы и к мощам преподобного Амвросия, отец Илиодор выдернул меня из очереди трудников и попросил помочь. Я был даже как-то горд оказанной мне этой честью и радовался, как мальчишка. Стоял рядом и помышлял, что чуть ли не участвую в священнодействии, потому что реально было ощущение благодати во всем, что бы он ни делал. Вот тогда каждого, кто приложился к мощам преподобного Амвросия, отец Илиодор помазывал маслом из неугасимой лампады Преподобного, а рядом стоял я и раздавал всем конфеты и сласти из большущего мешка. И люди все так радовались в ответ! Помню, когда я только пришел в обитель, первые дней пять не курил, и был уверен, что пришёл в монастырь навсегда, и сейчас от меня все эти мирские привычки как-то сами собой поотвалятся… Я даже веселили старожилов вопросом: «А скоро ли меня постригут?» Наступила зима. Работал я в храмах, чаще всего меня ставили дежурить во Владимирский храм, где по утрам шли Исповеди. С раннего утра и до обеда я неотлучно находился подле святых мощей старцев Оптинских и святых икон храма. На эти послушания не благословлялось ставить курильщиков. И я мучился тем, что, не имея сил признаться, скрывал от нашего старшего иеромонаха свою греховную страсть. И она меня все-таки и в монастыре стала одолевать… Курил я, оглядываясь, – у общественного туалета, вне стен монастыря, где было обустроено специальное место – бочка для окурков и скамейка. В общем, позорное место... И как-то раз, вот так, капитулянтски, покурив после ужина, я шёл вдоль стены обители к ее святым вратам. Вдруг, вижу, навстречу мне идёт какой-то высокий монах с пакетами в обеих руках. Полы его рясы колыхались ветром. Из-за метели и темноты лица его сразу я не разглядел. Но уже через несколько шагов я узнал в монахе отца Илиодора. Стараясь не дышать на него, я сказал, проходя мимо: – С праздником, батюшка! – С праздником! – ответил он. Мы разминулись, но уже через секунду я услышал его бас: – Стой! – Стою. – Вот, иди сюда, – позвал батюшка. – Вот, ты куришь, да? – Курю, – признался я грустно. – Вот, смотри. Я тоже курю. – При этих словах отец Илиодор поставил пакеты (скорее всего, с конфетами) на снег, запустил руку под рясу и вытащил оттуда дымящееся кадило! Для меня это было уму непостижимо! У старца в глубине рясы был вшит потайной крючок, на котором висело всегда готовое к бою, заряженное углем и ладаном кадило. Горящее! – Знаешь, кому я курю? Я ангелам курю. Воскуряю. На дым моего кадила слетаются ангелы. А ты знаешь, кому куришь табак свой? Ты бесам куришь. Как закуриваешь сигаретку, распугиваешь всех ангелов, а бесы так и облепляют тебя! Бросай курить. Если не бросишь, положишь крест на стол, выдадим тебе обратно комсомольский значок – и привет, Москва! Понял? – Понял. Жути он нагнал на меня такой, что в тот же вечер я уже не курил. И через пару дней я встретил отца Илиодора в монастыре. – Батюшка, спаси вас, Господи! Вашими молитвами я бросил курить. – Ну, молодец, раз бросил. – Но, знаете, я подумал, что хочу так же курить ангелам, как вы. Хочу тоже кадить. – Ну, а как же ты будешь кадить? Чем кадить-то будешь? – Может, у вас есть какое-нибудь старое, ненужное кадило? – Кадилом тебе нельзя кадить. Тебе сан нужен. Вот станешь когда-нибудь диаконом, тогда и будешь с кадилом ходить. – Но как же мне быть? Как же мне ангелам курить и бесов прогонять? – Это тебе кадильница нужна, – ответил отец Илиодор. – Завтра после двух подходи к Казанскому храму, что-нибудь придумаем. Назавтра я весь день бегал по монастырю в послушаниях, думая, как бы не пойти на обед, чтобы всё успеть. Я уже не думал, что смогу встретиться с отцом Илиодором в этот день, как вдруг он меня окликнул, когда я быстрым шагом проходил мимо Казанского храма. – А, вот и ты! Ну, пойдём со мной. Мы спустились по ступенькам в иконную лавку. – Ну, давай, выбирай себе кадильницу, – сказал батюшка. Но, увидев, что я не представляю, как выглядит кадильница и с какой стороны поджигают уголь, он всё сделал сам. Выбрал красивую синюю кадильницу, пару пачек угля и две маленькие коробочки ладана. – Вот тебе кадильница, уголь зажжёшь так-то, сюда ладан и – Аллилуйя! Подойди к отцу Нилу, благословись, чтобы тебе у вас в доме кадить. С Богом! – сказал отец Илиодор и тут же поспешил далее куда-то по своим делам. Радости моей не было предела! Благословившись у отца Нила на каждение в нашем общежитии, я никак не мог дождаться вечера, когда закончится ежедневный крестный ход, и я смогу погонять бесов своей кадильницей – драгоценным подарком отца Илиодора. Через неделю все мои братья-трудники привыкли, что каждый вечер весь дом окутывали плотные клубы дыма и чудесные запахи ладана. А ещё через неделю у меня на вооружении было 20 сортов ладана, и если я забывал по усталости покадить, кто-то мне сразу же об этом напоминал: – Сергий, а ты сегодня еще не кадил? Когда через полгода я покидал все-таки монастырь, то раздал множество своих вещей, книг и икон, а кадильницу увёз домой, и до сих пор ей благоговейно пользуюсь, обходя весь дом, прогоняя бесов из всех углов с песней «Богородица Дево, радуйся!» И постоянно при этом вспоминаю отца Илиодора! Богу нашему слава всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь. Владимир Викторович Шпатаков, директор православного издательства «Родное слово», Симферополь, Крым: – Отец Илиодор – человек добрейшей души. Он как-то мне сказал: «Многие думают, что они ездят в Иерусалим, читают акафисты, – и Господь всё это будет, что, считать? Сколько они там поклонов положили, святынь облобызали? Этим спастись, что ли, намереваются? Нет, – говорит, – Господь нас будет судить по делам любви. Потому что Господь Сам Любовь. Христос спросит нас: кого мы накормили, кого одели, кого утешили, кому помогли, кому что подсказали». И он не только так говорил, он так жил. У нас тут в Крыму, в горах, например, живет семья инвалидов: Дмитрий, прикованный к постели, вместе с сестрой-иконописицей, ему 42, ей 48. Отец Илиодор их, можно сказать, окормлял, они постоянно и звонили ему, что-то всегда посоветует, откликнется. А когда в Крым приедет, тут же ехал к ним. И никогда с пустыми руками – целый багажник еды, гостинцев каких-то закупит, еще чего-то, необходимого для жизни; денежек всегда привезет, оставит им. Он, кстати, еще до воцерковления медбратом одно время работал, хотя был музыкант, экономист, но вот выбрал себе уже именно служение такое – жизни спасать… Это всё где-то на Кавказе произошло, откуда он был родом. Однажды он там попал на какое-то празднество к теневому миллионеру. И вот, сидят все за столом, пир горой, и вдруг дочь этого богача падает, приступ у нее какой-то, она начинает хрипеть-задыхаться. А там как раз еще женщина-врач была, и вот, этот отец начинает на нее с будущим отцом Илиодором, тогда еще в миру Георгием, медбратом, кричать: «Спасите! Что хотите, отдам, спасите! – на жену поворачивается: – Деньги тащи!» – «Какие?» (а у них там весь дом полон денег). – «Вон там», – объяснил ей как-то. И та приволокла целый мешок денег. Врач с Георгием помочь пытаются. Отец этот мешок денег пододвигает: «Спасите! Спасите! Спасите…». Девица умерла тогда. Это Господь Спаситель воскрешает (Мк. 5, 41–42). А тут лежит это мертвое тело молодого красивого человека, всем, казалось бы, до конца своей жизни обеспеченного: «ешь, пей, веселись» (Лк. 12, 19). Лежит бездыханное, и этот никчемный для нее, скопленный впрок мешок денег… Это одно из таких, потрясших будущего монаха событий, определившее его жизненный путь, приоритеты. Хотя, конечно, и те же акафисты отец Илиодор вовсе не оставлял, даже когда говорил, что не в них всё дело… Кто не помнит, как он их пел, собирая огромное количество людей на эти славословия, особенно Божией Матери. Передавал молитвослов из рук в руки: кому какой кондак, икос читать, – а потом все пели рефреном: Радуйся… А после он еще обязательно, кому бы акафист ни пели тогда, пел вместе со всеми афонским распевом «Агни Парфене»: «Радуйся, Невесто Неневестная…». Именно в молитве, в служении литургии каждый день он и черпал силы. Ночами практически не спал. У него и кровати-то в келлии не было. Так, какой-то маленький, не под его рост, диванчик, постоянно заваленный книгами да на раздачу конфетами, которыми отец Илиодор каждое утро загружал свои бездонные карманы. Я раньше и по несколько месяцев жил с батюшкой Илием, – тогда еще схиигуменом, сейчас схиархимандритом, – в Оптиной пустыни. Спускаемся из батюшкиной келлии со второго этажа, а отец Илиодор на первом жил, – отец Илий в дверь ему стучит: «Геронда, геронда, идем на молитву!» А геронда не откликается. Нет, так нет. А приходим в храм, – он там уже в алтаре кадит! Или идем с батюшкой на раннюю литургию, а навстречу нам отец Илиодор – зима, мороз трескучий, а от него пар валит, – это он уже в источнике окунулся. «Я позднюю сегодня литургию служу», – поясняет. Так нашего геронду Илиодора в келлии вообще и не застать было: он или литургию служит, или молебен какой, акафист с народом распевает, или помогает кому, по Оптиной расселяет, сам же и бегал постоянно, какие-то одеяла искал, кого чем укрыть, чтобы потеплее было… И так он своей заботой людей и не оставлял. Там денежки дал, другому что-то необходимое разыщет, через кого-то лекарства передал, сам что-то отвезет, тех, кто за рулем, то и дело подвезти кого-то просит… Он весь был без остатка в служении. Не то что он какие-то громадные подвиги совершал. Хотя, кто его знает, мы же не в курсе, как он там теми же ночами у себя в келлии подвизался… А так он весь день на виду. Только приедешь в Оптину, уже смотришь – где-то там отец Илиодор идет с кадилом. Когда уже оптинскую братию – отцов Василия, Трофима и Ферапонта – на Пасху 1993 года убили, отец Илиодор постоянно молился в часовне у их могил. С народом много общался. Помогал-помогал-помогал. И словом, и делом. Всегда стремился не упустить даже малой какой возможности сделать что-то доброе. Как батюшка Иоанн (Крестьянкин) говорил: «Спасайся малым доброделанием». Отец Илиодор спешил жить, – торопился сделать как можно больше в этом мире чего-то полезного. И от него эти гонцы доброделания во все концы света мчались. Господь многое ему открывал, где и у кого беда, нужда какая. Помню, мы как-то поужинали да за столом за разговором засиделись. Уже почти 2 часа ночи, звонок: «Батюшка, благослови! Мы тут на Севере, ты нас благословил в монастырь Александра Свирского поехать, мы сбились с пути, заблудились, помолись!» Мне так и захотелось прокричать им там: «Да спим мы уже, спим!!» Но они-то знают, что отец Илиодор на спал ночами. А то, что с пути сбились, – так это у них с батюшкой Илием по их молитвам известный эффект: они кого-то отправляли куда-то, те приезжали вроде как ни с того ни с сего в какое-то совсем другое место, даже опытные водилы у депутатов могли так заплутать, никакие навигаторы молитву пересилить не могли, у батюшки Илия с отцом Илиодором Небесные навигаторы, – так вот, эти люди оказывались именно там, где нужна была помощь! Причем успевали иногда в самый последний момент кого-то спасти – чуть ли не из петли вытащить, или просто поддержать человека практически уже в отчаянии. На похоронах отца Илиодора мы оказались рядом за столом с одним его духовным чадом, – хотя отец Илиодор был только в иеродиаконском сане, но он действительно нес апостольские труды, проповедовал, духовно вел многих, – и вот, этот его духовный сын, сам также уже принявший сан, священник, так и сказал: – Да, отцу Илиодору уже в монастыре просто мало места было, во всей России ему места уже не хватало… Его любовь простиралась всеохватно на весь мир и до Небес, – Господь и призвал его уже в Царство Небесное – оттуда людям помогать. У меня в жизни два светильника, два примера совершенно самозабвенного служения Богу и людям – схиархимандрит Илий и отец Илиодор. Сколько в них источаемой на всех и всюду любви, смирения, кротости. Хотя, когда надо, и обличить могут. Отец Илиодор про батюшку Илия говорил: «Батюшка Илий наш – как преподобный Серафим Саровский, свой крест служения Церкви и народу несет». Люди-то Божии всех любят, – молился же преподобный Серафим, чтобы Господь «архиереев, которые онечестивятся», помиловал, а его самого в ад забрал… Известно же, что Господь тогда преподобному Серафиму ответил. Люди Божии, как и Господь, всех любят, но зло есть зло, и правду нельзя подменять политкоректной ложью. В последний раз отец Илиодор из Крыма уезжал, помню, я его провожал до поезда. Разговорились обо всем этом коммунистическом наследии, – они с батюшкой Илием да вот еще почивший недавно отец Димитрий Смирнов – одни из немногих, кто народу глаза на происходящее в нашей стране, в том числе ранее, в XX веке, открывают. Вы только подумайте: в России всего 16 памятников святому благоверному князю Александру Невскому – нашему всенародному герою, и защитнику, и молитвеннику, и правителю; и до сих пор около 6000 памятников этому человеконенавистнику Ленину… Что ни телеграмма: расстрелять-расстрелять-расстрелять-повесить – чем больше, тем лучше… Это же жуть просто, а мы, что, поклоняемся им? Почести по всей стране да на Красной площади воздаем? Понегодовал я на современных коммунистов… А отец Илиодор так приобнял меня: «Все равно надо и к ним, – говорит, – относиться с любовью. Они тоже люди, только обманутые. Если бы они знали Христа, они бы всего этого не делали. Они же несчастные, – и здесь, на земле, и в вечности обреченные аду. И те, кто им последуют сейчас, не ведают, что творят. Надо ко всем относиться с любовью». Вот он и был сама воплощенная любовь, – к этому каждый христианин и призван.
  9. Из воспоминаний Митрополита Калужского и Боровского Климента: Получив известие о кончине иеродиакона Оптиной пустыни отца Илиодора, я вспомнил, как впервые увидел его в конце 1990-х годов. Будучи Калужским архиереем, я сопровождал Святейшего Патриарха Алексия II в поездке в Оптину пустынь... В свое первое посещение этого ставропигиального монастыря вечером 3 декабря, накануне престольного праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, Святейший совершил всенощное бдение, а утром в день праздника — Божественную литургию, во время которой инок Феофил (будущий отец Илиодор) был рукоположен в сан иеродиакона. Его иноческий путь начался пятью годами ранее, когда в 1985 году он пришел в Троице-Сергиеву Лавру. Крещенный в младенчестве, он, по его словам, «бродил по жизни лет до 40: туда ткнусь, сюда ткнусь, пока не пришел к Богу. А потом Господь привел в Лавру. И я все понял!». Он нес монашеский подвиг под руководством опытных духовных наставников. По благословению старца архимандрита Кирилла он одним из первых пришел в открывшуюся Оптину пустынь. В этой обители он провел 31 год, став за эти десятилетия одним из наиболее уважаемых и авторитетных старцев, которого искренне любили и монашеская братия, и священнослужители, и множество православных мирян. До последнего дня своей жизни он оставался яркой свечой (ср. Мф. 5, 14—16). Он всегда стоял за Церковь, за чистоту веры. Благодаря его трудам и молитвам в окрестностях Оптиной пустыни и вдали от нее по благословению епархиального архиерея и поддержке схиархимандрита Илии были построены и восстановлены из руин храмы Божии, организовывались крестные ходы с его непосредственным участием. Легко, от избытка сердца он творил дела милосердия. На сайте Оптиной пустыни сообщение о кончине отца Илиодора озаглавлено «Привратник Матери Божией». Не знаю, имел ли он отношение к послушанию на вратах обители, но, приезжая в монастырь, неизменно видел его недалеко от входа в окружении людей. Неравнодушие, отзывчивость, любовь к ближним — это, безусловно, дар, который отец Илиодор получил от Бога. И он постоянно трудился, развивая этот дар, проявляя заботу обо всех, кто приезжал в Оптину, добр и приветлив был со всеми паломниками, всегда поддерживал молодых монахов и послушников и был душой братии. Игуменья одного из калужских монастырей рассказывала, как она с сестрами тщетно пыталась одеть отца Илиодора в новый клобук. Всякий раз он видел более нуждавшегося в этом подарке — то новопостриженного инока, то паломника из дальнего монастыря — и вновь оставался в своем стареньком клобуке. К Божией Матери он имел особую любовь и прививал ее своим духовным чадам, которых было у него в избытке. До конца своих дней отец Илиодор оставался в сане иеродиакона, но проявлял душепопечение о самых разных людях. Он не мог пройти мимо, оставить человека в беде. Однажды к одному из оптинских иноков приехала мама. Отец Илиодор сообщил ему об этом: — Тебя там мама ждет. Но тот отрезал: — Я монах. Какая еще мама? — Ах так, — сказал отец Илиодор, — тогда она будет моя мама! И он действительно стал заботиться о ней как о родной. Впоследствии она стала монахиней Казанского монастыря в Шамордино. О нем знали не только в России, его чтили далеко за пределами нашей страны. Многие приезжали в Оптину за тысячи километров, чтобы поговорить с отцом Илиодором. Его слова назидания были облечены любовью и заботой: человеку хотелось следовать его советам. Даже обличал он столь деликатно, что не ранил, но крепко пробуждал совесть. Так, одной смышленой, но не всегда послушной инокине он сказал: — Знаешь, что католические монахи дают три обета, а не два, как у нас? Она ему тут же возразила: — И у нас три: нестяжания, целомудрия и послушания. А он сделал вид, что очень удивился: — И послушания? Да? А я и не знал! То-то меня отец Наместник ругает. Тут только она поняла, что он говорит о ее главной проблеме… К отцу Илиодору шли в духовном смятении, с расстроенными чувствами, и он всегда находил слово утешения и поддержки, ведь главное — он молился за этих людей. Общался с паломниками, отвечал на вопросы, наставлял, призывал полагаться на волю Божию, а как только оставался один, сразу обращался к Христу и Его Пречистой Матери. Как-то я заехал в Оптину пустынь поклониться мощам Старцев, до службы оставалось немного времени, зашел в алтарь, а там сидит отец Илиадор и молится по четкам. Он молился за всех, от кого услышал просьбу или узнал об их скорби. В прошлом году я служил в восстанавливаемом Успенском Шаровкином монастыре. После Литургии ко мне подошла супружеская пара. Попросили благословить младенца и говорят: — Его зовут Илиодор. В честь отца Илиодора нарекли. Батюшка вымолил нам у Бога ребенка. Близкие к отцу Илиодору называли его Авва. Это слово в переводе с арамейско-сирийского языка означает «отец», т. е. тот, кто проявляет отеческую заботу и достоин высшего доверия и искренней любви. Рано утром 26 октября на 74-м году жизни Авва отошел ко Господу, оставив всем, знавшим его пример, как нужно жить настоящей христианской жизнью. Милосердный Господь да упокоит душу новопреставленного иеродиакона Илиодора в селениях праведных. Как при жизни отец Илиодор умел утешить любого человека, так и сейчас приходят на память слова из посвященной ему песни его духовных чад — дуэта «Братцы»: Расстаемся мы, но не прощаемся, Верим, что встретимся вновь. Наша дружба не прекращается, Потому что в сердце любовь.
  10. На молебне о возрождении Казанского девичьего монастыря (на фото с игуменией Анастасией)
×
×
  • Create New...