Jump to content
Наташа Белочкина

Сильнее смерти. Молитва

Recommended Posts

Ну вот ведь и тут "не то" написал... Как выглядит опознавательный знак "опытный священник" и откуда они (опытные) возьмутся, если к неопытным подходить нельзя?))) Моему наставнику - отцу Александру нет и 30 лет отроду и опыта у него по молодости маловато, но к нему люди вереницей тянутся, а седовласого протоиерея отца Владимира просто мимоходом приветствуют. Я под словосочетанием "к любому священнику" имел ввиду, что не обязательно именно к иеромонаху, тем паче, что таковых близко нет.

а это ещё не говорит особо ни о чём... чтобы дать трезвую оценку ситуации надо быть "над ситуацией", а не в ней... надо видеть ситуацию со стороны...

а так может получиться как в сегодняшней оптинской смс:

Оттого не любишь отеческих книг, что они обличают тебя (прп. Амвросий Оптинский)

Share this post


Link to post

Дух молитвы новоначального

 

Введение

Здесь предлагается учение о качестве молитвы, свойственной начинающему идти к Господу путем покаяния. Главные мысли изложены каждая отдельно с той целью, чтобы они могли быть читаемы с большим вниманием и удерживаемы в памяти с большей удобностью. Чтение их, питая ум истиной, а сердце смирением, может доставлять душе должное направление в ее молитвенном подвиге и служить к нему предуготовительным занятием.

  1. Молитва есть возношение прошений наших к Богу.
  2. Основание молитвы заключается в том, что человек - существо падшее. Он стремится к получению того блаженства, которое имел, но потерял, и потому - молится.
  3. Пристанище молитвы - в великом милосердии Божием к роду человеческому. Сын Божий для спасения нас принес Себя Отцу Своему в умилостивительную, примирительную жертву: на этом основании, желая заняться молитвою, отвергни сомнение и двоедушие [1]. Не скажи сам себе: "я грешник, неужели Бог услышит меня?" Если ты грешник, то к тебе-то и относятся утешительные слова Спасителя: Не приидох призвати праведныя, но грешныя на покаяние [2].
  4. Приготовлением к молитве служат: непресыщенное чрево, отсечение попечений мечом веры, прощение от искренности сердца всех обид, благодарение Богу за все скорбные случаи жизни, удаление от себя рассеянности и мечтательности, благоговейный страх, который так свойственно иметь созданию, когда оно будет допущено к беседе с Создателем своим по неизреченной благости Создателя к созданию.
  5. Первые слова Спасителя к падшему человечеству были: Покайтеся, приближися бо царствие небесное [3]. Почему, доколе не войдешь в это царство, стучись во врата его покаянием и молитвой.
  6. Истинная молитва есть голос истинного покаяния. Когда молитва не одушевлена покаянием, тогда она не исполняет своего назначения, тогда не благоволит о ней Бог. Он не уничижит дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно [4].
  7. Спаситель мира называет блаженными нищих духом, то есть, имеющиих о себе самое смиренное понятие, считающих себя существами падшими, находящимися здесь, на земле, в изгнании, вне истинного своего отечества, которое - небо. Блаженни нищии духом, молящиеся при глубоком сознании нищеты своей, яко тех есть царство небесное [5]. Блаженни плачущии в молитвах своих от ощущения нищеты своей, яко тии утешатся [6] благодатным утешением Святого Духа, которое состоит в Христовом мире и в любви о Христе ко всем ближним. Тогда никто из ближних, и злейший враг, не исключен из объятий любви молящегося, тогда молящийся бывает примирен со всеми тягостнейшими обстоятельствами земной жизни.
  8. Господь, научая нас молитве, уподобляет молящуюся душу вдовице, обижаемой соперником, прнседящей неотступно судии беспристрастному и нелицеприятному [7]. Не удаляйся расположением души при молитве от этого подобия. Молитва твоя да будет, так сказать, постоянной жалобой на насилующий тебя грех. Углубись в себя, раскрой себя внимательной молитвой: увидишь, что ты точно вдовствуешь в отношении ко Христу по причине живущего в тебе греха, тебе враждебного, производящего в тебе внутренние борьбу и мучение, соделывающего тебя чуждым Богу.
  9. Весь день, говорит о себе Давид, весь день земной жизни, сетуя хождах [8], препроводил в блаженной печали о грехах и недостатках своих: яко лядвия моя наполнишася поруганий, и несть исцеления в плоти моей [9]. Лядвиями названо шествие по пути земной жизни; плотью - нравственное состояние человека. Все шаги всех человеков на этом пути преисполнены преткновений; их нравственное состояние не может быть уврачевано никакими собственными средствами и усилиями. Для исцеления нашего необходима благодать Божия, исцеляющая только тех, которые признают себя больными. Истинное признание себя больным доказывается тщательным и постоянным пребыванием в покаянии.
  10. Работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему с трепетом [10], говорит Пророк, а другой Пророк говорит от лица Божия: На кого воззрю, точию на кроткаго и молчаливаго, и трепещущаго словес Моих [11]. Господь призре на молитву смиренных, и не уничижи моления их [12]. Он - даяй живот, то есть спасение, сокрушенным сердцем [13].
  11. Хотя бы кто стоял на самой высоте добродетелей, но если он молится не как грешник: молитва его отвергается Богом [14].
  12. “В тот день, в который я не плачу о себе, - сказал некоторый блаженный делатель истинной молитвы, - считаю себя находящимся в самообольщении” [15].
  13. “Хотя бы мы проходили многие возвышеннейшие подвиги, - сказал святой Иоанн Лествичник, - но они не истинны и бесплодны, если при них не имеем болезненного чувства покаяния” [16].
  14. Печаль мысли о грехах есть честный дар Божий, носящий ее в персях своих с должным хранением и благоговением, носит святыню. Она заменяет собой все телесные подвиги, при недостатке сил для совершения их [17]. Напротив того, от сильного тела требуется при молитве труд, без него сердце не сокрушится, молитва будет бессильной и неистинной [18].
  15. Чувство покаяния хранит молящегося человека от всех козней диавола: бежит диавол от подвижников, издающих из себя благоухание смирения, которое рождается в сердце кающихся [19].
  16. Приноси Господу в молитвах твоих младенческое лепетание, простую младенческую мысль - не красноречие, не разум. Аще не обратитеся - как бы из язычества и магометанства, из вашей сложности и двуличности - и будете, сказал нам Господь, яко дети, не внидете в царствие небесное [20].
  17. Младенец выражает плачем все свои желания: и твоя молитва пусть всегда сопровождается плачем. Не только при словах молитвы, но и при молитвенном молчании пусть выражается плачем твое желание покаяния и примирения с Богом, твоя крайняя нужда в милости Божией.
  18. Достоинство молитвы состоит единственно в качестве, а не в количестве: Тогда похвально количество, когда оно приводит к качеству. Качество всегда приводит к количеству; количество приводит к качеству, когда молящийся молится тщательно [21].
  19. Качество истинной молитвы состоит в том, когда ум во время молитвы находится во внимании, а сердце сочувствует уму.
  20. Заключай ум в произносимых словах молитвы и сохранишь его во внимании [22]. Имей глаза на устах, или закрытыми [23]: этим будешь способствовать соединению ума с сердцем. Произноси слова с крайней неспешностью и будешь удобнее заключать ум в слова молитвы: ни одно слово твоей молитвы не будет произнесено, не будучи одушевлено вниманием.
  21. Ум, заключаясь в слова молитвы, привлекает сердце в сочувствие себе. Это сочувствие сердца уму выражается умилением, которое есть благочестивое чувство, соединяющее в себе печаль с тихим, кротким утешением [24].
  22. Необходимые принадлежности молитвы, - пождание [25]. Когда чувствуешь сухость, ожесточение, не оставляй молитвы: за пождание твое и подвиг против сердечного нечувствия снизойдет к тебе милость Божия, состоящая в умилении. Умиление - дар Божий, ниспосылаемый пре6ывающим и претерпевающим в молитвах [26], постоянно возрастающий в них, руководствующий их к духовному совершенству.
  23. Ум, предстоя внимательной молитвой перед невидимым Богом, должен быть и сам невидим, как образ невидимого Божества: то есть, ум не должен представлять ни в себе, ни из себя, ни перед собой никакого вида, должен быть совершенно безвидным. Иначе: ум должен быть вполне чужд мечтания, сколько бы ни казалось это мечтание непорочным и святым [27].
  24. Во время молитвы не ищи восторгов, не приводи в движение твоих нервов, не горячи крови. Напротив - содержи сердце в глубоком спокойствии, в которое оно приводится чувством покаяния: вещественный огонь, огонь естества падшего, отвергается Богом. Сердце твое нуждается в очищении плачем покаяния и молитвой покаяния; когда же оно очистится, тогда Сам Бог ниспослет в него Свой всесвятый духовный огонь [28].
  25. Внимание при молитве приводит нервы и кровь в спокойствие, способствует сердцу погружаться в покаяние и пребывать в нем. Не нарушает тишины сердечной и Божественный огонь, если он низойдет в сердечную горницу, когда в ней будут собраны ученики Христовы - помыслы и чувствования, заимствованные из Евангелия. Этот огонь не опаляет, не горячит сердца, напротив того, орошает, прохлаждает его, примиряет человека со всеми людьми и со всеми обстоятельствами, влечет сердце в неизреченную любовь к Богу и к ближним [29].
  26. Рассеянность окрадывает молитву. Помолившийся с рассеянностью ощущает в себе безотчетливую пустоту и сухость. Постоянно молящийся с рассеянностью лишается всех плодов духовных, обыкновенно рождающихся от внимательной молитвы, усваивает себе состояние сухости и пустоты, из этого состояния рождается холодность к Богу, уныние, омрачение ума, ослабление веры, и от них мертвость в отношении к вечной, духовной жизни. Все же это, вместе взятое, служит явным признаком, что такая молитва не принимается Богом.
  27. Мечтательность в молитве еще вреднее рассеянности. Рассеянность делает молитву бесплодной, а мечтательность служит причиной плодов ложных: самообольщения и, так называемой святыми Отцами, бесовской прелести. Изображения предметов видимого мира и сочиняемые мечтательностью изображения мира невидимого, напечатлеваясь и замедляя в уме, соделывают его как бы вещественным, переводят из Божественной страны Духа и Истины в страну вещества и лжи. В этой стране сердце начинает сочувствовать уму не духовным чувством покаяния и смирения, а чувством плотским, чувством кровным и нервным, безвременным и беспорядочным чувством наслаждения, столько не свойственного грешникам, чувством неправильным и ложным мнимой любви к Богу. Преступная и мерзостная любовь представляется неискусным в духовных опытах святой, а на самом деле она - только беспорядочное ощущение не очищенного от страстей сердца, наслаждающегося тщеславием и сладострастием, приведенными в движение мечтательностью. Такое состояние есть состояние самообольщения. Если человек укоснит в нем, то являющиеся ему образы получают чрезвычайную живость и привлекательность. Сердце при явлении их начинает разгорячаться и наслаждаться беззаконно, или, по определению Священного Писания, прелюбодействовать [30]. Ум признает такое состояние благодатным, божественным: тогда - близок переход к явной прелести бесовской, при которой человек теряет самовластие, делается игралищем и посмешищем лукавого духа. От мечтательной молитвы, приводящей человека в это состояние, с гневом отвращается Бог. И сбывается над молящимся такой молитвой приговор Писания: Молитва его да будет в грех [31] и [32].
  28. Отвергай благие, по-видимому, помышления и светлые, по-видимому, разумения, приходящие к тебе во время молитвы, отвлекающие тебя от молитвы [33]. Они выходят из области лжеименного разума, восседают, как бы всадники на конях, на тщеславии. Закрыты мрачные лица их, чтобы ум, молящегося не мог узнать в них врагов своих. Но потому именно, что они враждебны молитве, отвлекают от нее ум, уводят его в плен и тягостное порабощение, обнажают и опустошают душу, потому именно познаются, что они - враги и из области миродержца. Духовный разум, разум Божий, содействует молитве, сосредоточивает человека в самом себе, погружает его во внимание и умиление, наводит на ум благоговейное молчание, страх и удивление, рождающиеся от ощущения присутствия и величия Божиих. Это ощущение в свое время может очень усилиться и сделать молитву для молящегося страшным судилищем Божиим [34].
  29. Внимательная молитва, чуждая рассеянности и мечтательности, есть видение невидимого Бога, влекущего к себе зрение ума и желание сердца. Тогда ум зрит безвидно, и вполне удовлетворяет себя невидением, превысшим всякого видения. Причина этого блаженного невидения есть бесконечная тонкость и непостижимость Предмета, к которому направлено зрение. Невидимое Солнце правды - Бог испущает и лучи невидимые, но познаваемые явственным ощущением души: они исполняют сердце чудным спокойствием, верой, мужеством, кротостью, милосердием, любовью к ближним и Богу. По этим действиям, зримым во внутренней сердечной клети, человек признает несомненно, что молитва его принята Богом, начинает веровать живой верой и твердо уповать на Любящего и Любимого. Вот начало оживления души для Бога и блаженной вечности [35].
  30. Плоды истинной молитвы: святой мир души, соединенный с тихой, молчаливой радостью, чуждой мечтательности, самомнения и разгоряченных порывов и движений, любовь к ближним, не различающая для любви добрых от злых, достойных от недостойных, но ходатайствующая обо всех перед Богом, как о себе, как о своих собственных членах. Из такой любви к ближним воссияет чистейшая любовь к Богу.
  31. Эти плоды - дар Божий. Они привлекаются в душу ее вниманием и смирением, хранятся ее верностью к Богу.
  32. Душа тогда пребывает в верности к Богу, когда удаляется всякого слова, дела и помышления греховного, когда немедленно раскаивается в тех согрешениях, в которые увлекается по немощи своей.
  33. То, что желаем стяжать дар молитвы, доказываем терпеливым приседением молитвой при дверях молитвы. За терпение и постоянство получаем дар молитвы. Господь, говорит Писание, даяй молитву благодатную молящемуся [36] терпеливо при одном собственном усилии.
  34. Для новоначальных полезные краткие и частые моления, нежели продолжительные, удаленные одно от другого значительным пространством времени [37].
  35. Молитва есть высшее упражнение для ума.
  36. Молитва есть глава, источник, мать всех добродетелей [38].
  37. Будь мудр в молитве твоей. Не проси в ней ничего тленного и суетного, помня заповедание Спасителя: Ищите же прежде царствия Божия и правды его, и сия вся, то есть, все потребности для временной жизни, приложатся вам [39].
  38. Намереваясь сделать что, или желая чего, также в затруднительных обстоятельствах жизни, повергай мысль твою в молитве перед Богом: проси того, что считаешь себе нужным и полезным; но исполнение и неисполнение твоего прошения предоставляй воле Божией в вере и уповании на всемогущество, премудрость и благость воли Божией. Этот превосходный образ моления даровал нам Тот, Кто молился в саду Гефсиманском, да мимо идет определенная Ему чаша. Обаче не Моя воля, заключил Он молитву Свою ко Отцу: но Твоя да будет [40].
  39. Приноси Богу смиренную молитву о совершаемых тобой добродетелях и благочестивых подвигах: очищай, совершенствуй их молитвой и покаянием. Говори о них в молитве твоей то, что говорил в ежедневной молитве своей праведный Иов о детях своих: Негли когда сынове мои погрешиша, и в мысли своей злая помыслиша противу Бога [41]. Лукава злоба: неприметно примешивается добродетели, оскверняет, отравляет ее.
  40. Отвергнись всего, чтобы наследовать молитву и, поднятый от земли на кресте самоотвержения, передай Богу дух, душу и тело твои, а от Него прими святую молитву, которая по учению Апостола и Вселенской Церкви, есть действие в человеке Святого Духа, когда Дух вселится в человека [42].

Заключение

Кто небрежет об упражнении внимательной, растворенной покаянием молитвой, тот чужд преуспеяния духовного, чужд плодов духовных, находится во мраке многообразного самообольщения. Смирение есть единственный жертвенник, на котором дозволено человекам приносить молитвенные жертвы Богу, - единственный жертвенник, с которого молитвенные жертвы приемлются Богом [43]; молитва есть мать всех истинных, божественных добродетелей. Невозможно, невозможно никакое духовное преуспеяние для того, кто отверг смирение, кто не озаботился вступить в священный союз с молитвой. Упражнение молитвой есть завещание Апостола: непрестанно молитеся, говорит нам Апостол [44]. Упражнение молитвой есть заповедь Самого Господа, заповедь, соединенная с обетованием: просите, приглашает нас Господь, повелевает нам Господь, и дастся вам: ищите, и обрящете: толцыте, и отверзется вам [45]. Не воздремлет, ниже уснет [46], молитва, доколе не укажет возлюбившему ее и постоянно упражняющемуся в ней чертог наслаждений вечных, доколе не введет его в небо. Там она преобразится в непрестанную жертву хвалы. Эту хвалу непрестанно будут приносить, будут провозглашать неумолкно избранные Божии от непрестанного ощущения блаженства в вечности, прозябшего здесь, на земле и во времени, от семян покаяния, посеянных внимательной и усердной молитвой. Аминь.

Share this post


Link to post

К любому священнику подходить нельзя что вы вообще советуете.Подходить надо только к опытному священнику.

 

 

и только к опытному!!!

Share this post


Link to post

Хотелось бы поделиться с Вами, дорогие братья и сестры, своими маленькими, но очень непростыми встречами в Оптине в прошедшие выходные, так или иначе касаемые темы заметки.. :)

 

Не без промысла Божьего, перед самой первой моей поездкой в Дивеево, меня поселили в келью именно к тем женщинам, которые являются завсегдатаями Дивеевской Обители, и на следующий день они снова держали туда путь. Соответственно, они поделились своими знаниями и пожеланиями, которые так же могут быть очень полезными в этой поездке. За добрым разговором я немного узнала об этих милых людях, которые могут себе позволить за неделю проложить из родного Казахстана на своём микроавтобусе 3000км, заезжая в разные обители России поклониться и помолиться угодникам Божиим. При этом, они стараются брать с собой в дорогу семьи, имеющие больных детишек, чтобы как-то помочь им в исцелении. За это благое дело, наверное, Господь и помогает им в такой возможности, свободно перемещаться по святым местам, никого не обременяя и больше заботясь об удобстве своих пассажиров. Вот и в Оптину на сей раз они приехали заранее, так сказать, на разведку, чтобы узнать об условиях паломнических гостиниц и имеющейся возможности временного поселения детей-инвалидов…

 

Я спросила у Наталии, так звали одну из женщин, как её собственные дети относятся к православию..И она мне рассказала, что её детям уже под 30лет, и она давно бабушка..Дети верующие и принимают активное участие в Таинствах Христовых. Говорит, иногда мне даже бывает стыдно перед сыном, когда отдыхаем с мужем в воскресенье дома, сядем, а сын говорит: «Вы что дома? А ну в Храм давайте!»..Было благостно слушать эти рассказы, но всё же, мне хотелось знать, как их дети стали такими? И Наталия рассказала, что с детства они жили в квартире посреди икон, правда в храм, из-за тяжёлого времени, тогда не ходили, но, когда просыпались, она читала молитвы, а детей всегда ставила рядом и пока, говорит, не перекрещу их в дорогу, и пока они не скажут: «Отрицаюсь тебе, сатана, гордыни твоей и служению тебе и сочетаюсь Тебе, Христе, во имя Отца и Сына и Святаго Духа» в школу не выходили..

 

С возрастом ребятки, конечно, стали более самостоятельными и не такими ревностными, но всё же видели, как они с мужем веровали, паломничали, в храм ходили..А тут, рассказывает, сын поехал в Питер получать второе высшее образование и очень тяжело ему там было, за всё нужно было платить. И она стала читать каждый день акафист Блж.Ксении Петербургской, и сына попросила ходить к её мощам и молиться, что он и делал. В результате он сам всё отлично закончил, нигде и никому не заплатив и после этого вера его ещё больше окрепла..Так вот и живут, с Богом! не хотелось бы давать какие-то назидательные слова другим мамам, я думаю, опыт других поможет всё понять, прощать и продолжать молиться!..

 

К теме вспомнилось примечание мамы одной многодетной «оптинской» семьи, где их пятеро детей воспитывались в разное время. Так вот практика показала, что двое старших детей, которые воспитывались в безбожное время и не имели возможности принимать участия в Таинствах Христовых, очень отличаются от троих младших, которые с малолетства приобщались к Богу. Последние более выделяются послушанием, почитанием, добротой и любовью… Остаётся пожелать всем милости Божией и помощи в родительских трудах!

 

И напоследок, расскажу вам ещё одно чудесное событие, которое произошло со мной в этот первый день своего приезда. Думала, разместить об этом в Оптинских встречах, но сюда эта история впишется более кстати…

 

Два года назад, живя на послушании в Оптине, мне сподобилось познакомиться с одной многодетной семьёй из Свердловской области (я уже дважды вспоминала их на форуме)..Мы жили вместе в одной келье вагончика и делились друг с другом рассказами, стихотворениями, фотографиями. И в один из вечеров они мне рассказали про один стих, который тронул их до глубины души. Суть его заключалась в истории непутёвого сына, который поздно понял, что значат в его жизни родители, иначе говоря, история про жизнь человека. Прочитать его мне не смогли, ибо он был большой и на память его никто не помнил, как имя самого автора и его названия, и сошлись на том, что по приезду домой, они мне вышлют его письмом на оптинский адрес, в монастырь...

 

После их отъезда я оставалась в Оптине ещё два месяца и раз в неделю, когда приходила почта, я подходила к вахте и спрашивала, нет ли для меня письма. Но его почему-то всё не было и не было. Так оно и не пришло… Даже спустя время, когда я приезжала в Оптину уже давно паломником, я всё равно подходила к вахте и спрашивала, не пришло ли моё письмо! И когда я окончательно смирилась с тем, что его уже не будет, спрашивать перестала. Но поверьте мне, дорогие братья и сестры, что каждый раз, на протяжении этих двух лет, проходя мимо вахты на святых вратах, я вспоминала б этом долгожданном письме с почему-то так же запавшим мне в душу стихотворением, которого я даже никогда не слышала!

 

И в этот раз, после поселения в гостинице и знакомством с двумя очаровательными женщинами из Казахстана, я пошла здороваться и благословляться у Обители и её обитателей. И первым делом зашла в часовеньку, к отцам Василию, Ферапонту и Трофиму. В часовеньке было всего два человека, а когда я приложилась к мощам, обнаружила, что осталась с ними одна и, пользуясь случаем, решила никуда не торопиться, побыть у них, попеть Богородице Дево радуйся, тем более, что певшие там не дадут мне соврать, голос в этом месте льётся как-то особенно и очень красиво! Вот так в распеве, поправляя свечи, я посмотрела на окно, где рядом с панихидой и ладаном лежала белоснежная пачка новых листов. Подошла, беру в руки лист и вижу напечатанное стихотворение под сильным названием «Молитва матери»..Начинаю читать и с первых совсем незнакомых мне строк, с сотрясанием в душе, начинаю понимать, что это именно то стихотворение!!! Ещё не веря своим глазам, я опустилась на лавку у двери и стала жадно поглощать слова, всё больше и больше убеждаясь в том, что это то, чего я так ждала эти два года. Я не сдержалась и заплакала, зашли люди, я в шоке вышла на улицу, присела на скамейку и взахлёб, со слезами, дочитала его до конца…Что можно тут ещё добавить?..Слава Богу за всё! Поэтому, в окончании сего рассказа, предлагаю вашему вниманию это долгожданное, потрясающее стихотворение Николая Шалатовского и от души пожелать вам всем Веры, Надежды и Любви! .. Помоги Господи!

 

Молитва Матери

 

Друзья! Заранее прошу прощенья, -

Быть может, и не время вспоминать,

А я вот вспомнил, вспомнил всё мгновенно:

Деревню нашу, дом, отца и мать.

 

Отец и мать мне часто говорили:

"Сыночек милый к Богу обратись!"

И ежедневно обо мне молились.

Но я любил совсем другую жизнь, -

 

Вино, друзья и сотни развлечений

Мне ослепили сердце и глаза.

И, ослепленный, с диким наслажденьем

Смотрел я в рюмку, а не в небеса.

 

Молитвы для меня страшнее яда были,

О Боге я и слышать не хотел.

Летели дни... Я жил в грязи и пыли...

И думал я, что это мой удел.

 

Мне не забыть, наверное, навеки

Тот страшный день, - отец мой умирал...

Из материнских глаз слез вытекали реки,

А я стоял хмельной и хохотал:

 

"Ну, где же Бог твой? Что ж Он не спасает?

Он - Исцелитель, - что ж ты не встаешь?!

Без Бога люди также умирают, -

И ты, отец, как все в земле сгниешь."

 

Он улыбнулся и сказал сердечно:

"Я жив еще, а ты, сынок, мертвец,

Но знай, что мертвым ты не будешь вечно,

И вскоре воскресит тебя Творец!"

 

Отца похоронили... Мать молилась,

Втройне молилась о душе моей.

Потоки слёз, что за меня пролились

Я буду помнить до скончанья дней.

 

Ну, а тогда я думал по-другому...

Была противней мать мне с каждым днем.

И вот, однажды я ушел из дома

Глубокой ночью, словно вор, тайком.

 

Тогда кричал я: "Вот она - свобода!

Теперь я волен в мыслях и делах."

...Не знал тогда я то, что жизнь - болото:

Ступил на кочку - и увяз в грехах.

 

И жизнь меня, как щепку, закружила

В водовороте суеты и зла.

Вначале хорошо кружиться было,

Но вскоре закружилась голова.

 

И вскоре стал ужасной, страшной мукой

Мне каждый круг и каждый оборот.

Я волю напрягал, ум и - до боли - руки,

Но жизнь - водоворот, водоворот...

 

"Друзья" - какое лживое, обманчивое слово! -

В водовороте самый первый круг.

О, если б жизнь моя могла начаться снова -

Со мною б был Единственный и самый лучший Друг!

 

Круг развлечений, в золото одетый,

Меня своим сияньем ослепил.

Я был слепцом, не видел рядом Света,

И в страшном мраке по теченью плыл.

 

Вино - источник зла и тысячи лишений...

Приятный круг - о, скольких он сгубил!

Но есть источник жизни и спасенья -

Не пил я из его, я из бутылки пил.

 

Но, кто же мог спасти меня от смерти,

От тех кругов, влекущих так на дно?

Не человек, не человек, поверьте!

Ответьте, кто же? Ну, ответьте, кто?!

 

Метался я, не находя ответа.

И вот, однажды летом, в сильный дождь,

На улице я друга детства встретил.

Увидев земляка, почувствовал я дрожь.

 

Предстал передо мною милый образ:

Глаза печальные и мокрые всегда.

Забилось сердце, задрожал мой голос,

И вырвались бездушные слова:

 

"Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?

Наверное, давно уж прокляла?

Хотел заехать все, да время не хватает, -

Сам понимаешь, то работа, то дела."

 

"Дела, работа... Помолчал бы лучше -

Твои дела нетрудно угадать!

Я расскажу, но только сердцем слушай

Про то, как "позабыла" тебя мать.

 

Когда сбежал ты, мать твоя от горя

Вся поседела - ведь тобой жила!

И каждый день, в любую непогоду,

Шла на распутье и тебя ждала.

 

И руки простирая свои к Богу,

Молясь во имя пролитой Крови,

Она стояла, влитая в дорогу,

Столпом надежды, веры и любви.

 

Ну, а когда стоять была не в силах,

Когда она в постель совсем слегла, -

Кровать к окну подвинуть попросила,

Смотрела на дорогу и ждала..."

 

Его слова стремительным порывом

С души сорвали равнодушье враз.

Я задрожал и прошептал пугливо:

"Скажи, что с ней? Она жива сейчас?"

 

"Сейчас - не знаю... Уезжал - дышала...

В бреду я слышал страшные слова:

- Сыночек милый, ты пришел? Я знала...

А ты, работа, говоришь, дела!.."

 

Я побежал, подстегнутый, как плетью,

Одним желаньем, жгущим, как огнем:

Увидеть мать, не опоздать, успеть бы

Упасть пред ней, раскаяться во всем!

 

Вокзал и поезд... И одно лишь слово

В висках стучало молота сильней.

Хотел не думать, но напрасно, - снова

Я слышал лишь одно: "Скорей, скорей!"

 

Вот поезд встал. Я вышел. От волненья

Меня трясло и что-то жгло в груди.

Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью

От пламени, горевшего внутри.

 

...Знакомая дорога и деревья,

И только незнакомый сердца стук...

Вот кладбище, за кладбищем - деревня.

Могилы... И отца я вспомнил вдруг.

 

И ноги как-то сами повернули...

И в тишине, зашелестев листвой,

Меня к его могиле потянули

Заросшей и заброшенной тропой.

 

Я шел, до боли напрягая зренье:

Знакомая березка - значит, здесь...

Впервые в жизни встал я на колени,

Прижав к щеке холодный, мокрый крест:

 

"Отец, прости безумную ошибку!

Ты прав! - ты жив - я слышу шепот губ.

Стоишь ты предо мной, твоя улыбка...

А я - зловонный, сгнивший, мерзкий труп.

 

Но я заботой и любовью к маме

Сотру все прошлое, клянусь тебе!

И ты, мой папа, будешь в сердце с нами...

А если?.. Если мать уже в земле?!"

 

И сердце снова бешено забилось.

Я огляделся... Тьма, ни зги кругом

И, вдруг - луна... Окрестность осветилась,

И я увидел рядом свежий холм.

 

Да, лишь луна и звезды только знают,

Как я со стоном на могилу пал

И мамин холмик обнимал, рыдая,

И землю по сыновьи целовал:

 

"Ты слышишь, мамочка? Прости, родная!

Не надо, не молчи, открой уста!

Давай молиться вместе, дорогая, -

Встань, мама, слышишь, умоляю - встань!"

 

Но холм молчал, дыша могильным тленьем.

Кругом - ни звука, словно мир уснул.

И, вдруг, я понял, Кто мне даст прощенье, -

И с воплем к небу руки протянул!..

 

И эта ночь последней стала ночью

В моей безбожной жизненной ночи, -

Она открыла мне слепые очи,

Она мне влила в седрце Божий мир.

 

С тех пор живу я с Господом Иисусом, -

Моя в Нем радость, счастье, чистота!

И никому теперь сказать не побоюся,

Что я не мыслю жизни без Христа.

 

Когда я вижу пред собой картину:

Заплакнную, сгорбленную мать,

А рядом - гордого, напыщенного сына,

От всей души мне хочется сказать:

 

"Вы, матери, имеющие сына,

Прострите ваши руки к небесам -

И верьте, что молитвы ваши сильны

Творить и после смерти чудеса!..

 

Вы сыновья, забывшие о Боге,

Взгляните на молящуюся мать

И встаньте рядом, чтоб в своей дороге

Вам эти слезы не пришлось пожать!"

post-641-0-22893400-1350982332_thumb.jpg

Share this post


Link to post

Непрестанная молитва.

Эту проповедь я услышала в храме св.вмч.Георгия в Афинах. Священник говорил о том, что некий человек, будучи слепым, впал в состояние полной безнадежности. Сидел он обычно где-нибудь при храме или на пыльных улицах города и просил милостыню. Но редкие прохожие бросали ему монеты с холодностью, полным безразличием и даже каким-то пренебрежением. Никто не удосужился заглянуть слепцу в глаза, понять его внутреннее состояние, сопережить его горе, как-то помочь. И несчастный калека, брошенный всеми, влачил жалкое существование, постепенно теряя веру в людей, в добро и справедливость. Он не голодал, но ведь его душа жаждала чего-то большего, чем холодный звон монеты, брошенной в тарелку. Но тщетны оказались надежды, ни чья душа не пошла ему навстречу, не утешила своим сочувствием. Слепой замкнулся, стал угрюмым и погрузился в мрачную безнадежность, которая была еще трагичней слепоты физической. И вот однажды он услышал, что есть на земле Некий Галилеянин, Который ходит со Своими учениками по городам, селам и весям и исцеляет больных. Лучик надежды слабо шевельнулся в душе несчастного. И в один прекрасный день он своим острым слухом слепца различил шум толпы, проходившей близ того места, где просил он подаяние. "Что происходит? - заволновался слепой. - Откуда доносится этот шум?" Ему ответили, что это Христос идет с учениками, окруженный толпой народа. Тогда он подумал: "Быть может, Христос сумеет мне помочь?" Окрыленный этой мыслью, он собрал все силы своей души и воскликнул: "Господи, помоги мне!" И Господь-Сердцевед, Который Сам первым пришел туда, где жил этот слепец, услыхал его сердечный вопль, подошел и исцелил его не только от слепоты физической, но от мрака и бездны отчаяния, в которую впал несчастный страдалец.

Чему учит эта притча? Тому, что Господь испытывает человека, ждет его обращения к Себе, Он хочет, чтобы человек в первую очередь обращался к Нему с горячей молитвой во всех самых трудных и безнадежных жизненных обстоятельствах, чтобы человек постоянно пребывал в молитве, то есть памяти Божией. А что значит непрестанно молиться? Это вовсе не значит стать в угол и отбивать сотни поклонов, но внутренним оком видеть те опасности и трудности, которые неизменно встречаются в жизни каждого из нас и при этом не отчаиваться, а иметь память Божию и призывать Его помощь от всего сердца с твердым упованием и верою, что Бог обязательно услышит и поможет, ибо Он Сам первый уже идет нам навстречу и ждет от нас только молитвы, просьбы о помощи, о помиловании. А ведь как часто в трудные моменты жизни человек забывает о Боге и всю надежду возлагает на людей!

История слепого как раз учит тому, что, пока он верил и ждал помощи только от людей, он и получал в ту меру, которую могли ему дать люди. Но когда он, разочаровавшись во всем и всех, осознал, наконец, что есть Бог, есть Христос-Спаситель, Который может ему помочь в меру Божию, а не в меру человеческую, тогда-то он и возопил к Нему о помощи и немедленно ее получил.

† † †

Приведу пример из собственной жизни. Ведь чаще всего молишься холодно, повторяя наизусть заученные слова молитв. Естественно, от такой молитвы ничего не получаешь, ибо безразличная, холодная молитва, без всякого сердечного участия, Богу не нужна. Но стоит случиться настоящей большой беде, как сразу понимаешь, что никто, ни один человек на свете не сможет тебе помочь, а остается только одно - молить Бога о помощи. Это я вспомнила сильное землетрясение, которые произошло в Афинах в 1999 году. Ровно в три часа дня земля заколебалась. Нашу пятиэтажку стало со страшной силой раскачивать из стороны в сторону. Из недр земли доносился угрожающий гул. Мебель двигалась как живая, книги вылетели из шкафов, под ногами хрустели осколки битой посуды. Какой это был ужас! Не дай Бог пережить такое никому и никогда! Смерть заглядывала в глаза, дышала в лицо, и что было делать, как не вопить к Богу о помиловании и помощи? Но вот напасть, в тот момент, когда земля колебалась под ногами, ни одна молитва не вспомнилась, они вдруг все позабылись, и осталась в памяти только одна, самая краткая: "Господи, помилуй! Господи, спаси! Господи, не дай погибнуть!" Эти слова срывались с уст без конца, пока землетрясение не прекратилось и пока Господь действительно не помиловал Сам. Недаром говорится, что беда всему научит.

† † †

Священник продолжал свою проповедь. Он вспомнил о прп.Макарии Египетском, который, живя в пустыне среди диких зверей, непрестанно молился. И когда его спросили, как он научился непрестанной молитве, ответил, что научился этому от диавола. А на недоуменные взоры вопрошающих сказал, что не имел покоя с тех пор, как удалился в пустыню: ночами дикие звери его устрашали, рыская вокруг и на его глазах терзая и поедая более мелких зверей, ведь и сам он мог быть съеден дикими животными. А днем диавол не давал ему покоя, ведя мысленную брань. И вот живя в таких условиях, он научился безпрестанной молитве.

† † †

Конечно, мы живем не в Египетской пустыне, и не так часто бывают землетрясения, но нам следует помнить, что жизнь наша находится в руках Божиих, и, быть может, недалек тот час, когда Он позовет нас к Себе и прервется ниточка земной нашей жизни. Помня это, будем непрестанно взывать из глубин нашего существа: Господи, помилуй! Господи, спаси! Веря при этом, что Господь силен спасти, силен помочь в самой безнадежной ситуации.

Прислала м.Евангелия Лагопулу, г.Афины, Греция

Share this post


Link to post

Протоиерей Андрей Ткачёв

 

"Сам себе палач"

 

 

Человек сам выдумал себе наказание. Он создал себе сложнейшую цивилизацию и, управляя ею, на каком-то этапе может просто расслабиться. Так что если кто и уничтожит нашу цивилизацию, то это будут внутренние паразиты — человекообразные существа, которые желают потреблять и расширяют круг потребляемых товаров и услуг, не вкладывая ума в то, что они потребляют. Как оно далось? Как возникло? Сколько оно стоит? Сколько мыслей вложено в то, что ты так преступно сжираешь каждый день, не замечая этого?

Всякое творчество — это умное занятие. Не существует творчества, в котором пальцы работают, а голова не работает. Всякое творчество — это ум. Художник работает руками и глазами, музыкант работает глазами и ушами. Но и у того, и у того в главной степени работают голова и сердце. И современному человеку очень нужно правильно подходить к этой сложнейшей жизни, чтобы она не стала проклятием. Повторяю это, потому что насколько сложнее ракета велосипеда, настолько ракета и опаснее велосипеда. И если глупый человек, упав с велосипеда, всего лишь обдерет коленку об асфальт, то глупый человек, сев в ракету, уничтожит себя и всех вокруг.

Чем сложнее жизнь, тем умнее, осторожнее и смиреннее мы должны становиться. Мы превратились в сплошную болевую точку. Мы сами себя сделали мишенями своей же трудовой деятельностью. Если мы не поймем этого, не освятим молитвой окружающий мир, то уже лежит у каждого порога беда, домашний враг, который в любую минуту проснется, чтобы съесть.

Поэтому современному человеку нужно думать, молясь, и молиться, думая. И ни того, ни другого нельзя делать друг без друга.

 

 

 

 

aoy6JxWQ0BU.jpg

Share this post


Link to post

Перед Воскресной Литургией встретилась в часовеньке убиенных отцов наших, с о.Илиодором..Как всегда обильно обмазав маслицем из лампадки о.Василия, отец стал творить молитву из Акафиста новомученикам..В этот день паломников в Оптине много, и часовня быстро заполнилась женщинами, которые растерянно подходили к мощам, крестились, прикладывались и засовывали записочки с требами…И вдруг о.Илиодор ни с того ни с сего с сокрушением в сердце заговорил: «И не стыдно вам, женщинам, в 50-60лет говорить: «Не знаю как молиться!»..вот они, памятки, на всю жизнь, как ежедневно следует вести себя каждому христианину! – и, указывая пальцем на листовочку с последованием, которые разложены в часовне, храме, гостинице, лавке, продолжал, - Для кого они написаны? Для мусульман, что ли? Кто за вас молиться будет? Батюшка Илий? Взвалили всё на старца, в котором 30кг! Написали записочки и думают, что сделали дело, можно и телевизор посмотреть! Что, святые смотрели телевизор? Или батюшка Амвросий смотрел телевизор? Или о.Илий смотрит? Молитвой своей и чистым сердцем получили они такое предстательство! Пока не начнёте молиться, ничего у вас не изменится..»…Женщины со слезами на глазах запричитали: «Батюшка, дайте нам памятку, всё отксерим, всё будем исполнять!»..а о.Илиодор продолжает: «Чистишь картошку – молись, идёшь по улице – молись, работаешь – молись! Ведь, что главное у нас? Молиться, трудиться и делать добрые дела!»..И с такими наставлениями, о.Илиодор взял кисточку и стал помазывать присутствующих где-то смущённых, где-то радостных паломниц..

 

post-641-0-37163800-1352752273_thumb.jpgpost-641-0-39767500-1352752286_thumb.jpgpost-641-0-73339800-1352752648_thumb.jpg

 

Сегодня, выходя из электрички, сразу бросилась в глаза молодая пара..Выйдя из вагона, оба перекрестились с видимым молитвенным подтекстом: «Слава Богу!»..Счастливые!.. :)..Поднимаюсь с платформы на мост, где открывается вид на величественные купола Николо-Перервинского монастыря, вижу, как встречный человек разворачивается к нему и делает крестное знамение с молитвой на устах.. :69: ..Как забилось сердце от радости встречи простых православных попутчиков :464: ! И сразу вспомнился только что прочитанный в электричке текст С.А.Нилуса «Голос веры из мира торжествующего неверия»:

 

«Молиться надо!..Бог избрал Россию принять и до скончания веков блюсти Православие – истинную веру, принесённую на землю Господом нашим Иисусом Христом. Мановением Божественной Десницы окрепла Русь Православная, на диво и страх врагам бывшим, настоящим и..будущим, но только при одном непременном условии – соблюдения в чистоте и святости своей веры. Но страшное время: «оком видит и слухом слышит – и не разумеет!» (Мф.13:14) ..Господь за Православие помилует! Молиться надо!...»..

 

Часто слышу причит о зле мира сего, ведутся дебаты православными устами кто прав – кто виноват :not_i000:, а тут вот то, а здесь вот это :456: …слова, слова и зачастую сокрушение души.. :sad00000: .А надо-то, что? Молиться надо!!!

 

Утверди, Боже, Святую Православную веру, Православных христиан во век века!

Помоги Господи, дорогие братья и сестры :thank_yp:

Share this post


Link to post

Наташенька, спаси Господи за это послание! Очень явно представила Батюшку Илиодора... :thank_yo:

Share this post


Link to post

Хочется добавить к вышеизложенному и к периодической чистке чата от "наших переживаний". Не говорить о плохом - это не значит равнодушно воспринимать происходящее вокруг. Но как писала вчера сестре.. бесконечными пересудами мира, лежащего во зле, душам своим мы не принесем никакой пользы. А вот помолиться можем. И за себя грешных и за них, которые не ведают, что творят.

Share this post


Link to post

о.Илиодор стал творить молитву из акафиста новомученникам? серьезно?

Share this post


Link to post

Когда я была в Оптиной, я каждый день заходила в часовню поклониться, но ни разу не была на панихиде там. Наверное, просто нужно было приходить в нужное время. В какое время там идет молебен?

Share this post


Link to post

.... А вот помолиться можем. И за себя грешных и за них, которые не ведают, что творят.

Вот видите, Иулия, как можно не заметить и осудить людей...что то я вообще стала побаиваться общаться на форуме, обязательно влезу в осуждение :hunter:Простите, не обижайтесь пжта

Share this post


Link to post

:) а что Вас, собственно, возбудило в этом?))..

 

Попробую ответить за сестру Инну, ибо тоже задалась, а не... Наташа, ну подбирай ты, пжл, другие слова :)... вопросом касательно молитвы из акафиста. Хотя, Инну могло смутить что-то другое.

 

АКАФИСТ

(греч. неседальное [пение]) - форма церковной поэзии, близкая к древним кондакам. Акафист посвящен прославлению Богородицы, Иисуса Христа, какого-либо праздника или святого.

 

Наши любимые новомученики пока не прославлены в лике святых, но акафистов им, если не ошибаюсь, написано разными лицами уже несколько.

Будет ли действительно диакон или священник молится из акафиста несвятому?..

Share this post


Link to post

Алла, страшно ни только Вам, думаю здесь многие переживают и за себя, и за свои слова , и за других людей, которые эти слова прочитали. Правильно ли тебя поняли, не навредила ли ты своим словом? - остается тайной, и это тяготит душу. Поначалу лишь показалось, что в сетях легче избежать греха, чем в миру, а нет , здесь грани между добром и злом еще более тонкие и прозрачные, и получается обезопасить себя от всего плохого - нельзя ни здесь, ни в реальной жизни. к #89.

Share this post


Link to post

Попробую ответить за сестру Инну, ибо тоже задалась, а не... Наташа, ну подбирай ты, пжл, другие слова :)

 

Перед отправкой своего поста, решила отредактировать, убрав из предложения, которое очень смутило вас, слово "келейно", чтобы не задавались вопросом о значимости этих слов, ведь тема несла в себе совсем иной смысл, в силе молитвы, но и тут произошла осечка, посему как ни подбирай слова - бес не дремлет.. :54:

 

Наши любимые новомученики пока не прославлены в лике святых, но акафистов им, если не ошибаюсь, написано разными лицами уже несколько.

 

Эта тема уже обсуждалась на форуме http://forum.optina.... новомученикам .. :meeting0:

 

будет ли действительно диакон или священник молится из акафиста несвятому?..

 

Представьте себе :) Ибо чтение акафиста, предлагаемого в Оптине, который у тебя тоже имеется..(вместе получали на Светлой седмице в день памяти новомучеников..), для келейного и домашнего чтения...о.Илиодор, как и..дерзну сказать, я тоже и многие другие, Оптину считают домом своим...читать в часовеньке акафист перед мощами...где осквернение истины?..Не раз читали в день памяти отцов соборно с трудниками..

 

о.Илиодор стал творить молитву из акафиста новомученникам? серьезно?

 

Очень серьёзно :) Тихо так, почти про себя..только я, рядом стоящая и слышала :)

post-641-0-92107700-1352815977_thumb.jpgpost-641-0-17340900-1352815953_thumb.jpgpost-641-0-14378700-1352815963_thumb.jpg

 

Сестры-сестры.. :)..Извините, что смутила.. :thank_yp:

Edited by посл. Ольга

Share this post


Link to post

Наталья, а это Вы на станции Перерва выходите? Я там рядом живу))

 

Да, Светлана :)..абсолютно так :)..работаю рядом..даст Бог, увидимся :)..

Share this post


Link to post

С того света

 

автор иеромонах Роман

 

Пост подходит к концу, казалось бы, радоваться надо приближающемуся Рождеству. Да вот узнал о декабрьских событиях, и душа закровоточила: то ли страна уже летит в пропасть, то ли в безвыходнейшем тупике. Кругом корыстолюбие, лукавство, обман. С ног до головы покрылись нравственной проказой, да ещё, ко всем прочим напастям, ветхозаветный плен. А грозовые тучи всё собираются и собираются, готовя народу величайшие потрясения. И по человеческому разумению — нет ни единой возможности выкарабкаться из трясинного тупика. Ни единой! Несколько дней душу постоянно саднило покаянным воплем: — Господи, спаси ны, погибаем! И Господь вразумил! И как же вразумил! Вот об этом расскажу подробнее.

 

В понедельник нацепил тонкие беговые лыжи и пошёл по болоту в Боровик. Намеревался придти к обеду, поздравить о. настоятеля с днём рождения, немного пообщаться и затемно вернуться в скит. Так было на прошлой неделе, когда Вячеслав, местный рыбак, ягодник и грибник, приносил в Ветрово почту. Тогда он пришёл распаренный, измотанный дорогой по глубокому снегу. За чаем, узнав, что собираюсь его провожать до деревни, стал меня отговаривать:

 

— Батюшка, не пройдёте! Там всё заросло, снегу полно, я на лесных лыжах еле дошёл.

 

— Посмотрим, будет видно.

 

В самом деле, путь оказался нелёгким, но я шёл за рыбаком, и мы благополучно добрались. В доме о. Ф. переоделся в сухую одежду хозяина, пообщались за трапезой и я пошел обратно, чтобы затемно вернуться в скит. Так и получилось. Лыжня указывала направление, и до темноты уже открывал двери скита. То же самое намеревался проделать и в его день рождения. Но… всё оказалось гораздо сложнее: прежний след от лыжни покрыло снегом, лыжи утопали, становились грузом на ногах, втыкались в кочки, путались в порослях кустарника.. После десяти метров понял, что не дойду, решил пойти по реке. Еле развернулся в зарослях и кочках и пошёл по льду. По реке идти легче, но на повороте ткнул палкой в лёд и увидел под снегом воду. Опасно! Развернулся и снова попытался пройти по болоту. Дойдя до электролинии выбился из сил, посмотрел в сторону деревни, пожелал всех благ имениннику и стал пробираться в Ветрово.

 

И вот настал четверг — 23 декабря 2010 г. Истопил печь, попил чаю, надумал посетить о. Ф.. Помня о неудачной попытке, решил пойти в лёгких брезентовых сапогах с прорезиновой материей на уровне галош. Сунул в сумку гостинец — шкатулочку с видом своего Храма, вложил туда просфору. Оделся по-осеннему — тонкий подрясник, спасательный жилет на случай коварного льда, лёгкую куртку и русский куколь на голову. Взял топор, чтобы заодно почистить проход паломникам, помолился и пошёл. Деревня стоит на другой стороне речушки. Лёд выдержал, но всё-таки, решил идти болотом. Тропинка затерялась под снегом, ориентировался на виднеющуюся полосу леса. Проваливаясь в сугробы — где по пояс, где по колено, медленно двигался в сторону деревни. Выдохся и промок быстро: сказывался пост. Опираясь на топор, переводил дыхание, утирал пот с лица и шёл дальше. Идти-то всего ничего, полторы версты прямиком, самое большое — час ходу. Вошёл в лес. Тропинка полностью заросла кустарником и молодыми берёзками. Тут главное вовремя свернуть влево, немного пройти, повернуть вправо и дальше уже двигаться прямиком. Так и сделал. Как мне казалось, в нужном месте свернул влево и вправо, но это только показалось. Ушёл влево от прямой тропы, пытаясь выйти на эту самую тропу. Сапоги проваливались в болотную жижу, мокрую материю сразу охватывал снег, намокал, леденел, образуя тяжеленную броню. Бил обухом топора по сапогам — снег, не успевший стать льдом, разлетался под кустарники и ольху. Ко всему прочему, потянул левую ногу. Идти стало тяжело. Превозмогая боль в ноге, надумал взять вправо, чтобы выйти к берегу. Промок насквозь быстро. В сапогах чавкала вода, перчатки и одежду можно было выжимать, но сильного холода не чувствовал, хотя было −10 градусов. Даже падая в снег, испытывал холод, который отрезвлял, заставлял быстрее вставать и отходить от сугроба. Сколько так продолжалось, час, два? Трудно сказать. Вместо ожидаемой речушки, неожиданно вышел на опушку. Увидел стог сена, обрадовался, направился к нему отдохнуть. Стог сена оказался огромным корнем поваленного дерева. Великанская шапка снега превратила корень в стог сена. Заблудился!

 

Топором сгрёб снег со ствола, присел. Ноги и руки начали коченеть. Поогогокал на все стороны — тишина. Нет, пока ещё не стемнело, пока есть силы, нужно идти назад по следу, который выведет в Ветрово. Видно, сегодня мне уже не попасть в Боровик. Но, даже если выйду из леса и узнаю дорогу в скит, хватит ли сил дойти? Пошёл назад, выбился из сил, через час притащился к этому же месту! От напряжения сердце рвалось из груди, в висках стучало, пот заливал глаза. Значит, надо немного вернуться и пойти совсем в другую сторону: раз тут опушка, напротив должна быть река. При одной мысли, что снова придётся возвращаться и неизвестно куда пробираться, становилось не по себе. Но была надежда выйти к реке. Трудно сказать, сколько времени шел или плыл в глубоком снегу — вышел на просеку. Совсем незнакомые места — холмы, огромные сосны. Откуда на болоте взялись холмы? Вдоль просеки шла заснеженная дорога. Видимо, летом сюда приезжали за лесом. Куда она ведёт? Куда бы ни вела, куда-то выведет. Побрёл по ней. К моей беде, снегу на дороге было не меньше, если не больше, чем в лесу. Нет, долго так не пройду, таяли последние силы. Метров через двести увидел пень, смахнул с него шапку снега и понял, что лес вывозили несколько лет назад: пень был трухлявый, сплошь покрытый мхом. Приплыли! Опустился на пень. Пораженческая мысль обволакивала страхом: не выйти! Скоро стемнеет, не выбраться! Глупая смерть! Как мог выйти из дома без фонаря, без спичек, без ручки и бумаги? Да хотя бы взял телефон, сейчас бы сообщил, что заблудился, организовали бы поиски. А теперь станут искать только перед Рождеством. А если повалит снег, тогда только по весне отыщут, если волки или медведь не найдут раньше. Достал из шкатулки просфору, надкусил, освящаясь перед смертью. Надо же, даже Завещания не составил! Написать на снегу, что заблудился? Буквы останутся до первой позёмки. Спокойно, никаких эмоций, никаких резких движений! А если разложить по полочкам? Все мы ходим под Богом! Не просто так мне это попущено. Да, по человеческому разумению шансов никаких: годы не молодые, тело не тренировано, слабость от поста, оделся по-осеннему, насквозь мокрый. А может это милость Божия? Господь сказал: «В чем застану, в том и том и буду судить.» Есть возможность умереть на молитве, а это уже великий дар, которого удостаивались верные дети Божьи. Месяц назад тебе исполнилось 56 лет. Молись, кайся, пришло твоё время. Начал усиленно молиться: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного! Пресвятая Владычице моя Богородице, спаси мя! Святителю отче Николае, моли Бога о мне грешнем! Вси святии, молите Бога о мне грешнем! Господи, если сейчас меня призываешь, да будет Твоя Святая воля, прости только мою окаянную жизнь! Ангеле Хранителю, отогнал Тебя своими грехами, прости меня! Помолился и своей приснопамятной матери: — Мать Зосима, твой сын в беде, если можешь, помоги, помолись, чтобы на мне исполнилась воля Божия! Может, дать какой обет, принять великую схиму, если выживу? Да ведь и монашеские нарушены, какая тебе схима! Ног уже не чувствовал, пошевелил пальцами, вроде пока слушаются. Скорчился, переключился на Иисусову молитву. Странно, при полной уверенности, что не выйду, не было отчаяния, глубоко теплилась не угасшая надежда, голова была ясной. Жил, как во сне, помираю, как в сказке. Ели, сосны, пни, валежник и кустарник укутаны толстым слоем снега. В другое время глядел бы и не нагляделся. Ну вот, любил красоту и умираешь в красоте. На душе легко и покойно. Попросил прощения у тех, кого ненароком обидел, помолился о любящих и ненавидящих меня. И тут подумал, какой удар должны выдержать мои родственники, вспомнил о тех, с кем общаюсь и общался. А бедный кот Барсик? Ждёт хозяина; сколько протянет на морозе без еды? Пропадёт животина! Перед глазами обрывками проносилась вся жизнь, вспоминалось не самое лучшее…

 

Ну что ж, пора готовиться ко Встрече. Хотя, если застыну на этом пенёчке, потом и в гроб не войдёшь, надо поискать место, где можно лечь и скрестить руки. Но… если лягу сейчас, могу оказаться самоубийцей: за жизнь надо бороться! Посмотрел на дорогу — придётся возвращаться по своим следам. А не залезть ли на сосну и посмотреть по сторонам? Мысль неплохая, но силёнок явно не хватит. Смеркалось. Нужно идти, идти с молитвой, без резких движений, не сбивая дыхание, оберегая последние силы. Даже если Господь сотворит чудо и выберусь, с ногами, видимо, придётся попрощаться. Отошёл от мощных старых сосен и углубился в чащу кустарника. То и дело натыкался на свои следы, пересекал их, в надежде найти более мелкий снег. Темнело на глазах. Обезсилев, прислонялся к берёзке, ольхе, обнимал их и, закрыв глаза, переводил дыхание. И молился, молился, молился! Вспомнились кадры из птицефермы: женщины выносят ящики с однодневными цыплятами, высыпают их в бочки и заливают водой. Несколько цыплят упали в снег, нахохлились, замерзают. Жуткая съёмка нечеловеческой жестокости! Как жить после этого? Разве вопиющий грех останется ненаказанным для человечества? Не останется! А сейчас и сам, как тот безпомощный цыплёнок в снегу. Слава Богу, кто-то же должен платить!

 

Стемнело быстро. На мутном снегу угадывались стволы и сучья кустарника. Почудился собачий лай. Сдёрнул куколь с головы, прислушался, покричал — тишина. Куда идти? Если раньше снег холодил, отрезвлял, то сейчас, при падении в сугроб, оделял дрожью и ознобом. Значит, совсем немного осталось потерпеть. Сел на толстую ветку, посмотрел на небо. Всюду оно одинаковое, безпросветное. Впрочем, по правую сторону, кажется, светлее. Или блазнится? Нет, в самом деле, светлее. Снова пошёл в обратную сторону. Падая в снег, проваливаясь в болото, продираясь через кусты, шёл какое-то время в сторону света. Остановился, посмотрел — нет, небо такое же, как и везде. Или, всё же, не такое? Какая разница! Иди, пока не свалился окончательно. И тут, с правой стороны, тускло блеснули огоньки. Волки! Один, два, три. Ну вот и докричался, конец странствию. Удивился себе: не испытал никакого страха от внезапной встречи. Наоборот, опасность придала сил и взбодрила.

 

— Волки, я здесь! Доведите до деревни! — прокричал с неким вызовом. Волки стояли на том же месте. Поглядел на хлипкий кустарник — некуда взбираться, а убегать ослабевшему даже мысль не пришла, да и куда? Перекрестился, сжал топор и пошёл на них: всё равно ведь помирать. Стоят, как застыли. Ещё прошёл. Стоят, не перебегают, только огоньки глаз засветились посильнее. А может, это не волки, а огоньки от костров браконьеров: завалили лося или кабана и свежуют? Покричал им — никто не отозвался. Приковылял ещё поближе — огоньки хат! Присмотрелся и понял, что это дом о. Ф., вид со стороны леса. Собрал последние силёнки, продрался сквозь кустарник и наткнулся на сетку изгороди. С третьей попытки перевалился через сетку, удержался на ногах и снова, по пояс в снегу, поплыл по грядкам к дому. Возле гаража вышел на очищенное твёрдое место и будто костылями задвигал негнущимися ногами. Увидев меня, псаломщица Лия, оставив ведро, бросилась навстречу:

 

— Батюшка Роман, откуда?

 

— С того света. — прошептал не слушающимися губами. Выскочивший о. Ф. подхватил меня, помог взобраться по ступенькам. В тёплом доме, с его помощью сунул руки под холодную струю воды, избавился от заледеневшей обуви и одежды, переоделся в сухое.

 

— Вышел к вам около 12 часов.

 

о. Ф. быстро глянул на часы: — Сейчас около восьми. Причём, стемнело часа два назад, вы шли шесть часов днём и два часа в полной темноте — итого, восемь часов!

 

… Всю ночь не мог уснуть, лежал, смотрел на огонёк лампады и творил Иисусову.

 

Утром встали на лыжи: без них бы не доковылял. Отец Ф. проводил до скита и поспешил обратно. Затопил печь, накормил кота и сел в кресло. Сильно клонило в сон, но всё же встал, облачился и начал служить благодарственный молебен за явленное чудо — возвращение с того света.

 

А через несколько дней осенило: да ведь это ответ Свыше на переживания и тяжкие думы о Родине! Не усомнился, взмолился человек, и Господь сотворил чудо, вывел! Одного помиловал, народ ли не помилует? Ах, как бы нам стать Его народом! Братья и сестры! Не оплакивайте Россию, глядя на Её уничижение: жива Она! Живы и мы! Нам бы только сплотиться, взмолиться, и Любящий Спаситель сотворит Чудо — выведет! Нет бездорожья в Пути! Нет лжи в Истине! Нет смерти в Жизни!* Нет поражения во Христе!

 

24-26-30 декабря 2010 г., скит Ветрово.

Share this post


Link to post

Встретились слова свят. Филарета Московского об акафистах. Я думаю, что под «неразборчивыми», как он пишет, здесь можно понимать в той или иной мере каждого человека, исключая, наверное, только святых, чья душа способна незамутненно воспринимать божественную поэзию.

А к «разборчивости» надо стремиться )

 

 

«О акафистах моя мысль, чтобы употреблять древние Иисусу Сладчайшему и Божией Матери, а не вводить новых, которые дозволено напечатать, но которые не получили еще полного характера церковного...

 

Всем новым творцам акафистов надобно пожелать, чтобы их акафисты были произведением духа, а не литературы, чтобы они читающего возводили к созерцанию, или погружали в умиление и питали назидательностью, а не осыпали градом хвалебных слов, с напряженным усилием отовсюду собранных. Св. Григорий Богослов не написал акафиста св. Василию Великому.

 

Не излишне было бы рассудить, полезно ли для Церкви печатать новосоставляемые службы и акафисты, в которых много слов, и мало духовных мыслей и назидательности, и занимать сим неразборчивых, тогда как не находят довольно времени и усердия в точности исполнить богодухновенными отцами преданныя существенныя службы».

Share this post


Link to post

Голос камня

 

Говорящие камни — это метафора или реальность? Как быть христианину, когда окаменевает он сам? Когда и как молиться? Размышляет игумен Савва (Мажуко).

Рассказывают, что, когда великий святой и проповедник древней Англии Беда ослеп, к нему приставили мальчика-поводыря, не очень рачительного, который позволял себе врать старцу, чтобы улизнуть с послушания. Вот однажды идут слепец и мальчик по дороге, и пареньку захотелось отдохнуть, он и говорит старцу, что вокруг собралась толпа: люди стоят и ждут его проповеднического слова.

Достопочтенный Беда оживился и начал вдохновенную проповедь, на которую только и способно пылкое сердце боголюбца. Он говорил горячо и долго, и солнце уже зашло, и землю окутал сумеречный холод, и испуганный поводырь со слезами уговаривал святого закончить свое слово, потому что никого уже нет, все ушли. И вот великий старец умолк, и среди ночной тишины камни пропели ему в ответ громогласное «Аминь».

Есть чудесное стихотворение Якова Полонского, написанное на этот сюжет, оно очень нравится детям, и я сам прочел его еще школьником и был впечатлен чудом поющих камней. Бездушный ледяной камень, который хранит в себе холод даже в самый жаркий день, вдруг согревается словом старца, тает при голосе боголюбца, не в состоянии удержать в себе молитвенный ответ.

Проще разговорить камень, чем разбудить сердце. Легче быть камнем, чем человеком. Камни так редко очеловечиваются, но люди часто каменеют. Наши сердца замерзают до самого глубокого «окамененного нечувствия», и вернуть им былое тепло стоит большого труда, если не чуда. Как с нами такое случается — у каждого своя история. Но мы — христиане, пусть даже и с нечувствительными сердцами, с окаменелостями внутри, и как-то с этим надо жить, и как-то с этим надо молиться.

Молитва — самый тяжелый труд. Это известно каждому, кто учился молиться. Люди чаще молятся, когда стряслась беда. В страданиях все наше существо начинает кричать Богу. Горе гонит людей в церковь, бросает на колени перед Богом, все чувства и помыслы собирает в одном молитвенном порыве. Это особый опыт. Крайне редкий, и потому многим людям не понятно: как можно молиться постоянно, с регулярностью и особым правилом? как можно требовать от сердца восторженности по часам и минутам? не лицемерие ли все это? не требует ли церковь от нас невозможного?

Молитва регулярная и правильная — это заповедь апостольская, данная из опыта, и обращенная к опыту, а не теории. Восторги приходят и уходят, а мир, который стонет под бременем зла, требует наших молитв, нашего маленького молитвенного усилия, каждого из нас. Но как можно молиться, когда сердце молчит, безмолвствует, не отвечает этот старый холодный камень, не пробуждается даже от слов пламенных боголюбцев? Это сложный вопрос, и, кажется, ничего с этим не поделаешь. Или же все-таки, что-то можно сделать?

Есть один старинный способ «оживления камней». Это молитва за другого. Нет такого холодного сердца, которое бы хотя бы чуть-чуть не оттаяло, когда молишься за ближнего. Может своё молитвенное правило я и прочитаю сухо и формально, даже скорее вычитаю, как важный, красивый, старинный, но чужой текст, так и не ставший сегодня моим. Это я молился за себя, но мне-то уж что? Но вот вы легли спать, и вам не спится. Обрывки фраз, мыслей и образов блуждают в памяти, бродят в сознании, как бродит молодое вино.

Вспомните по именам ваших близких, родных, друзей, живых и почивших и за каждого из них, не за себя, а за этих чудесных и несчастных людей, воздохните перед Богом. Своими словами, своими просьбами, личным сочувствием помолитесь за них. Поговорите с Богом как с Отцом. Скажите Ему сами, что вы хотите сказать, даже если вы обиделись на Него — ему можно говорить и это. Ведь молитва это не медитация, не измененное состояние сознания или погружение в покой и равновесие.

Ты говоришь с Богом, так стань и препояшься, как муж (Иов 38:2). Это мы и называем молитвой. Такое делание не несет покой. Ведь ты стоишь перед Богом. Ты перед Его очами каждое мгновение своей жизни, потому и заповедовали апостолы молиться всегда, всегда предстоять пред Богом, быть готовым ответить Ему.

И это упражнение постепенно перерастет в навык, станет необходимым правилом, без которого никак нельзя. И, когда вы идете по городу, едите в машине, сидите в кафе, смотрите новости — молитесь за тех, кого видите — только так мы и можем смотреть на этот мир — молясь за него. Только так христианину и следует смотреть новости, читать газеты. Сколько вокруг больных людей, несчастных и голодных детей, сколько войн и бедствий! Мы не можем помочь всем средствами, но принести за них молитвенное воздыхание в наших силах.

Идете мимо больницы — помолитесь за тех, кто страдает, видите деток — благословите их молитвенно про себя. Запутавшийся политик или глупенькая девочка, которая поверила, что она звезда — помолитесь о них, им это нужно. Нам всем это нужно. Понуждая себя к такой молитве, мы действительно сможем разбудить свое сердце, освятить каждую мысль.

«Тяжело каждой мысли, которая не выльется, не преобразится в молитву». Так писал святой Иустин (Попович). Мысль без молитвы тяжела. Она стелется по земле, она задыхается от собственной грузности. Она каменеет и само сердце заражает нечувствительностью даже к собственной жизни.

У Ивана Ильина есть чудесная книга «Поющее сердце». Это велико. Это чудесно. Когда есть сердце, тогда есть и пение. Поющее сердце — это красиво и это нормально. Но подлинное чудо там, где поют камни. Вопреки природе, наперекор всем вердиктам и приговорам — ожившее человеческое сердце начинает петь, потому что Сам Бог Милосердия дает голос этому камню.

Замолк грустно старец, главой поникая.

Но только замолк он — от края до края:

«Аминь!» — ему грянули камни в ответ.

Share this post


Link to post

 

В 1913 году я во второй раз гостил в Оптиной пустыни. Меня поместили с одним иеромонахом, студентом Казанской Духовной Академии, о. А., в скиту. Как-то, выходя на литургию, мы забыли взять ключ и захлопнули за собою дверь; она механически заперлась, и чтобы её отворить, нужен был особый винтовой ключ.

 

Что делать? Не разбирать же стекло в окне?

 

После литургии рассказали эконому о. Макарию о нашей оплошности. Он был человек молчаливый и даже немного суровый. Да в экономы в монастыре и нельзя выбирать мягкого и любезного — слишком расточал бы добро.

 

Ничего не сказав, он взял связку ключей и пошёл к нашему жилищу. Но оказалось, что сердечко подобранного им схожего ключа было меньше, чем горлышко нашего замка. Тогда он поднял с полу тоненькую хворостинку, отломил от неё кусок, приложил к сердечку ключа и стал вертеть... Но сколько мы ни трудились, было напрасно, ключ беспомощно кружился, не вытягивая запора.

 

— Батюшка, — говорю я ему, — вы, видно, слишком тоненькую вложили хворостинку! Возьмите потолще, тогда туже будет!

 

Он чуточку помолчал, а потом ответил:

 

— Нет, это не от этого... А от того, что я без молитвы начал.

 

И тут же истово перекрестился, произнося молитву Иисусову:

 

— Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго.

 

Начал снова крутить с тою же хворостинкою, и замок сразу отпёрся.

 

После я и на своём, и на чужом опыте много раз проверял, что употребление имени Божия творит чудеса даже в мелочах. И не только сам пользовался и пользуюсь им доселе, но и других, где можно, тому же учу.

 

Вот другой пример.

 

Был я на одном съезде христианской молодёжи в Германии. Начали устраивать церковь.

 

Молодой человек, по прозвищу Шу-Шу (сокращённо — Шура-Шурович, Александр Александрович) развешивал иконы на стене.

 

Здание было каменное. Ударит он молотком по гвоздю, а тот и согнётся — на камень попал. Вижу я неудачу его и говорю:

 

— Шу-Шу! А вы бы перекрестились да сказали бы «во имя Отца и Сына и Святаго Духа». Вот тогда у вас дело пойдёт.

 

Он поверил. Смирился. Ведь молодому-то не так это и легко. Перекрестился, упомянул имя Божие, наставил гвоздь в другое место, ударил молотком и попал в паз. И дальше вся работа пошла удачно.

 

Рассказал я этот случай как-то недавно в кружке знакомых. Спустя несколько дней одна женщина, вдова К., недавно потерявшая мужа, рассказала мне: «Пришла я после вашего рассказа домой и ложусь спать. А у меня давно уже бессонница... Нервы сдают, видно. И вдруг я вспомнила — вы велели поминать имя Божие даже и в малых вещах. И сказала я: „Господи! Дай мне сон!“ И даже не помню, кажется, сию же минуту и заснула. А до сих пор долго мучилась бессонницей».

 

Читал я у одного современного писателя рассказ о силе имени Божия. То было в немецкую войну. Перевозили на позицию пушки.

 

Прошёл дождь. Дорогу развезло. Тяжесть неимоверная. Несколько пар лошадей. Пушка завязла в выбоине. Солдаты бьются, мучаются, сквернословят, хлещут лошадей. Ни взад, ни вперёд...

 

И чем бы кончилось это бесплодное мучение и людей и лошадей, Бог весть. Но в это время к этому месту подошёл один благообразный, пожилой уже, мужичок.

 

Этот почтенный старичок сначала ласково приветствовал солдат. Потом во имя Божие пожелал им успеха. Погладил лошадок. А потом, когда они и солдаты немного отдохнули, он предложил попробовать двинуться ещё раз. И так ласково обратился к солдатам. Они кто к лошадям, кто к пушке. И старичок тут же.

 

— Ну-ка, милые, с Богом!

 

Солдаты крикнули, лошади рванули, и пушка была вытянута. Дальше уже легко было.

 

А сколько таких случаев! Только мы, слепые, не замечаем. Но хорошо, что говорим языком, и это одно нередко ограждает нас от силы вражьей.

 

Между тем в новое время стали стыдиться употребления этого спасительного имени.

 

И нередко мы слышим или горькую жалобу на тяжкое житьё, или, наоборот, легкомысленные похвалы:

 

— Превосходно, превосхо-о-дно!

 

А иногда и безумные речи: «адски хорошо», или с употреблением «чёрного слова». И жалея его же, хочется поправить его.

 

Бывало, услыша хвалу, я или сам добавлю, или говорящего попрошу добавить:

 

— Скажите: «слава Богу!»

 

— А зачем?

 

Вот и расскажешь ему такую историю. Иной и примет во внимание...

 

(Из книги «Промысл Божий в моей жизни»)

Share this post


Link to post

http://russned.ru/hristianstvo/simeon-afonskiy-dushevnoe-zdoroveСимеон Афонский. Душевное здоровье

 

«Лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну» (Мф. 5: зо)

 

Душевное здоровье

Если камень нагревать, он треснет; если в сердце допускать гнев и похоть, оно долго не проживет.

Как песок ни дави, масла не будет; как за похотью ни бегай, счастья не найдешь.

Сколько ни приспосабливай богатство к Спасению души, а вывод неизбежно один: душевно здоровый человек богатым не станет, для богатства нужно уже быть им одержимым.

Если сойдутся двое любителей власти и начнут бодаться, дай Бог остальным живыми остаться; тот, кто властвует над людьми, не может не иметь душевной порчи.

Душевная порча начинается с тщеславия, а душевное здоровье -со смирения.

Хорошая заповедь христианства — держись смирения и беги подальше от надутости и всякого чванства.

Первое – покаяние

Если мы еще в утробе матери унаследовали грех всех поколении, то покаяние — это первое, что нужно вначале сделать, и последнее, чем мы должны завершить свою жизнь.

Чтобы действительно глубоко покаяться, необходимо заново родиться душой и телом, и такое покаяние становится основой всей нашей жизни.

Так же, как мы оставляем все имущество в момент смерти, так нам надлежит оставить в покаянии все земное, к чему был привязан наш ум в течение всей жизни.

Оставь все ради покаяния, ибо только оно соединяет нас с Богом.

Польза от скорбей

Наибольшая польза в духовной жизни приходит от трудностей и скорбей, а не от утешений.

Мастер сам знает, где у кувшина будет ручка; так и Богу ведомо, какие скорби полезны душе.

Тому, кто не прилежит к молитве и запутывается в мирских привязанностях, Бог прилагает скорби, чтобы сердце человеческое обратилось к Спасению.

Чем более суровы условия жиз ни, тем более необыкновенным стойким вырастает в них человек тем более удивительны его сердце и душа, если эта душа имеет высокую цель — соединение с Богом.

Спасение приходит через страдания и самоотречение; если их нет, то нет и Спасения.

Если ведёшь молитвенную жизнь

Если ты ведешь молитвенную жизнь, не помня о смерти, то все твои устремления теряют всякий смысл.

Если сможешь сделать любое действие и обстоятельства в жизни причиной для молитвы — спасешься.

Только покаянная молитва возвышает нас, когда мы находимся в глубоком унынии, и приземляет нас, когда мы превозносимся.

Не сделать ни одного шага в молитвенной жизни без постоянной исповеди и Причащения, и не подняться ни на одну ступень без покаянной молитвы и смирения.

Если ты будешь неустанно просить Бога о непрестанной молитве, ты несомненно обретешь ее в своем сердце.

Когда молишься

Когда ты молишься, пусть твое сердечное внимание будет подобно клину, вбитому в землю.

Когда ты молишься, будь внимателен в молитве подобно портному, вдевающему нитку в иголку.

Одна молитва, совершенная с полным вниманием, скорее будет услышана Богом, чем сотня рассеянных молитв.

Благодать одной молитвы, произнесенной с полным отсутствием помыслов, больше всех рассеянных молитв, которые можно прочесть за сутки.

Очищение сердца молитвой, избавление от помыслов и совершенное освобождение от бесов – происходит одновременно.

Чем чище сердце, тем больше в нем благодати и духовной Свободы во Христе.

Самые опасные помыслы

Наиболее опасны внезапные нападения помыслов блуда; из всех помыслов они самые наглые и убийственные, ибо полностью умерщвляют душу.

Наиболее жестокие и беспринципные — помыслы гнева, ибо до основания разрушают духовную жизнь.

Наиболее прилипчивые и угнетающие — помыслы чревоугодия и сребролюбия, ибо делают душу тупой и привязанной к земному.

Самые долговременные и изматывающие помыслы — уныния и печали, ибо в них душа становится вялой и безвольной.

Самые коварные и с трудом искореняемые помыслы — тщеславия и гордости, ибо исподволь оплетают душу и лишают ее силы и благодати.

При попытке освободиться молитвой от этих помыслов очень опасны натиски сумбурных мыслей; если не успеешь избавиться от них, это может стоить тебе жизни.

Научиться постоянной бдительности и неотрывному вниманию к помыслам и умению мгновенно отражать молитвой любой помысел — это начало твоего освобождения из мысленного рабства и стяжания благодати во Христе.

Как отделить ум от помыслов

Для того чтобы отделить ум от помыслов, нужно уметь пребывать в непрестанной покаянной молитве.

Для того чтобы пребывать в непрестанной покаянной молитве, необходимо стяжать бесстрастие.

Когда непрестанная молитва и бесстрастие соединятся, никакие помыслы не смогут отвлечь ум, и духовное сердце обретает благодать.

Молитва любит порядок

Молитва любит порядок, а духовная жизнь — распорядок.

Днем — с молитвой трудись, а ночью — бодрствуй и молись.

Искушения — с молитвой терпи, а врагов — благословляй и люби.

Когда ум не стоек, — молитва слаба; когда молитва крепка и ум стоек, — помыслы слабы.

Когда ум усмирен молитвой и лишен помыслов, он соединяется с сердцем, которое обретает благодать и становится духовным сердцем.

Не живи головой, живи сердцем; не живи мыслями, живи молитвой.

Не морочь себе голову мыслями, живи Христом, ибо Он живет в твоем сердце.

Возвращай ум к молитве

Постоянно возвращай ум к молитве так же, как ребенок ищет объятия любимой матери.

Постоянно возвращай внимание в сердце, как черепаха втягивает голову и лапы в панцирь.

Постоянно возобновляй молитву в сердце, чтобы она стала непрестанной, подобно сердцебиению.

Постоянно следи за своим сердцем, чтобы оно ни на миг не отвлекалось от Христа и молитва не прерывалась, подобно дыханию.

Если ты так будешь делать постоянно, то и Христос будет постоянно пребывать в твоем сердце.

Суть молитвы

Неотвлечение ума от молитвы – это сама суть покаянной молитвы.

Не гонись за количеством молитвы, стремись овладеть ее качеством.

Если во время молитвы научишься следить, как часто отвлекается ум и будешь возвращать его обратно, овладеешь вниманием.

Если в течение дня научишься замечать, что ты не молишься, овладеешь покаянной молитвой.

Если тебе трудно молиться постоянно, практикуй молитву с короткими перерывами, — и овладеешь непрестанной молитвой.

Чистая молитва, совершенная с полным осознанием ее смысла» быстро очищает сердце и привлекает в него благодать.

Не гордись молитвой

Никогда не гордись, если ты хорошо молишься и находишь в молитве некоторое утешение; потеряешь все, что имеешь.

Если ты восхищаешься своими молитвенными достижениями, тебя обманули бесы.

Истинная молитва имеет отличительный признак в смирении, ей приходится преодолевать множество препятствий, которые побеждаются только смирением.

Даже безнадежный трешник обретет благодать и спасется, если отречется от помыслов.

Share this post


Link to post

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×
×
  • Create New...