Глава 31, стих 13:
«Добывает шерсть и лен, и с охотою работает своими руками»
Святой Кесарий Арльский говорил, что «Шерсть есть нечто плотское, лён же — духовное: из того можно вывести, что в порядке облачений нижняя одежда — льняная, верхняя же — шерстяная; шерсть означает плотское, ибо рождается от смешения и совокупления, лён же, напротив, из земли производится без какого-либо плотского хотения и потому представляется образом целомудрия».
То же говорит и блаженный Августин: «Что ни делаем мы во плоти — внешнее, а в духе наше делание тайное. Делать во плоти и не делать в духе, сколько бы ни казалось благим, не приносит пользы. Но и делание в духе, не исполненное во плоти, все равно будет означать бездеятельность». То есть и добрые дела должны сопровождаться благим намерением совершать их во славу Христа, и, с другой стороны, благие намерения или какая-то духовная деятельность не должна оставаться без воплощения на деле. В этом смысле и шерсть и лен мы приносим Господу — и духовное, и телесное делание.
Отец Даниил Сысоев говорит, что «при применении этого стиха к обычной жене говорится о том, что она заботится об украшении дома. И здесь видно, что ошибочным является мнение, что христианину заниматься земными делами, украшать свой дом нельзя. Здесь идеальная жена показывается как та, которая заботится об украшении дома, добывает шерсть и лен. Духовный же смысл говорит нам о деятельности жены как Церкви. Церковь непрерывно заботится, чтобы украсить себя шерстью и льном, то есть трудами овец Христовых, чистотой святости. Шерсть берётся от овец, олицетворяющих овец Христовых, а лен — это святость, которую даёт Господь».