Jump to content
Aimar

Хотелось бы узнать, можно ли монаху дружить с мирянами?

Recommended Posts

Я духовную дружбу понимаю так - никогда не забывать молиться друг о друге; просить молитвенной помощи, обмениваться душеполезной информацией (каряво как-то звучит, но как лучше зказать?), помогать и поддерживать друг друга в духовном росте. Чтобы более воцекрковленный, старший в духовном отношении друг- помогал "младшему",

Тогда все православные христиане должны быть между собою друзьями. Конечно же не плохо бы было, но не реально, именно потому, что не может быть дружбы только духовной.

Share this post


Link to post

Мне кажется, что Вы не по этой теме пост написали. Эта тема про монашество и такие примеры мирского бытия по Евангелию к монашеству не приемлемы.

 

Андрей, мирянин может считать монаха своим другом, а что думает монах, ведомо только его духовнику.

 

Если у монаха нет внутренней собранности или ограды от мирского влияния, то ему дружба с мирянином противопоказана, если же духовник монаха считает, что это общение не принесет ему вреда, то все возможно.

 

Простой пример из жизни: в любой ссоре есть черта, которую нельзя переходить ни при каких условиях и искушениях. Кто-то (мне такие люди известны) не перейдет "черту" никогда, а кое-кто переходит ее постоянно, хотя потом кается и сожалеет о содеянном...

 

Также и дружба между монахом и мирянином, не знаю,поняли ли Вы меня

Share this post


Link to post

Тогда все православные христиане должны быть между собою друзьями. Конечно же не плохо бы было, но не реально, именно потому, что не может быть дружбы только духовной.

 

Я в некоторых статьях про священослужителей или Святых встречала такие слова " Между ними была духовная дружба". А на счет православных христиан - мы все братья и сестры во Христе....так нас называют в Церкви.

Но речь в этой теме иная. Речь идет о людях, которые хорошо знают друг друга, а не просто исповедают одну религию.

Я все-таки интуитивно чувствую, что чистая духовная связь-дружба существует, и, если дальше рассуждать следуя моей интуиции, она может существовать между монахами, монахами-мирянами, когда последние обращаются к знакомому монаху или готовящемуся в монастырь послушнику только как к молитвеннику или наставнику. Если речь идет только о мирянах воцерковленных- то здесь.....здесь все что угодно может быть, а духовная связь может присутствовать вместе и с душевной и плотской ( молитва друг за друга, любовь без осуждений, просто потому, что этот человек есть и он образ Божий, итд - духовная связь; Общие светские интересы- любовь к театру, литературе, живописи итд. При этом привязанность и любовь к человеку, потому что он : неординарный, умный, начитанный,просто кровная связь итд. - душевная дружба; Я дружу с ним, потому что мне с ним комфортно, приятно физически, этот человек мне поднимае настроение, уходит тоска, - потребность плоти и на психику хорошо влияет - это исключительно плотская дружба) Вот так я это понимаю. Простите, если заморочила голову )))

Share this post


Link to post

Я все-таки интуитивно чувствую, что чистая духовная связь-дружба существует, и, если дальше рассуждать следуя моей интуиции, ..

 

Ой, сколько премудрости :-)

Share this post


Link to post

Алина (Елена), все Ваши мысли о "духовной дружбе" очень совпадают с моими, я с Вами во всем соглашаюсь, одно добавлю, это еще и очень большое доверие, и любовь к друг к другу.

Share this post


Link to post

Сегодня как раз на проповеди (в конце) о. наместник сказал несколько слов о дружбе христиан между собой.

Даже если Сам Господь назвал Своими друзьями тех, кто исполняет Его волю, то почему христиане не могут называть друзьями друг друга.

 

Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам (Иоан.15:14)

 

Здесь Господь указывает, что истинная, правильная дружба может быть основана только лишь на исполнении заповедей Божиих.

Share this post


Link to post

Сегодня как раз на проповеди (в конце) о. наместник сказал несколько слов о дружбе христиан между собой.

Даже если Сам Господь назвал Своими друзьями тех, кто исполняет Его волю, то почему христиане не могут называть друзьями друг друга.

 

Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам (Иоан.15:14)

 

Здесь Господь указывает, что истинная, правильная дружба может быть основана только лишь на исполнении заповедей Божиих.

 

Слава Богу!!! Теперь всё на месте!!! Спаси Господи!

P.S. Простите, отец Даниил, а отец наместник читает форум? Прям как будто узрел больную мозоль у форумчан :-)

Share this post


Link to post

Спаси Господи отец Даниил!Лучше и не скажешь и все стало на свои места!Слава Богу!

Share this post


Link to post

Нужно и ещё как.

Почему?

Да и, наверное, дружить только с монашествующими своего пола...

Хотя... дружба всё же предполагает наличие общих интересов и общего уклада жизни. Вот как замужняя женщина с детьми будет дружить с монахиней? нет, можно общаться, особенно, если монахиня старше по возрасту и духовно опытная... но дружба - это нечто более тесное.

Share this post


Link to post

Я понимаю так,что дружба между монашествующим и мирянином не должна выходить за рамки духовного общения.

Share this post


Link to post

Я понимаю так,что дружба между монашествующим и мирянином не должна выходить за рамки духовного общения.

Только лишь духовное общение и дружба - это совершенно разные вещи. В теме разговор зашёл о именно дружбе, а не о встречах и беседах на какие либо определённые темы. Не нужно пытаться применять понятие дружбы к чуть ли не любым более менее приятным взаимоотношениям между людьми, что в теме постоянно прослеживается и от чего тут и возникают непонимания. Дружба это совокупность всех возможных положительных взаимоотношений между людьми, это просто срастание все возможных "со" воедино - это сотрудничество, соучастие, сопереживание, сорадование, сострадание.

Вот я позволю себе здесь привести несколько цитат из трудов Святителя Игнатия Брянчанинова "духовного отца современного монашества" из которых каждый может сделать самостоятельные выводы о характере возможных отношений монаха с миром и мирянинами, а так же о неприемлимости не только проживания монаха в миру, но и любого духовного приближения его к миру (дружба с мирянином), о недопустимости отсутствия желания у монаха об отторжении и разрывания контактов с миром:

 

Христиане, живущие посреди мира, опутанные связями его, занятые различными попечениями, произвольными и невольными не могут уделять много времени, не могут посвятить всей любви своей Богу. Не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви, а оженивыйся печется о мирских.Оженивыйся не может постоянно и усиленно прилепляться к Господу молитвою, отрешенною от всего земного, и соединиться во един дух с Господом , как это возможно и свойственно монаху.

 

Монахи, пренебрегающие Богопреданными постановлениями для монашества, проводящие жизнь самовольную, развеянную, сластолюбивую и миролюбивую, лишаются духовного преуспеяния.

Благочестие и добродетель, как целомудренные девы, всегда под покровами и келлии и неизвестности, как бы под покровами тканей; напротив того блудницы стараются полуобнаженными являться на позор.

 

 

Условия последования, или пути и жительства, ведущих к совершенству, Господь изобразил так: Аще кто хощет по мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой и по Мне грядет. Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое и даждь нищим: и имети имаши сокровище на небеси: и гряди вслед Мене, взем крест. Аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего, и матерь, и жену, и чад, и братию, и сестр, еще же и душу свою, не может Мой быти ученик. И иже не носит креста своего, и вслед Мене грядет, не может Мой быти ученик. Иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик. Здесь предписаны именно те условия, из которых составляются существенные обеты монашества.

 

….то же самое наставление дает святой апостол Павел и всем христианам, желающим вступить в теснейшее общение с Богом. Вы бо есте, говорит он, церкви Бога жива, якоже рече Бог: яко вселюся в них, и похожду, и буду им Бог, и тии будут Мне людие. Темже изыдите от среды их и отлучитеся, глаголет Господь, и нечистоты их неприкасайтеся, и Аз прииму вы: и буду вам во Отца, и вы будете Мне в сыны и дщери, глаголет Господь Вседержитель. Святой Иоанн Лествичник относит это призвание именно к монахам.

 

Помещение монашества вдали от селений, в пустынях, совершилось по откровению и повелению Божиим. Преподобный Антоний Великий призван Богом к жительству в глубокой пустыне; преподобному Макарию Великому повелел Ангел поместиться в пустыне Скитской, преподобному Пахомию Великому повелел также Ангел учредить в пустыне иноческое общежитие, и предал письменные правила для жительства иноков. Упомянутые преподобные были мужи, исполненные Святого Духа, пребывавшие постоянно в общении с Богом, служившие для иночества глаголом Божиим, как служил им Моисей для израильтян.

 

…оставление стяжаний возводит подвижника Христова в возвышенное духовное состояние, которое отделяет его от братий, живущих посреди мира…

Многие монастыри, устроенные основателями своими в глубокой, или, по крайней мере, удаленной от мира пустыне, ныне, при умножении народонаселения, уже стоят среди мира, среди бесчисленных соблазнов. Мало того, что недужный, неспособный предстоять соблазну лицом к лицу, встречается с ним по необходимости, едва выйдет за монастырские ворота, — сам соблазн насильно и неистово вторгается в монастырь, производит нравственные опустошения и злодеяния. Дух ненависти к монашеству признает торжеством для себя введение соблазна в монастырь. Успехом возбуждаются громкий хохот, рукоплескания, как бы от одержания знаменитой победы, между тем, как грех и бедствие —общие. По современной нравственности и направлению мира, монастырям, более, нежели когда-либо нужно стоять вдали от мира. Когда жизнь мира соединена была с жизнью Церкви, когда мир жил жизнью Церкви, когда благочестие мирян отличалось по наружности от благочестии иноков только супружеством и стяжанием; тогда свойственно было монастырям находиться посреди городов, и городские монастыри доказали это, воспитав многих святых иноков. Но ныне должно быть обращено особенное внимание на вышеприведенное увещание Апостола, и приложено особенное тщание к исполнению его.

 

Святой Иоанн Лествичник, живший в VI веке по Рождестве Христовом, исчисляя побудительные причины поступления в безмолвную жизнь, гораздо более указывает на желание избежать греха и удалить свою немощь от соблазнов, которым она не может противостоять, нежели на желание христианского совершенства, желания, которым руководились немногие. Ныне, когда среди мира умножились соблазны и грехопадения, когда человеческая сила истощилась пред силою распространившихся и объявших мир соблазнов, когда чувство сознания греховности и желания освободиться от нее еще не угасло во всех человеках,—большинство вступающих в монастырь вступает для снятия с себя греховного бремени, для вспоможения своей немощи, для обуздания себя.

 

Признаю священным долгом моим сообщить вам мудрый совет, который я слышал от опытных, достойных уважения старцев. Они говорили и мирянам и монахам, искавшим искренно спасения: “в наше время, в которое так умножились соблазны, должно особенно внимать себе, не обращая внимания на жительство и дела ближних, и не осуждая соблазняющихся: потому что тлетворное действие соблазна удобно переходит от увлеченных соблазном на осуждающего их”.

Share this post


Link to post

Некоторые иноки утверждают о себе, что они, находясь часто в обществе женщин, не чувствуют вреда. Этим инокам не должно верить: они или говорят неправду, скрывая свое душевное расстройство, или проводят жизнь самую невнимательную и нерадивую и потому не видят своего устроения или же диавол окрадывает их, отнимая понимание и ощущение вреда, чтоб соделать их монашескую жизнь бесплодною и уготовать им верную погибель.

Свт. Игнатий Брянчанинов. Приношение современному монашеству

А в интернет-пространстве тоже нельзя в друзья брать?

Впрочем, смотря как общаться. Если просто человек "числится" в друзьях - одно. А бывает по-разному... я в контакте "дружу" с одним отцом, так там прямо - классическое батюшкопочитание: на стене ему постоянно пишут что-то типа "Да с добрым утречком Вас, батюшка! Да счастливо откушамши! Да какие у Вас новые стихи замечательные!" (батюшка немного сочиняет) и всё такое прочее. Вот это уже просто неумно как-то...

Share this post


Link to post

А в интернет-пространстве тоже нельзя в друзья брать?

Впрочем, смотря как общаться. Если просто человек "числится" в друзьях - одно. А бывает по-разному... я в контакте "дружу" с одним отцом, так там прямо - классическое батюшкопочитание: на стене ему постоянно пишут что-то типа "Да с добрым утречком Вас, батюшка! Да счастливо откушамши! Да какие у Вас новые стихи замечательные!" (батюшка немного сочиняет) и всё такое прочее. Вот это уже просто неумно как-то...

Можно, берите, только не уроните... А ещё можно дружить с монахом с которым вообще ни когда не общался, ни разу его не видел и не знаешь вообще существует ли он... Простите, но если даже Вы мне каждые пять секунд будете отправлять пожелания приятного вдоха и выдоха, то всё равно другом мне не станете. Почему Вы называете этого батюшку поэта своим другом? Ну какой же он Вам друг? Просто дальний знакомый. Вы же знаете его хуже, чем продавец магазина, в который он иногда заходит - она то хоть его видела и слышала...

Share this post


Link to post

Для начала надо понять, что именно для конкретного человека означает дружба! Общение - это одно, а дружба?

Share this post


Link to post

Преподобный Антоний Великий сказал так: «Имей одного друга, самое большее двух, но лучше тебе иметь другом одного Бога».

Будь дружен со всеми людьми; а мыслью своею пребывай один. Принимай участие в страданиях всякого, а телом своим будь далеко от всех.

Преподобный Исаак Сирин (VII век).

 

Истинный и верный друг не имеет шуточных мыслей и не терпит празднословия или сообщения с кощунством, в чем заключает свою дружбу мир; его сердце ограждено страхом Божиим, душа исполненная любви, питается правосозерцательными истинами и с благоговением сообщает слово небесного утешения искреннему и верному другу своему. Ежели один имеет болезнь на сердце и какую-либо мысль, медлящую на памяти, тотчас ее сообщает другу, приятно ища его совета и пособия; друг, благоговейно храня взаимность искреннего чувства, усердно служит сообщением своего сердца, ума и мыслей, соответствуя благонамеренным предприятиям верного друга.

 

Монах Георгий (Стратоник), затворник Задонский (1789-1836).

 

0.gif Что душа имеет, то она и передает [другой душе]. Страсть передает страсть, раздражение передает раздражение, гнев передает гнев. Благодатный же дар облагодатствованной души передаст ближнему благодатный дар.

 

0.gif Если христианин, подвизающийся среди мира, поддерживает связь с людьми духовными, то ему есть на кого опереться. Как бы духовно ты ни жил, добрый круг общения (особенно в наше время) необходим. Связь с людьми духовными очень (даже больше чем духовное чтение) помогает христианину, потому что эта радость духовного союза пробуждает в нем сильное рвение к духовным подвигам.

 

Старец Паисий Святогорец (1924-1994).

 

Друзей твоих предварительно подвергай испытанию и не своди со всеми близкого знакомства. Если заведешь обширное знакомство, - не доверяй всем, потому что мир всквашен на лукавстве. В друга себе избери одного брата, боящегося Господа, и прилепись к Богу, как сын к отцу, потому что все человеки, за исключением немногих, предались лукавству; земля преисполонилась суетности, попечения и скорбей.

 

0.gifНе подражай тем, которые пристрастились к наслаждению мира сего, потому что они никогда не преуспеют. 0.gifБудем избегать ненависти и распрей. Кто находится в дружбе с зараженным ненавистью и сварливым, тот находится в дружбе с хищным зверем. Точно, доверяющий себя зверю безопаснее того, кто доверяет себя сварливому и зараженному ненавистью. Не отвращающийся от сварливости и не гнушающийся ею не пощадит никого из человеков, ниже друзей своих.

 

0.gif Человек, входящий к продавцу благовоний, заимствует приятный запах: и обращающийся с благочестивыми мужами нечувствительно привыкает подражать их добродетелям.

 

0.gifВсеми силами удаляйся от людей, чуждых разума и совета.

Преподобный Антоний Великий (IV век).

Share this post


Link to post

Почему Вы называете этого батюшку поэта своим другом?

На интернет-форумах принята такая вот виртуальная дружба (здесь, кстати, тоже: кто-то просится в друзья - или сам предлагаешь кому-то дружбу). и - да, если Вы заметили, я слово "дружу" заключила в кавычки.

Share this post


Link to post

А я всегда думала,что батюшкам чужды должны быть личные страницы в социальных сетях.Вот как то так мне представлялась их жизнь.

Share this post


Link to post

Настоящая Любовь и настоящая дружба – одно и то же.

Это на первый взгляд так кажется, если не углубляться в сути этих понятий.

Эрих Фромм дал следующее очень интересное определение любви: любовь - зрелый ответ на проблему человеческого существования. Сознание человека может породить дихотомии. Основная экзистенциальная дихотомия — это проблема существования: человек осознает, что он смертен, так стоит-ли жить, и если жить, то как? История религии и философии есть история поисков ответов на этот вопрос. Так вот зрелый и плодотворный ответ на этот вопрос и есть любовь.

 

Если посмотреть википедию то дружба - бескорыстные личные взаимоотношения между людьми, основанные на любви, доверии, искренности, взаимных симпатиях, общих интересах и увлечениях. Обязательными признаками дружбы являются доверие и терпение. Людей, связанных между собой дружбой, называют друзьями. Обязательным условием существования дружеских связей является отсутствие межличностной конкуренции в кругу друзей, относительно равное положение в социальной лестнице .

 

Как известно Бог есть любовь и ни чего кроме любви. Мы стремимся любить Бога, хотя у нас это не получается, и ни когда не получится тем более так как Он любит нас. А можем ли мы дружить с Богом, как это умудрялись делать некоторые католические святые? И думать не смеем. Вспомним возглас архистратига Михаила - "Кто как Бог?!".

 

Вот как раз и TATIANA.A обратила внимание на проповедь Попиченко. Там то и говорится, что нельзя дружить с батюшкой, духовником, начальником, Богом, любить их нужно, любить нужно всех.

Share this post


Link to post

Моя семья длительное время дружила с монахом - настоятелем. Ничего предосудительного в этом нет, но я уехал в другой город а когда вернулся дружба разладилась по неизвестным мне причинам, очень жаль, потом встречался с монахом и он молчал. На душе не очень хорошо, но понимаю что все мы люди.

Другое дело девица спрашивает о дружбе с монахом, я не монах, но от девиц скрываюсь. Искушение это :)

Share this post


Link to post
Моя семья длительное время дружила с монахом - настоятелем. Ничего предосудительного в этом нет, но я уехал в другой город а когда вернулся дружба разладилась по неизвестным мне причинам, очень жаль, потом встречался с монахом и он молчал. На душе не очень хорошо, но понимаю что все мы люди.Другое дело девица спрашивает о дружбе с монахом, я не монах, но от девиц скрываюсь. Искушение это :)

 

Может мы больше будем понимать монахов читая о том кто такой монах ?

http://azbyka.ru/hristianstvo/sut/antoniy_stupeni_09-all.shtml

 

митрополит Сурожский Антоний

Монашество и современность

 

"....... Перечитывая службу пострига, я с мучительной ясностью вижу, что после пятидесяти лет я еще не приступил к тому, что я обещал когда-то, принимая монашество. Поэтому я буду говорить, что представляет собой монашество, помня, что человек "от слов своих оправдится и от слов своих осудится", но не только от слов, но и от жизни, и что знание вещей только прибавляет нам ответственности и вновь и вновь требует исправления, покаяния, вступления в ту жизнь, которую человек когда-то увидел перед собой и которую он большей частью осуществить не сумел......."

Share this post


Link to post

Если монах позволяет с собой дружить это одно а если нет а ты хочешь сам это другое дело.Всё начинается с обоюдного согласия. К тому же есть сильные духом монахи которые могут себе это позволить но таких надо ещё найти а в большинстве случаев дружить не желательно.Многое зависит от того как кому даёт Бог.Я в своей жизни встречалась с дружбой между монахом и мирянкой.

Share this post


Link to post

Со своего личного опыта могу сказать что неможет быть дружбы между монахом и мирянкой,вредно это обоим.

Share this post


Link to post

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.
Note: Your post will require moderator approval before it will be visible.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Restore formatting

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.


  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

  • Similar Content

    • By OptinaRU
      Предстоятель Русской Церкви принял членов Комиссии по подготовке празднования 1000-летия русского монашеского присутствия на Святой Горе Афон

      17 июня 2015 года в Патриаршей и Синодальной резиденции в Даниловом монастыре в Москве состоялась встреча Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла с членами Комиссии по подготовке празднования 1000-летия русского монашеского присутствия на Святой Горе Афон.

      Со стороны Русской Православной Церкви во встрече приняли участие: митрополит Волоколамский Иларион, председатель Отдела внешних церковных связей; протоиерей Николай Балашов, заместитель председателя ОВЦС; протоиерей Игорь Якимчук, секретарь ОВЦС по межправославным отношениям; консультант ОВЦС священник Михаил Асмус.
       
      Комиссию Священного Кинота Святой Горы Афон представляли: иеромонах Никодим (Великая Лавра), иеромонах Антоний (монастырь Ивирон), монах Никодим (монастырь святого Павла), иеромонах Гавриил (монастырь Эсфигмен), иеромонах Кирион (монастырь Русик).

      Приветствуя гостей, Святейший Патриарх Кирилл, в частности, сказал:
       
      «Мы приближаемся к очень важной для Русской Православной Церкви и для вселенского Православия дате — 1000-летию русского присутствия на Святой Горе Афон; и я очень рад возможности обсудить с вами вопросы подготовки к этому торжеству.
       
      Связи между Русью и Афоном начались сразу после Крещения Руси в 988 году и продолжались на протяжении веков. Об этом свидетельствуют святыни, привезенные на Русь нашими благочестивыми предками и афонскими монахами, а также множество сокровищ из России, которые были пожертвованы на Святую Гору.
       
      Россия всегда выступала защитницей Православия на Востоке, и это во многом обеспечивало безопасность Святой Горы Афон. А Святая Гора во многом обеспечивала духовную безопасность России — в первую очередь, своим влиянием на русское монашество. Празднуя 1000-летие русского присутствия на Афоне, мы хотели бы осмыслить всю эту историю, познакомить с ней молодое поколение жителей Святой Руси — и русских, и украинцев, и белорусов, и представителей других национальностей; показать нашему обществу значение Святой Горы для нашей страны, для духовной жизни россиян; наконец, сделать так, чтобы это празднование привлекло внимание к Святой Горе во всем мире и чтобы Европа еще раз осмыслила значение Святой Горы для собственной духовной жизни.
       
      Думаю, это особенно важно в связи с упадком религиозной жизни в Западной Европе, где в основу устроения общества полагаются опасные антихристианские идеи. Мы можем свидетельствовать о том, что сегодня западный мир находится в глубоком духовном кризисе. Запад этого кризиса не осознает и высокомерно смотрит на весь мир, требуя, чтобы все следовали его законам, которые не оставляют места ни Богу, ни вере в жизни людей. Поэтому празднование должно пройти таким образом, чтобы не только Россия и Греция, но и весь мир почувствовал бы значение духовной традиции Православия. И пример России, мощного современного государства, играющего очень важную роль в международных отношениях и одновременно питающегося духовной энергией Афона, может быть очень убедительным для многих европейцев, в том числе несогласных с опасными антирелигиозными и антихристианскими тенденциями в жизни Западной Европы и Северной Америки.

      Необходимо привлечь к Афону внимание мировой общественности и тем самым противодействовать опасным тенденциям в западноевропейской политике, связанным с давлением на Афон с точки зрения современного либерального законодательства. Нужно еще раз подчеркнуть особое, непреходящее значение Афона с его уставом, его традициями, и особое значение автономии Святой Горы для Европы и для всего мира.
       
      Мы разрабатываем обширную программу торжеств в пределах Русской Православной Церкви. У нас пройдут съезды монашествующих, будут реализованы специальные программы в духовных семинариях, намечены значительные издательские проекты. Будут проводиться научные конференции, сниматься телевизионные передачи, создаваться фильмы, по всей России пройдет школьная олимпиада, посвященная Святой Горе Афон. Внимание всего нашего народа будет максимально привлечено к этому празднованию, потому что мы проведем его не только в Москве, но и по всей Русской Церкви. Российское государство также привлечено к этому празднованию — сейчас формируется программа церковных и государственных юбилейных торжеств. Другими словами, мы хотим использовать эту дату для того, чтобы очень глубоко вспахать нашу религиозную почву. Мы должны вместе хорошо потрудиться, чтобы реализовать большой миссионерский потенциал Афона, который может послужить делу утверждения Православия не только на пространствах Святой Руси, но и во всем мире».
       
      В свою очередь представители Священного Кинота и монастырей Святой Горы поблагодарили Его Святейшество за возможность встречи, отметив, что на Афоне очень ценят многовековые отношения с Россией и стремятся сделать все для их укрепления и дальнейшего развития.
       
      В ходе встречи состоялось обсуждение различных вопросов подготовки к юбилейным торжествам, намеченным на 2016 год.
       
      Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
       
    • By Кира
      Я приступаю к беседе о монашестве с большим внутренним трепетом, потому что, перечитывая службу пострига, с такой мучительной ясностью вижу, что после пятидесяти лет я еще не приступил к тому, что обещал когда-то, принимая монашество. Поэтому я буду говорить о том, что представляет собой монашество, помня, что человек от слов своих оправдается и от слов своих осудится — и не только от слов, но и от жизни; помня, что знание только прибавляет нам ответственности и вновь и вновь требует от нас исправления, покаяния, вступления заново в ту жизнь, которую мы когда-то увидели перед собой и которую большей частью осуществить не сумели.
       
      Говорить о монашестве в отрыве от размышления о браке невозможно. Я вскоре объясню, почему так, но это очень важно помнить, потому что иначе монашество представляется в Церкви как путь особенный и каким-то образом оторванный от самой сущности Церкви, будто он — не один из аспектов церковности, а исключение. Что это не так — легко себе представить, если задуматься над тем, как монашество зародилось, с чего оно началось.
       
      Пока Церковь была гонимой, монашества в ней не было. Все верующие стояли перед угрозой пыток, смерти, мученичества. Если мы вспомним, что слово, которое мы переводим “мученичество”, на греческом языке значит “свидетельство” (которое может проявляться и в слове, и в красоте жизни, но и в готовности эту жизнь отдать во свидетельство Христу), то легко понять, что когда прекратились гонения, перед Церковью стал вопрос о том, как идти героическим царским путем. Это стало особенно трудно тогда, когда Церковь не только перестала быть гонимой, но была принята Византийской империей, когда христианство стало верой императора и, значит, его окружения, которое следовало его примеру, не всегда следуя его обращению. В тот момент в Церковь влились толпы людей, которые слегка или даже с какой-то глубиной уверовали во Христа, но во время гонений в Церковь не вступали; те, которые были готовы войти в Церковь тогда, когда она стала “образом жизни”, но не путем на Голгофу. Это исторически верно. Отец Георгий Флоровский говорил, что когда прекратилось мученичество, началось монашество: люди героического духа, которые не могли примириться с разжиженным, ослабленным христианством, стали уходить — не от мира, не от гонителей, не от язычников, а именно от христианской общины, которая одебелела и перестала быть телом Христовым, распятым ради спасения мира, как, в ответ на мой вопрос, определил Церковь патриарх Алексий (Симанский; † 1970. – Ред.) Они уходили в пустыню для того, чтобы бороться со всем злом, какое видели в себе, они шли на противоборство с бесовской силой, с человеческой немощью, они шли в пустыню для того, чтобы остаться лицом к лицу с собой и в себе побеждать зло, — не только ради себя самих, но ради всего мира, потому что зло, побежденное в одном человеке, уже уменьшено в масштабе всей вселенной. Так же как если человек зажжет хоть маленькую свечку во тьме вселенной, та становится чуть менее темной. Хотя, может быть, никто этого не замечает, эти лучи хоть малого света пронизывают ее до предела.
       
      И вот, люди уходили в пустыню, стояли перед Богом, углублялись в видение себя самих; и одновременно через молитву, через внутренний подвиг, через постоянное предстояние Живому Богу они познавали все глубже и глубже своего Творца, своего Бога, своего Спасителя. И познавая Его, видя в Нем беспредельную красоту, совершенную, истинную правду, свет немерцающий, они по контрасту видели себя и смирялись — не потому что своими человеческими глазами видели себя во грехе, а потому что, стоя перед лицом Бога, созерцая Его красоту, они познавали свое недостоинство, и поклоняясь Богу, они одновременно научались предельному смирению.
       
      Это только один из аспектов проблемы, это исторический аспект, то, как появилось монашество. Но монашество оставалось бы уделом личным, частным, исключительным, если бы оно не оказалось выражением сущности Церкви с определенной точки зрения. Читая Евангелие и послания апостольские, мы видим, что Церковь, то общество человеческое, которое верой, надеждой, любовью соединено со Христом, описано в целом ряде мест образами брачного пира, то есть соединения Бога со Своей тварью в ликовании, — в ликовании любви Божией и в ликовании человеческой благодарности и преклонения перед Таким Богом. Мы можем найти в Священном Писании несколько притчей о Церкви как о браке. Но есть другой образ Церкви, который выражен очень короткими словами: Церковь — это Невеста Христова, готовая идти за своим Женихом, куда бы Он ни пошел. Невеста — та, которая возлюбила жениха всем своим существом, для которой никто не существует наравне с возлюбленным. Святой Мефодий Патарский говорит, что, пока юноша не полюбил девушку, он окружен мужчинами и женщинами; когда он кого-то полюбил, у него есть невеста, а вокруг него только люди. Это верно, конечно, и в обратном направлении, в отношении невесты и жениха. Этот путь и есть путь монашеский. Этот путь заключается в том, что какие-то люди, какие-то души так возлюбили Бога, что ничего не осталось в мире настолько дорого, чтобы оторвать их сердце, их мысль, самую жизнь их от Бога, возлюбившего их всей жизнью и смертью Христа. Это люди, которые готовы идти за Христом, куда бы Он ни шел. И мы знаем путь Христов. Мы знаем, что путь Христов — это путь на Голгофу, это путь на распятие ради спасения мира. И очень важно помнить, что распятие монашеское, как и распятие Христово — не личный подвиг о спасении своей собственной, как бы обособленной, души, это подвиг всецерковный, это участие в спасении мира.Лет семьдесят тому назад на Валааме жил послушник Николай: старик, более пятидесяти лет проживший в Валаамском монастыре и никогда не ставший монахом, не принявший пострига. Мой духовный отец, тогда только поступивший в монастырь, его как-то посетил и поставил ему вопрос: почему, живя монашеской жизнью, не имея ничего, кроме этой жизни, ты не принял пострига?.. И Николай со слезами ему ответил: Я еще не могу принять пострига, я не научился сострадательному плачу о всей вселенной… Это очень важное слово; потому что слишком легко нам думается, что монах — это человек, который уходит от всего ради спасения собственной души. Разумеется, и такие бывают монахи, и разумеется, что участие в спасении мира не может пройти мимо спасения собственной души. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душу свою, жизнь свою сделает напрасной? Но оба пути сливаются в одно.
       
      Но если действительно монашество и тайна брачного пира представляют собой два неотделимые друг от друга аспекта Церкви, тогда нам надо задуматься над тем, что между ними общего и что их разделяет.
       
      Когда человек принимает монашеский постриг, первый вопрос ему ставиться о готовности, вступив в монастырь, никогда из него не выйти. Можно, конечно, это понимать как вопрос о физическом уходе за пределы монастыря, но речь здесь идет о чем-то гораздо более глубоком. Речь идет о том, что человек не может принимать монашество, не может войти в ту духовную и душевную устойчивость, которая нужна для монашества, пока он не понял, что если он Бога не найдет здесь, то незачем Его искать где бы то ни было, он Бога все равно нигде не найдет, потому что Бог не находится тут или там. Бога находят в глубинах собственной души, когда через молитву, через подвиг, через голод о Боге доходят до самой встречи с Живым Богом. Поэтому первое условие, которое ставится монаху — именно вопрос об этой устойчивости. Пойми, знай, что искать Бога где бы то ни было незачем; если Его здесь для тебя нет — нигде Его нет для тебя… Это значит, что если твое сердце, твой ум для Него закрыты здесь, то лишь закрытое сердце и закрытый ум ты унесешь в любое место, куда пойдешь в поисках Бога.
      Чисто практически это, конечно, относилось к вступлению в ту или другую общину с обязательством оставаться в братском общении и под руководством духовника общины. Но ранние общины не были ограничены стенами монастырей, это были группы людей, собравшихся вокруг наставника и не искавших иного. Но для того, чтобы осуществить такое состояние, такую устойчивость внутреннюю, они связывались тем, что мы называем монашескими обетами, которые, в сущности, производны; они — условия, позволяющие человеку неколебимо стоять перед Богом, не ища Его нигде, кроме как в глубинах своей души, которых касается Сам Христос. Это обеты послушания, нестяжательности и целомудрия.
      Я хочу о них сказать несколько подробнее, потому что эти слова русские, нам привычные, и мы не всегда задумываемся над тем, что за ними кроется.
       
      Послушание мы видим в описаниях жизни святых. Мы видим, как послушник, ученик того или другого старца, наставника, выполнял безропотно, не ставя под вопрос, что бы старец ему ни приказывал, даже вещи, которые кажутся нам совершенно бессодержательными, абсурдными. Он выполнял их, не задумываясь, зная в глубинах своей души, что за тем, что ему приказано, повелено, кроется цель, и что он может вырасти за пределы самого себя, только если отдастся на волю старца. Нам часто кажется, что послушание заключается в том, чтобы исполнять чужие веления безропотно, — сначала без внешнего ропота, затем и без внутреннего. Это не сразу дается. Есть рассказ о том, как старец дал приказание монахам из своего окружения издеваться на новопришедшим, которого он ценил и которого хотел воспитать до предела его возможностей. Когда тот пришел в церковь, над ними стали издеваться, выгонять: “Как смеешь ты, каков ты есть, вступить в храм Божий?” Он ушел. Старец его спросил, что он почувствовал. — Я почувствовал гнев и его выразил грозными ругательствами и словами… Через неделю повторилось то же самое. Но послушник всю неделю раздумывал над тем, что над ним совершали и что в нем самом происходило, и когда снова случилось то же самое, он, выйдя из храма, ответил на вопрос старца о его состоянии: я разгневался, но смолчал… И когда в третий раз это случилось, он старцу ответил: я смолчал и не разгневался…
       
      Это пример того, как человек может постепенно прислушиваться к таинственному ходу действий своего старца и перерасти самого себя. Но послушание не заключается только в том, чтобы слушать или услышать то или другое веление и его исполнить — сначала с натугой, а затем с доброй волей, а затем с радостью. Послушание заключается в том, чтобы научиться всем своим существом: и умом, и сердцем, и волей, и даже телом своим — слушать того, кто говорит. Цель послушания конкретному живому человеку, в конечном итоге, заключается в том, чтобы научиться слушать голос собственной совести и слушать голос Бога, звучащий в Евангелии, звучащий в глубинах души в молчании, в молитве, в тишине. Поэтому послушание заключается первым делом в том, чтобы человек был готов всем своим существом вслушиваться в слова, вглядываться в действия избранного им, принятого им наставника, которому он может внутренне так приобщиться, чтобы перерасти самого себя, вырасти в меру своего наставника, а порой выше этой меры. Это мы видим из жизни святых; они воспитывались в монастырях под руководством добрых наставников, которые сами не вырастали в ту меру святости, какой достигали их ученики. Поэтому монашеское послушание является сначала школой, а потом такой открытостью, таким внутренним безмолвием, которое позволяет слышать Бога, и опять-таки, перерасти себя и влиться в тайну общения с Живым Богом. Другими словами, можно сказать, что через послушание человек постепенно вырастает к тому, что так дерзновенно выражает апостол Петр, когда говорит, что мы призваны стать причастниками Божественной природы, сначала приобщиться благодати, то есть пронизаться Божественным присутствием, Его энергиями, и затем стать Богоподобными, живыми членами тела Христова. Мы — не только место вселения Святого Духа, потому что мы больше, чем сосуд, просто содержащий святыню, — мы делаемся сосудом, который сам пронизан святостью.
       
      Нестяжательство не зависит от бедноты. Можно ничем не обладать — и всем своим существом мечтать о богатстве, о том, чтобы владеть чем-нибудь. Нестяжательство заключается в том, чтобы ни к чему не быть привязанным и ни от чего не зависеть. Апостол Павел говорит в своих посланиях, что научился жить и в бедноте и в богатстве, научился тому, чтобы ничто им не обладало. Все, чем мы как будто обладаем, нас порабощает и делает рабами. Я много раз говорил об этом, но повторю сейчас. Вы все помните притчу Христову о призванных и избранных, о том, как царь учредил пир по случаю брака своего сына и призвал своих друзей. Первый сказал: не могу идти к тебе, я купил участок земли, мне надо его исследовать… Это человек думал, что участок ему принадлежит; на самом деле он принадлежал этому участку, потому что не мог оторваться от него, он как бы корни пустил, не был свободен уйти, ему надо было остаться и осмотреть этот участок. Другой сказал: я купил пять пар волов, мне надо их испытать… Он тоже думал, что обладает этими волами, на самом же деле волы им обладали. Подумайте, каждый, что в нашей жизни может быть таким обладанием. У каждого есть задача в жизни, такая (как нам кажется) важная, что всё должно ей уступить; мы не можем оторваться от работы, призвания, которое представляется целью, содержанием всей нашей жизни; мы не можем идти к Богу Самому, потому что, как нам кажется, мы делаем Божие дело … Как это страшно!.. Третий сказал: не могу прийти на брак твоего сына, — я сам женился, мое сердце преисполнено собственной радости, в нем нет места для того, чтобы разделить твою радость, радость жениха и невесты… Вот это образ того, как можно быть порабощенным, считая, будто сам обладаешь тем, что тебя держит пленником.
       
      В конечном итоге этот вопрос о нестяжании сводится к первой заповеди блаженства: Блаженны нищие духом, ибо тех есть Царство Небесное. Кто такие эти “нищие духом”? Это те, которые всем своим нутром поняли, что они всецело зависят от любви Божией. Они были сотворены без спроса, односторонним действием Бога, призвавшего их к бытию для того, чтобы Себя Самого отдать им всецело — как жизнь, как радость, как вечность. Это те, которые поняли, что самая жизнь, в них действующая — это Божественное дыхание, которое им было дано, что у них нет собственной жизни, которая принадлежала бы им, это дар. И дальше — это те, кто знает, что не они нашли Бога, а Бог их обрел, Бог им открылся, Бог их призвал, Бог их возлюбил всей жизнью и всей смертью Единородного Сына Божия, ставшего сыном человеческим. Они знают, что всё в жизни — дар Божий, все, чем они богаты — дар. Дружба — дар, любовь родителей — дар, любовь жениха и невесты — дар друг другу, и так далее. И это так дивно! Если бы что-нибудь принадлежало нам, оно было бы вырвано из тайны любви. Все, что я мог бы назвать своим, не было бы даром ни человеческой, ни Божественной любви. И потому только те, кто поистине, до самых глубин стал нищ духом, живут в Царстве Божием, в Царстве, где Бог является Царем, ими избранным, ими принятым, ими возлюбленным, от Которого всё, что у них есть, всё, что они собой представляют. Это поистине область Божественной любви. И потому нестяжательство не заключается только в том, чтобы того или другого не иметь, а в том, чтобы постепенно вырастать в это состояние нищеты духовной, где всё является любовью, даже самые простые, незатейливые вещи. Я помню, как отец Александр Шмеман как-то сказал, что всё на свете, всё в жизни — это Божественная любовь; даже пища, которую мы едим, это Божественная любовь, ставшая съедобной. Да, сказано полушутливо, но действительно и это дар Божий.
      И наконец — целомудрие. Это понятие сложное. Целомудрие — состояние того, кто достиг такой цельности духовной, такой мудрости внутренней, которая не дает ему отклониться от Бога, отклониться от чистоты, отклониться от всего человеческого величия, то есть от служения в себе самом образу Божию. Целомудрие начинается в момент, когда, обнищав сам, я смотрю на своего ближнего с благоговением: он — Божий образ, он — икона, он для меня — святыня. Не он призван мне служить, а мне дано Богом видеть в нем икону, образ, и послужить становлению этого человека: становлению его из состояния образа в состояние живого, действующего, победного подобия. Целомудрие, цельность духовная означает новое отношение с Богом, новые отношения с собой, новые отношения с окружающими людьми и с окружающим миром. В отношениях с Богом это означает конец разделенности; по отношению к себе это значит то дерзание, которое нам позволяет жить не поверхностно, не слегка, а жить вдумчиво, глубоко, жить всей — порой страшной и всегда опасной — глубиной своей жизни и своей души; по отношению к людям это значит жить глубинно, встречать людей не только поверхностно, и не сводить все отношения к самому себе, а жить так, чтобы прозревать глубины людей, говорить этим глубинам слово жизни, охранять эти глубины от соблазна, от зла, от разрушения.
       
      Это тесно связано со смирением. Смирение — состояние человека, который в мире с Богом, со своей совестью, со своим ближним, со своей судьбой и даже с теми вещами, которые его окружают. Как говорит святой Исаак Сирин, никто не может молиться чистой молитвой, кто не примирился с Богом, с совестью, с ближним и с теми вещами, которых он касается и которыми пользуется, потому что и они — Божие творение, и к ним тоже надо относиться благоговейно. В этом отношении целомудрие и смирение идут рука об руку.
       
      Латинское слово humilitas, которое именно и переводится “смирение”, происходит от слова humus, что значит “плодородная земля”. Святой Феофан Затворник говорит об этом в одном письме следующее: Подумайте о земле, — она безмолвно лежит перед лицом неба, она открыта и небу и сиянию солнца, и дождю; больше того: по ней ходят, ее топчут; хуже того: на нее льют помои, грязь, и она безмолвно пред лицом неба лежит, все принимая и из всего принося плод, обогащенная тем, что дается и небом и землей…
       
      Вот короткий очерк того, что я мог бы сказать о монашеских обетах. Но я хочу обратить ваше внимание на то, что эти обеты, которые так ясно, ярко выражены в службе пострига, являются также руководящими звездами брачной жизни. Монах обязуется к совершенной, непоколебимой устойчивости; в брачной жизни это называется супружеская верность. Монах обязуется научиться слушать всем существом голос, звучащий рядом; в браке оба супруга призваны так друг другу внимать, так быть друг к другу обращенными, так совершенно забывать себя самих, чтобы вслушиваться друг в друга, слышать и невысказанное слово, воспринимать самую рябь, которая проходит по душе другого человека. Это послушание самое истинное, потому что в нем — тот отказ от себя самого, о котором говорит Спаситель Христос: Если вы хотите следовать за Мной, если хотите быть Моими учениками, отрекитесь от себя, то есть отвернитесь от себя, оторвите от самих себя взор, внимание, и обратите на Меня, Живого Бога, и на ближнего своего; он — образ Мой, икона. Живая икона, которая к тому же обращается к вам с мольбой о внимании, о любви, о заботе, о сострадании, о жалости, о радости… Если думать о целомудрии, разумеется, целомудрие в браке является ярким, четким выражением верности. Это цельность души, это цельность ума, это цельность всего человека. Апостол Павел и другие духовные писатели говорят о прелюбодеянии. Прелюбодеяние не начинается в момент, когда телесный грех совершается. Прелюбодеяние совершается тогда, когда душа отворачивается от любимого и обращается на что бы то ни было, что находится вокруг. И наконец, нестяжательность в браке, конечно, не заключается в том, чтобы ничего не иметь, потому что в браке человек обязан заботиться о своем супруге, о своих детях, о своих родителях; нестяжательство заключается в том, что чтобы ничем не обладать для самого себя, чтобы любое наше обладание скользило через наши руки, как дар тем, которые нас окружают.
       
      И надо помнить (это будет последнее мое замечание; простите, что я говорил долго, но мне кажется, что это важно раз и навсегда выразить), что и в браке есть трагическое, подвижническое измерение, когда человек должен себя побороть, побороть свою узость, раскрыться, победить силой и благодатью Христа; и в монашестве есть обратная сторона: ликование о том, что мы любимы Богом и что при нашем недостоинстве, при нашей хрупкости, при нашей греховности, нам дано любить Бога той любовью, на которую мы способны, и отвечать ликующей благодатью на то, что Он умеет нас любить, какие мы есть, не ожидая, чтобы мы стали святыми, а любя нас в немощи нашей. Он любит нас, как садовник, который бережно заботиться о хрупком ростке, защищая его от всего, что может его погубить, с тем, чтобы этот росток окреп и стал всем, чем он может стать. И поэтому мы должны помнить, что в монашестве есть суровый подвиг — но и ликование, и в браке есть ликование — но и подвиг.
      митр. Антоний Сурожский
    • By Серхио
      Скажите пожалуйста, что означает красная вышивка на схиме (в т.ч. куколе) схимонаха? Насколько я понимаю, ни с каким праздником это не связано.

    • By Ярик
      Поступающему в монастырь дается новое облачение и новая жизнь. Является ли допустимым оставление и ношение определенных вещей из прошлой жизни? Если у человека есть несколько особо ценных ему вещей например православное кольцо с молитвой, которое он не снимал несколько лет имеет ли он возможность также носить его в монастыре? Можно ли пользоваться наручными часами? Возможно ли монаху также иметь определенную сумму т.н. карманных денег, например, на приобретение икон, святоотеческой литературы и пр.? Возможно ли посещение его родными в монастыре?
    • By маргарита(морская)
      Ну тогда остаётся жить в миру .А некоторые духовники у нас говорят что такой вариант не годится, нельзя так жить раз одинокий- то или в монастырь или заводить семью.Они говорят третьего не дано.И получается такие люди себя ощущают какими то ущербными.У меня есть пример моя знакомая.Как послушала некоторые беседы, она одна живёт ,так говорит почувствовала себя неполноценной.Вот такой казус.
×
×
  • Create New...