Jump to content
Татиана.

В духовной жизни нет мелочей

Recommended Posts

Я сегодня услышала оправдание верующего человека на грубость,обиду ближнего,мы же просто люди и ничего поделать не можем,надеемся лишь на милость Господа к нам.Я ничего неответила,но у меня вопрос???Значит можно не стараться себя исправлять,жить по заповедям Господа,а грешить и оправдовать себя тем что мы просто человеки.Мне кажется не верующий так еще может сказать,но христианин,это же воин Христов,а как же тогда заповеди Господа,для кого они?Может я чего непонимаю,но часто стала слышать такое.

Share this post


Link to post

Бороться, бороться и ещё раз бороться :) должны мы с грехами и пороками своими. А "оправдать" внутри себя можно всё что угодно, даже убийство, но грех от этого не перестанет быть грехом. А ежели по нестойкости нашей и случиться нам совершить то в чем на исповеди уже каялся, то раскаиваться за это втройне.

Простите меня грешного за скудоумие, но я просто высказал как это понимаю. У святых Отцов всё это лучше и доходчивее расписано.

Share this post


Link to post

Спасибо за ответ. Я тоже так понимаю,но слышу это от тех кто всю жизнь в Храме и в недоумение. :dntknw00:

Share this post


Link to post

Спасибо за ответ. Я тоже так понимаю,но слышу это от тех кто всю жизнь в Храме и в недоумение. :dntknw00:

 

Надежда , старайтесь не вникать в разговор тех кт о это произносит .Это хорошо , что вы начали прислушиваться к тому , что говориться во круг .Творите в этот момент Иисусову молитву и помните вы в храме БОЖЕМ .Делайте только то на что возьмёте благословение у Батюшки , вы тем самым много бед избежите .

Терпение Вам .

У нас так из храма многих попросили уйти пока не покаятся .Некоторые покаялись , многие которые очень много лет при храме были , просто считают себя безгрешными и заходя в храм , по каким то причинам остаются возле дверей ,немного стоят и уходят в раздрожении.Это страшно наблюдать , люди вроде бы столько лет ходили пред БОГОМ , сейчас считают, что им не в чем каяться .В такие моменты я молюсь , что бы ГОСПОДЬ простил мне мои грехи , ибо я самая грешная на земле , раз вижу и слышу то что происходит с этим людьми .Боюсь , что это наглядный пример для меня грешной , что б не возносилась и не считала себя лучшей из грешных .Прошу что б не лишал меня покаяния и принятия Святых Таинств.

Мне становиться страшно за себя и всех кого знаю.

Так что, молитесь и без благословения старайтесь ни чего не предпринимать . Т Е Р П Е Н И Я вам , С М И Р Е Н И Я ! СПАСИ вас ГОСПОДИ !

Share this post


Link to post

Ольга Спаси Господи вас!Да,так и стараюсь делать,никуда невникать и неучавствовать в пересудах,своих грехов полно,никак неразгрести.Храни вас Бог!

Share this post


Link to post

Cв.отцы говорили, что как отчаянье есть смертный грех и даже своего рода хула на Духа Божьего, так и чрезмерное надеяние на милость Божью в нерадении своих грехов (типа "Бог милостив, Он все простит" при этом человек не напрягается)

 

Но может все не так уж драматично, и люди сказавшие "мы же просто люди и ничего поделать не можем,надеемся лишь на милость Господа к нам" говорили в том смысле, что все мы грешные, немощные, встаем и падаем, остается только надеется на милость Божью, своими силами одни не способны исправить положение. Как и апостол некогда сказал, что то доброе что хочет делать - не делает, а то злое, какого не хочет, творит...

 

...или они за много лет нахождения в Церкви подостыли, подустали, развязались, расслабились немного, вот такое и говорят, не хотят уж, бедняжки (я их так без иронии и без укора называю) работать, широкий путь приглянулся. Но таких жалко. И страшно - как бы самой тоже не "подостыть"...

Share this post


Link to post

Cв.отцы говорили, что как отчаянье есть смертный грех и даже своего рода хула на Духа Божьего, так и чрезмерное надеяние на милость Божью в нерадении своих грехов (типа "Бог милостив, Он все простит" при этом человек не напрягается)

 

Но может все не так уж драматично, и люди сказавшие "мы же просто люди и ничего поделать не можем,надеемся лишь на милость Господа к нам" говорили в том смысле, что все мы грешные, немощные, встаем и падаем, остается только надеется на милость Божью, своими силами одни не способны исправить положение. Как и апостол некогда сказал, что то доброе что хочет делать - не делает, а то злое, какого не хочет, творит...

 

...или они за много лет нахождения в Церкви подостыли, подустали, развязались, расслабились немного, вот такое и говорят, не хотят уж, бедняжки (я их так без иронии и без укора называю) работать, широкий путь приглянулся. Но таких жалко. И страшно - как бы самой тоже не "подостыть"...

 

Нафаня , у меня у самой столько грехов , что мне некогда размышлять , кто там подустал ,это их проблемы .

Мне бы самой спастись , да тех людей , что на моём жизненом пути дал мне ГОСПОДЬ, не ввести во грех . Я слабая и грешная порою сама боюсь , что сбилась с пути , так что пусть те, кого священики ждут для покаяния решают сами , да и не мне таких судить .Сама несколько лет назад приползла на исповедь и принесла к ногам ГОСПОДА нашего всё что нагребла с лёгкостью в жизни моей .

Страшно , что можно вновь "на блевотину вернуться ".

Мне бы самой спастись и ближних удержать ..............

ГОСПОДИ СПАСИ ЛЮДИ ТВОЯ , И БЛАГОСЛОВИ ДОСТОЯНИЕ ТВОЁ !!!!

Share this post


Link to post

Василий, епископ Кинешемский. "Толкование на Евангелие от Марка"

 

Смысл притчи о Сеятеле достаточно подробно объяснен самим Господом. К евангельскому объяснению можно еще прибавить, что Сеятель — это сам Господь, семя — Слово Божие, поле — все человечество, весь мир, воспринимающий в свои недра чудодейственное семя евангельского слова. Подобно семени, евангельское слово носит в себе начало жизни, жизни истинной, духовной, ибо что такое истинная жизнь? Сия же есть жизнь вечная, — отвечает Господь в Своей первосвященнической молитве, — да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. XVII, 3). Евангельское слово дает это знание истинного Бога, и потому оно является дивным семенем спасения и жизни. Брошенное в человеческое сердце, оно при благоприятных условиях взрастает и приносит плоды — добрые дела и святую жизнь. Подобно семени, оно вечно носит в себе эту живую силу.

 

В настоящее время, как и девятнадцать веков тому назад, оно: одинаково волнует и трогает, радует и утешает, судит и смиряет, затрагивая самые сокровенные струны человеческого сердца.

Умирают философские системы, забываются политические теории, блекнут цветы поэзии, но слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные (Евр. IV, 12). В нем скрыта вечно живая истина.

Но, обладая всегда этой скрытой живой силой в одинаковой степени, слово Божие не всегда дает одинаковый урожай. Это зависит от той почвы, в которую оно падает, и здесь притча приобретает для нас особенно жгучий, живой, личный интерес, ибо почва эта — наше сердце. Мы все, слушатели и читатели слова Божия, получаем свою долю святых семян; мы все, наверное, хотели бы, чтобы в нашем сердце была плодородная почва, приносящая стократный урожай, и вопрос, почему этого не бывает и почему всходы так чахлы, убоги и перемешаны с сорной травой, — вопрос этот, конечно, для нас далеко не безразличный.

Вдумаемся внимательнее в притчу, чтобы в ее дивных образах и символах открыть важные для нас законы душевной агрономии, на которые указывает Господь Иисус Христос.

Для того, чтобы с успехом возделывать ниву и применять к ней рациональные способы обработки, необходимо прежде всего изучить почву и знать ее состав. Песчаная почва требует одного удобрения, суглинок — другого, чернозем — иного; да и сами приемы обработки на разной почве бывают неодинаковы. Точно также и в духовной жизни. Чтобы понять причины, обусловливающие для человека бесплодность слова Божия, и в то же время найти правильные способы обработки и воспитания души, которые могли бы повысить урожай святого семени, усилить влияние и действие на человека евангельского слова, — для этого надо изучить почву нашего сердца и выяснить, что именно в этом сердце препятствует успешному произрастанию семени. Соответственно с этим мы и можем принять те или другие меры.

Говоря о судьбе семени, Господь в Своей притче изображает четыре рода условий, в которые оно попадает при посеве и которые различно влияют на его произрастание. Это — четыре различных вида психики человека, четыре вида устроения души.

Когда сеятель сеял, случилось, что иное (семя) упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то (ст. 4).

Это — первый тип. Сердце похоже на проезжую дорогу, а семя, падая на нее, даже не проникает в почву, но остается на поверхности и делается легкой добычей птиц.

Что это за люди?

Во-первых, сюда относятся натуры грубые, чисто животного склада. Это самый дурной тип среди людей, и, к сожалению, их в настоящее время особенно много. Они живут чисто утробной жизнью: вкусно есть, сладко пить, много спать, хорошо одеваться — выше этого они ничего не знают. Корыто, корм и пойло — этим исчерпывается все их содержание. Их мировоззрение исключительно материалистическое. Вопросы духа для них не существуют. К идеалам правды, добра и красоты, ко всему, чему поклонялось человечество как величайшей святыне, что манило и увлекало героев, подвижников и лучших деятелей истории, чему те отдавали беззаветно свои силы и свою жизнь, — ко всему этому люди типа проезжей дороги относятся с циничной насмешкой и откровенным презрением. "Выгода" — вот слово, которое определяет их деятельность. Для них бог — чрево, и Евангелие, слово Божие встречает в них глухую стену тупого безразличия. Оно отскакивает от них, как горох от стены, не пробивая даже внешней коры эгоизма и не проникая внутрь, в сердце. Если иногда и остается оно на поверхности памяти, то лишь до того момента, когда первый порыв распутства, сластолюбия или любостяжания налетит, как птица, и поглотит все без остатка, а грубое сердце остается по-прежнему твердым и непроницаемым.

Во-вторых, к этой же категории относятся люди очень легкомысленные, живущие только поверхностными впечатлениями. Сущность их психики — праздное любопытство, которое легко возбуждается, но вовсе не стремится к тому, чтобы полученные впечатления связать с глубокими основами душевной жизни. Такое любопытство не приносит никакой пользы: оно бесцельно и беспредметно. Впечатления оцениваются здесь исключительно по их действию на нервы. Все, что щекочет нервы, одинаково привлекает людей этого типа. Поэтому для них совершенно безразлично: слушать хорошего проповедника или модного тенора, смотреть религиозную процессию или английский бокс, присутствовать при торжественном, вдохновляющем богослужении или покатываться со смеху, смотря смешной водевиль. Весь мир они рассматривают так, как будто он создан исключительно для их развлечения, и к каждому явлению жизни они подходят с этой же меркой. Если они слушают вдохновенного проповедника, говорящего о евангельской правде, о лучезарном мире чистоты и святости, о Великом Любящем Боге, они скажут в похвалу лишь одно: "О, он хорошо, красиво говорит!" или: "У него выработанная, изящная речь!" Это самая унизительная похвала для проповедника, сводящая его на роль школьника, демонстрирующего перед экзаменаторами свои литературные и декламаторские таланты. Пусть в проповеди слышатся рыдания и неподдельные слезы страдающей любви, стон измученного сердца, горечь и негодование при виде попранной правды, они не найдут других слов для оценки, кроме пошлой фразы: "О, у него драматический талант!" Как будто перед ними артист сцены, выступающий исключительно для того, чтобы их развлекать и щекотать их истрепанные нервы.

Это люди мелкой души, и жизнь для них — не серьезная задача, полная глубокого смысла, а просто фарс. Люди этого сорта евангельское слово слушают так, как будто оно к ним не относится: они его не воспринимают.

Третья разновидность людей этого сорта — это натуры рассеянные, с разбросанными мыслями. В них нет ничего основного, постоянного, что служило бы центром их жизни. Это люди, как их называют, без стержня, то есть в них нет преобладающей склонности или привязанности к одному какому-либо делу или занятию, определяющему направление их жизни. Чем живут эти люди? Вы сразу этого не скажете: здесь все так текуче, так изменчиво, так непостоянно. Сегодня одно, завтра другое, послезавтра третье. Одна мысль сменяет другую, как в калейдоскопе, без всякого порядка и системы. Одно увлечение вытесняется другим, план следует за планом, совсем как на проезжей дороге, где катятся экипажи, идут прохожие, сменяя один другого, топчется бродячий скот. Они все начинают, все пробуют и ничего не кончают. Цели жизни у них нет. Это — рабы минутного каприза, трость, ветром колеблемая. Их увлечения непрочны, ненадежны, мимолетны. С легкостью мотылька порхают они с предмета на предмет. Всякая новинка их привлекает и захватывает, но лишь на короткое время. "Что книга последняя скажет, то на сердце сверху и ляжет". Учить их чему-нибудь серьезному, проповедовать слово Божие — почти бесполезно. Это значит писать на воде, сеять при дороге: затопчут прохожие, поклюют птицы, то есть мир с его вечной сменой новинок, диавол с его искушениями и соблазнами. Так как впечатления и мысли здесь постоянно сменяются, то ни одно из них не проникает глубоко в сердце, и само сердце от этого мало-помалу теряет отзывчивость, способность воспринимать их хоть сколько-нибудь серьезно, становится сухим, равнодушным, жестким, как дорога, утоптанная ногами прохожих и укатанная колесами бесчисленных экипажей.

Таковы три разряда людей, принадлежащих к типу проезжей дороги. У всех у них общее то, что семя слова Божия в их душу совершенно не проникает, их не волнует, не радует, не возбуждает, но остается на поверхности, то есть только в памяти, в головном сознании, и, не принося никакого плода, скоро погибает.

Немного лучше следующие два рода почвы, указанные Господом Иисусом Христом в Его притче.

Иное семя упало на каменистое место, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока; когда же взошло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло (ст. 5-6).

Поясняя эти слова, Господь прибавляет: посеянное на каменистом месте означает тех, которые, когда услышат слово, тотчас с радостью принимают его, но не имеют в себе корня и непостоянны; потом, когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняются (ст. 16-17).

Тип, широко распространенный и достаточно нам знакомый. В этих людях есть несомненное стремление и любовь к добру, и слово Божие находит в них живой и быстрый отклик, но оно не захватывает их настолько сильно, чтобы ради осуществления его в жизни они нашли в себе достаточно силы и решимости трудиться над собою, бороться с препятствиями и побеждать враждебные течения. Услышав евангельскую проповедь о правде, любви, самоотвержении, они загораются сразу, как шведская спичка, но так же скоро гаснут. Эти вспышки мимолетных увлечений бывают очень сильны, как вспышки магния, и в этот миг эти люди способны даже на подвиг, но пройдет момент — и все кончилось, и, как после магния, остается лишь дым и копоть — досада на свою трусость и дряблость или же, наоборот, сожаление о своем увлечении. К суровой, упорной, длительной работе эти люди неспособны, и непреодолимую преграду представляет для них закон вступления в Царство Божие, данный Господом: От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. XI, 12).

На каменистой почве может расти только мелкая травка, так и эти люди при обычных условиях спокойной жизни способны лишь на очень маленькие дела, не требующие усилий. Им нельзя отказать в чувствительности: вы увидите их иногда в церкви молящимися со слезами умиления на глазах, их воодушевляет хорошее пение, трогают изречения и возгласы Божественной службы, полные возвышенного смысла; с чувством повторяют они вместе с другими: "Возлюбим друг друга...", "Друг друга обымем, рцем: братие!" Но когда наступает минута, когда от хороших слов надо перейти к делу, вы сразу увидите, что слезное умиление и религиозный подъем не смягчили их холодной души, что то был лишь фосфорический блеск, не дающий тепла, простая сентиментальность или ложная чувствительность, а не настоящее чувство. Они любят иногда читать жития святых, как любят дети читать страшные сказки и трогательные истории, но и здесь дальше вздохов и словесных восторгов дело не идет. Они не прочь помечтать об этой подвижнической жизни и представить себя в роли подвижников и мучеников за правду, но те усилия воли, которые требуются для этого, их пугают. Они ничего не имеют против добродетели, нравственности, аскетизма, даже хотели бы попасть в Царство Небесное, но при условии, что для этого от них не потребуется никаких лишений и чтобы это возможно было сделать с полным комфортом и со всеми удобствами. В Царство Небесное они хотят въехать в вагоне первого класса.

Что мешает этим людям безраздельно отдаться Христу и приносить полный плод? Каменистый пласт, который лежит под наружным слоем хорошей почвы и не позволяет Корням растения проникнуть глубже.

В душе человека таким каменистым пластом является себялюбие. Обыкновенно оно лишь слегка закрыто сверху тонким налетом чувствительности и добрых порывов. Но когда необходимо эти добрые порывы углубить и осуществить в жизни, то есть сделать доброе дело, которое, собственно, и составляет плод доброго порыва, против этого неизменно восстает себялюбие и рожденное им саможаление. Допустим, вас просят оказать помощь. Вы готовы это сделать и пожертвовать что-нибудь нуждающемуся, но сейчас же вы слышите голос себялюбия: "А сам-то я с чем останусь? Мне самому нужны деньги: у меня их так мало!" Ваш добрый порыв наталкивается на холодную каменистую стену эгоизма и блекнет, как нераспустившийся бутон.

Себялюбие с лишениями, даже воображаемыми, не мирится.

Так бывает и в духовной, идейной борьбе. Люди часто носят христианские убеждения, как приличный костюм, дающий им вид порядочности и джентльменства, пока это их не стесняет и ни к чему не обязывает. Но когда за эти убеждения приходится платить страданиями и лишениями, сейчас же саможаление шепчет коварно: "Да стоит ли так мучиться? Не слишком ли дорога плата? Ведь можно и без убеждений обойтись!"

В результате — измена и отступничество.

Последний тип людей, в душе которых слово Божие остается бесплодным, характеризуется Господом в следующих словах:

Иное упало в терние, и терние выросло, и заглушило семя, и оно не дало плода.

Посеянное в тернии означает слышащих слово, но в которых заботы века сего, обольщение богатством и другие пожелания, входя в них, заглушают слово, и оно бывает без плода (ст. 7, 18-19).

Это люди, которые желают одновременно работать Богу и маммоне. Желая жить по законам Божиим, они в то же время не хотят отказаться и от мирской суеты и кончают обыкновенно тем, что этот водоворот мирских забот, увлечений, пристрастий поглощает их без остатка, вытесняя из души все светлое, идейное, возвышенное. Если человек не борется с земными пристрастиями во имя евангельской правды, он неизбежно становится их пленником, и одно слышание слова Божия его не спасет. Попытки установить в жизни равновесие между данью Богу и данью маммоне и миру сему никогда не удавались, ибо душа — существо простое и двоиться не может. Никто не может служить двум господам, — говорит Господь: — ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть (Мф. VI, 24).

Эти люди также непригодны для Царства Божия. Так много пропадает семени слова Божия безрезультатно!

Из четырех категорий только одна приносит плод: иное семя упало на добрую землю и дало плод, который взошел и вырос, и принесло иное тридцать, иное шестьдесят, и иное сто.

А посеянное на доброй земле означает тех, которые слушают слово и принимают, и приносят плод, один в тридцать, другой в шестьдесят, иной во сто крат (ст. 8, 20).

Это натуры цельные, у которых слово не расходится с делом и которые, слушая и воспринимая слово Божие, пытаются его исполнить и жить по его указаниям. Но и у этих людей, отзывчивое и искреннее сердце которых представляет добрую почву, повиновение евангельскому слову не бывает у всех одинаково полным и совершенным, ибо иной приносит тридцать, иной шестьдесят, иной сто. Это значит, что один в силах выполнить третью часть того, что от него требует высший идеал христианского совершенства, другой — почти две трети, и лишь немногим удается исполнить все полностью и в совершенстве. Это натуры избранные. Это те, о которых Господь говорит: нашел Я мужа по сердцу Моему... который исполнит все хотения Мои (Деян. XIII, 22).

Таких людей немного. Но как ярко сияют они на тусклом фоне тепло-холодного отношения к Евангелию большинства современников, вялых, дряблых, слабых в добре, и как возвысило и просветило их душу слово Божие, которому они отдались беззаветно и которое исполнили до конца!

Вот преподобный Антоний Великий. Два евангельских изречения произвели решительный перелом в его душе и направили его на путь, приведший к высшим степеням святости. Однажды вскоре после кончины своих родителей, будучи еще юношей 18-20 лет, он услышал в церкви слова Господа: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим... и следуй за Мною. Он принял эти слова за совет, обращенный непосредственно к нему, и исполнил его буквально, раздав имение бедным. В другой раз, услыхав слова Спасителя: не заботьтесь о завтрашнем дне, он почувствовал в них властный призыв, которому беспрекословно подчинился: покинул дом и ушел в пустыню, чтобы, освободившись от всяких забот, в подвигах аскетической жизни отдаться Тому, Чья воля стала для него высшим законом. Слово принесло в нем стократный плод.

Вот преподобномученица Евдокия, первоначально великая грешница, очищенная и преображенная словом Божиим, подобно тому горящему углю, который взял клещами с жертвенника Господня шестокрылатый Серафим, чтобы коснуться уст пророка (Исх. VI, 6-7).

В миру ее звали Марией. Она была дивно хороша собой, и в этом было ее несчастье. Успех, лесть, всеобщее поклонение вскружили ей голову, Мария вела суетную, легкомысленную светскую жизнь, снаружи нарядную и блестящую, но по содержанию пустую и пошлую. Пиры, развлечения всякого рода заполняли все ее время, не давая ей опомниться, прийти в себя. Но под внешностью светской львицы таилось доброе сердце и отзывчивая душа. Это ее спасло.

Однажды около той гостиницы, где пировала Мария, окруженная толпой поклонников, остановились в нерешительности два старца-инока. Видно было, что они пришли издалека. Их ноги и одежда были покрыты пылью, избитая, потрепанная обувь говорила о дальней дороге. Они были утомлены, и им хотелось отдохнуть в гостинице, но звуки музыки и веселое общество их пугали. Наконец они решились войти. Их поместили рядом с пиршественным залом в комнате, отделявшейся лишь тонкой перегородкой.

Шумная оргия продолжалась. Слышались бесстыдные речи. Опьяненная Мария танцевала соблазнительный, сладострастный танец.

Кто-то вспомнил о старцах.

Посмотрим, что они делают? То-то, должно быть, намолятся!

Оставьте их в покое, — сказала Мария с улыбкой.

Но уже несколько беспутных гуляк скучились у перегородки, прислушиваясь к тому, что делалось за ней.

— Тсс... Тише! Что-то читают! Послушаем!

Шум умолк. В наступившей тишине слышался слегка заглушенный стеной голос читавшего старца.

Он читал: И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром (Лк. VII, 37-38).

- Вот нашли место для подобных чтений! — воскликнул один из молодых гуляк. — Эй, вы там!..

- Оставь! — вскричала Мария. Лицо ее становилось все серьезнее по мере того, как развертывалась чудная евангельская история о прощенной грешнице. Она сама не понимала, что с ней делалось.

Старческий голос продолжал:

А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много (Лк. VII, 47).

— Ну ты-то уж не станешь заботиться об этом! — шепнул Марии самый юный из гостей.

Громкий вопль был ему ответом. Все вздрогнули. Мария стояла вся трепещущая. Смертельная бледность покрывала ее лицо. Темные очи горели пламенем.

— Прочь от меня все! Оставьте меня!..

В ее сердце горели эти дивные слова о прощении, о спасении, о милосердии Божием. Так засохшая земля жадно глотает влагу весеннего дождя.

Смущенные гости расходились. Мария бросилась за перегородку к изумленным старцам. Мгновенное изумление последних сменилось негодованием.

Уйди от нас! — сказал один из них сурово. — Или нет в тебе стыда?!

- Отцы, не отвергайте меня! Я — грешница, но Господь не отверг блудницы!..

Она прильнула устами к запыленным ногам старцев: грешница Мария стала святой Евдокией. Слово Божие принесло стократный плод.

Какие уроки извлечем мы из всего сказанного? Если мы действительно хотим, чтобы евангельское семя давало в нас обильный плод и намерены серьезно трудиться над этим, то должны изучить почву своего сердца и выяснить, что именно мешает произрастанию слова Божия. Подумайте, к какому типу вы принадлежите? Представляет ли ваше сердце проезжую дорогу или каменистую почву или семена слова Божия гибнут в нем, заглушенные терниями мирской суеты?

Надо при этом иметь в виду, что указанные типы в чистом виде редко встречаются. Обыкновенно в человеческом сердце есть всего понемногу, и тип можно определить лишь преобладанием той или другой черты.

Определив особенности почвы, можно указать и применить особые приемы обработки сообразно с каждым родом почвы. Конечно, здесь все время необходимо помнить, что насаждающий и поливающий есть ничто, а все Бог возращающий (1 Кор. III, 7), Который единственно Своей силой может самую бесплодную почву сделать плодоносной и, наоборот, плодородную ниву обратить в пустыню, и что к Нему, следовательно, прежде всего должны быть обращены наши молитвы и прошения об успехе работы. Но при этом уповании на Бога! как главном условии успеха мы все-таки не освобождаемся от обязанности работать под собой, ибо кто разумеет делать добро и не делает, тому грех (Иак. IV, 17).

Итак, что можем мы сделать?

О первой разновидности первого типа говорить почти не приходится, ибо психика людей этого сорта не заключает в себе даже желания стать нравственно лучше и чище. Из тупого животного самодовольства их может вывести разве какая-либо катастрофа, посланная благодетельным промыслом Божиим. О них можно только молиться, но советовать им что-либо бесполезно, так как при обычных условиях они никакого совета исполнить не захотят. Две другие разновидности, как мы видели, обращены в проезжую дорогу массой разнообразных пестрых впечатлений, которые, проносясь через сознание, подобно бесконечной веренице экипажей и прохожих, утрамбовывают почву, то есть делают душу жесткой, черствой и невосприимчивой к слову Божию. Ясно, что первая наша забота здесь — поставить загородки, чтобы по дороге не ездили и не ходили. Говоря простым языком, это значит задержать или совсем остановить тот поток несвязных восприятий ежедневной жизни, который назойливо теснится в мозгу, загромождая его всяким хламом.

Подумайте, в самом деле, сколько всякой дряни проходит каждодневно через голову среднего так называемого культурного человека! Одна утренняя газета чего стоит! Тут и лживая передовица, освещающая события так, как это нужно редакции; тут и фельетон, полный скабрезного зубоскальства; тут и хроника, передающая все базарные новости; тут и объявления о пропавшей моське и о враче, радикально излечивающем половое бессилие. Прочитав все эти "полезные" сведения, вы чувствуете потребность, по крайней мере, два часа гулять на свежем воздухе, чтобы проветриться. Далее, приходите вы на службу и сразу узнаете ряд других новостей: у кого сбежала жена, кто из коллег проворовался, кто получил повышение и награду и т. д. Возвращаетесь домой — у вашей жены уже сидит приятельница, патентованная сплетница, которая вываливает на вас целый короб самых свежих, только что испеченных известий. Вечером вы идете в театр, и снова перед вами проходит новая вереница происшествий, речей, монологов, различных лиц, зрителей, актеров, знакомых и незнакомых, старых и молодых, нарядных и плохо одетых, вся эта волнующаяся, шумливая, вечно изменчивая толпа, наполняющая места зредищ. Прибавьте к этому заключительный аккорд ресторанного ужина с впечатлениями электрического света, разряженных женщин, дешевого оркестра и т. д. — и вы поймете, что, пожив месяц в этом кипящем котле внешнего разнообразия, мимолетных эффектов и внутренней пустоты, можно и очерстветь, и одуреть. Об успехе и влиянии на душу слова Божия при такой обстановке и речи быть не может. Но поставьте рогатки, откажитесь от этого шума и суеты, ограничьте всеми зависящими от вас мерами этот наплыв впечатлений, живите более уединенной жизнью, обязательно обеспечьте себе часы углубленной вдумчивости и тишины — и вы увидите, что почва вашего сердца станет постоянно меняться и глубже воспринимать ростки Божьего слова.

У людей второй категории препятствием к произрастанию евангельского семени служит каменный пласт себялюбия. Сюда и должны быть обращены усилия. Этот пласт надо взломать и удалить. Так обрабатывают поле в Финляндии. Чтобы приготовить почву для посева, там необходимо сначала удалить массу громадных ва'лунов и каменных обломков, загромождающих поле. Эти камни или взрывают, или выкорчевывают из грунта, подводя под них длинные толстые бревна. И надо видеть эту работу! Подводя под громадный камень бревно, целая семья крестьян — владельцев или арендаторов поля — садится на свободный его конец и начинает качаться. Они качаются настойчиво, методически, качаются утром и вечером, качаются день, другой... И наконец массивный валун начинает слегка вздрагивать и тихо-тихо выворачиваться из земли. Это трудная, скучная работа, но другого исхода нет: надо очистить поле. Нелегкая работа предстоит и с самолюбием. Вырвать его и удалить сразу нет никакой возможности, но можно отламывать его кусками. Не следует только жалеть себя.

Допустим, вас просят оказать услугу. Вам не хочется, ибо это связано для вас с потерей времени и другими неудобствами. Ваше себялюбие протестует и ворчит. Не слушайте этого голоса, преодолейте себя и, победив на этот раз свое нежелание и саможаление, вы уже отломили кусок себялюбия. Продолжайте эту работу настойчиво, упорно, непрерывно, как работают финские крестьяне, и мало-помалу ваше себялюбие станет смягчаться, слабеть и исчезать, уступая место лучшим чувствам самопожертвования и заботы о других. Тогда корни слова Божия будут глубже проникать в сердце и не погибнут от первой невзгоды.

Наконец, людям третьей категории, у которых терния заглушают всходы евангельского посева, нужно помнить, что маммоне и Богу одновременно служить нельзя, что надо выбирать что-нибудь одно, и раз избрано служение Богу, то терния и сорную траву суетных желаний и мирских пристрастий надо тщательно выпалывать, иначе они разрастутся и заглушат слово Божие. При этом полезно помнить, что чем раньше производить эту работу, тем лучше. Пока терния только в зародыше, их легко выполоть.

Пока греховные желания существуют только в мыслях и не перешли еще в дело, их легче побороть. Но они укореняются, когда осуществляются в действии, и тогда борьба с ними становится труднее.

Когда почва таким образом сколько-нибудь подготовлена, то сама обработка души, содействующая успешному произрастанию слова Божия, производится по старому правилу аскетов: паши плугом покаяния, удобряй молитвой, орошай слезами сокрушения и постоянно выпалывай дурную траву страстей.

 

Share this post


Link to post

Не мое дело определять кто есть кто .Моё дело грешного слабого человека каждый день , утром молиться по молитвослову .

 

 

УТРЕННИЕ МОЛИТВЫ :

 

Помянник о живых:

 

Спаси, Господи, и помилуй ихже аз безумием моим соблазних, и от пути спасительнаго отвратих, к делом злым и неподобным приведох; Божественным Твоим Промыслом к пути спасения паки возврати.

 

 

Спаси, Господи, и помилуй ненавидящия и обидящия мя, и творящия ми напасти, и не остави их погибнути мене ради, грешнаго.

 

 

Отступившия от православныя веры и погибельными ересьми ослепленныя, светом Твоего познания просвети и Святей Твоей Апостольстей Соборней Церкви причти.

Edited by О_К (fakel)

Share this post


Link to post

Монах Константин

 

 

Беседа о молитве

 

 

 

 

 

Как сохранить душевный мир и живую молитву

в условиях современной суеты

 

 

Кого мы любим, с тем и беседуем

Пришлось как-то раз беседовать с одним молодым человеком — студентом. Он верующий, ведет относительно благочестивую жизнь. Но когда у нас зашла речь о молитве, он сказал:

- Я молюсь совсем мало. Да и нужды особой нет: зачем молиться, если все знаешь, все понимаешь? И никаких особых обстоятельств нет, которые побуждали бы на молитву. Если уж будет какая-то особая экстремальная ситуация, тогда буду молиться, а так — зачем? Нет охоты.

- Так что же, — говорю, — ты хочешь молиться «по-мужицки»: пока гром не грянет, мужик не перекрестится?

- Да нет, я, в общем-то, не хочу, чтобы меня постигали какие-то бедствия и скорби. Ну, просто как-то не хочется молиться, да и все.

Что на это сказать? Допустим, родители имеют ребенка. И вот этот ребенок скажет: «Зачем мне говорить с папой и мамой? Если у меня будет какая-то нужда, тогда я буду с ними разговаривать, а так зачем они мне? Я не хочу с ними разговаривать — неинтересно». Разве не оскорбит он таким нелюбовным отношением своих родителей? Оскорбит — и сильно.

Вы никогда не замечали, что когда мы постоим на молитве с холодным чувством к Богу, то и люди проявляют к нам холодность? А после усердной, теплой молитвы к Богу и отношения людей к нам становятся более теплыми.

И сплошь и рядом встречается, что если родители становятся холодными к Богу, то и дети остывают в своей естественной любви к родителям. Но это почему-то не берется во внимание. А Господь сказал: «Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф.7:2).

Кого мы любим, с тем и беседуем, с тем и общаемся. Или даже если сидим молча, все равно радуемся, чувствуя присутствие любимого. Так же и пред Богом: если нам «скучно» с Ним на молитве, следовательно, мы потеряли к Нему любовь. Мы оскорбляем нашего Небесного Отца и, фактически, теряем с Ним тот контакт, который нам же в первую очередь и требуется. Не Богу нужен этот контакт, а нужен нам для нашей вечной жизни. И если мы не установим его, подобно электрической лампочке с электросетью, то, что с нами будет? Если лампочка не включается в электросеть, она становится ненужной, и ее выбрасывают на мусорник 1. Так и мы, если не соединимся с Богом посредством усердной, живой молитвы, то, как негодная лампочка, будем выброшены на мусорник духовный, который называется «ад» и «вечная мука».

Любить Бога никакие дела не мешают

- Суета мешает.

- Старец Силуан 2 говорит: «Любить Бога никакие дела не мешают».

- А применимо ли это понятие к нашей современной жизни, особенно мирской? Ведь наш век отмечен особой суетой и безверием. Слышит ли современных людей Бог? Доступна ли им сегодня та «живая» молитва, о которой Вы говорите?

- Господь печется о каждой душе. Нет такой души в мире, о спасении которой не заботился бы Господь. И потому Бог слышит современных людей и внимает их, пусть даже немощным, молитвенным обращениям.

Иногда мы спускаемся с гор в селение, останавливаемся у мирских людей, общаемся со здешними жителями. И порой мы просто удивляемся, насколько в таких осуетившихся, казалось бы, до предела людях теплится живая, искренняя вера. Бывает, заходит речь о житейских делах и скорбях, и простая мирская женщина говорит:

- Я пошла, помолилась, и Господь дал мне то-то и то-то.

Другая ей говорит:

- Как это Бог может нас услышать?

Но первая с уверенностью отвечает:

- Я стояла (столько-то времени), молилась, и Бог меня не услышит? Этого не может быть!

И, действительно, видишь: она получает то, о чем просила.

Господь заботится о каждом человеке, а о современных людях, может быть, даже больше, нежели о наших благочестивых предках, которые жили два или три века назад. Потому что те люди не имели таких соблазнов, не имели такой развращенности нравов, не имели такого осуечения, такого пагубного окружения — можно даже сказать, духа злобы, который наполняет сейчас наше общество.

Ведь как растет и воспитывается нынешнее поколение? Бедные современные детки! Они уже с самого раннего возраста знакомятся со всевозможным злом, в том числе, через телевизор и другие средства массовой информации. А, подрастая, они реализуют это зло в своей жизни. Видно, кто-то очень «старается», создавая все условия для развития беззаконий в современном человечестве. И потому сегодняшние детишки имеют в своих душах засеянного греха несравненно больше, нежели их сверстники, скажем, в XIX веке.

Но, несмотря на этот скорбный факт, отчаиваться не стоит. Как говорит старец Паисий Святогорец, хотя современные молодые люди и узнали все зло, все множество таких грехов, которых не знали прежние люди, тем не менее, они могут спастись, проявив и особое покаяние. Господь разными путями ведет их к этому покаянию, к осознанию своих отрицательных качеств, приобретенных ими еще в детстве.

В молитве ко причащению Симеона Метафраста 3 есть такие слова: «Идеже преумножится грех, преизобилует благодать Твоя».4 Это значит, что несмотря на наше бедственное состояние — на то, что мы уже пропитываемся злом все больше и больше, Господь все-таки заботится о нас, умножая Свою благодать и преизобильно изливая ее на каждую заблудшую душу.

И эта забота проявляется даже тогда, когда человек уклоняется на какой-то ложный путь (идет к сектантам, проявляет интерес к экстрасенсорике, ищет духовности в восточных религиях). Однако если такой человек по-настоящему ищет цель жизни, искренним сердцем хочет познать: «В самом ли деле есть Бог и как с Ним можно и нужно общаться?» — то Господь такого человека никогда не отринет. Он слышит все его, может быть, даже не совсем скромно высказанные желания и являет Свою милость.

Привелось нам как-то раз прочитать в одном православном журнале такое повествование:

«Некий человек-инвалид, по имени Сергей, за свою жизнь прочел множество книг на религиозные темы. Он вдумчиво конспектировал прочитанное, но все-таки никак не мог понять: где истина, как нужно верить и молиться?

В конце концов, устав от бесплодных раздумий, Сергей решил отправить все свои конспекты в мусорный ящик. Собрав бумаги в мешок, он мысленно произнес: «Какая религия сама правильная — пусть тот конспект ко мне вернется».

И произошло чудо. Буквально на следующий день знакомый Сергея, работающий дворником и грузивший мусор, принес инвалиду его записи о Православии: «Смотри-ка, что я интересное нашел! Возьми и почитай».

Сергей был удивлен и поражен. С этого дня он окончательно и без всяких сомнений стал православным.»5

Вот такими многообразными путями Своего Премудрого Промысла приводит Господь людей к вере и спасению — лишь бы сами люди искренне желали обрести Бога в своей душе.

А вот еще пример — случай, который произошел в наших местах с одной молодой женщиной.

Случилось так, что эта женщина, ее сестра и брат были соблазняемы иеговистами и уже склонились к общению с ними. Они начали доверять заблуждениям сектантов, в том числе, смотреть без веры и должного почитания на святые иконы.

Узнав об этом, мы попытались им как-то помочь. Дали им большие иконы Спасителя и Божией Матери (бумажные, патриархийного издания6), рассказали о необходимости почитания православных икон, о молитве Иисусовой, молитвах «Отче наш», «Богородице, Дево, радуйся» и других важнейших православных молитвах. Слава Богу — после нескольких наших бесед эти люди начали возвращаться в лоно Православной Церкви.

Когда же, по прошествии некоторого времени, мы вновь спустились в селение, женщина рассказала нам следующую историю: «В один из вечеров сидели мы на кухне, было нас человек десять». Здесь, на Кавказе, существует такой обычай: собираются по вечерам на кухне родственники, соседи, друзья, знакомые, горит печка, и ведутся разные разговоры. «И вот, — рассказывает эта женщина, — они разговаривают между собой, а я сижу на стуле, смотрю на иконы и внутренне молюсь, Иисусову молитву читаю. Вдруг все как бы подернулось какой-то дымкой, я никого не стала видеть и никого не стала слышать. А молитва — такая сладкая и приятная. И вдруг за окном раздался голос: «У-у-у! Христиане, кому вы молитесь!.. вы бумажке молитесь!.. кому вы молитесь!..» Я встрепенулась, смотрю на всех — думала, что все слышат.

- Вы что-нибудь слышали?

- Нет, мы ничего не слышали. А что?

И я поняла, что кроме меня никто этого голоса не слышал».

Вот пример женщины-мирянки, которая, при ее искреннем желании молиться живо, получила такую молитву. Господь нелицеприятно дал ей этот молитвенный опыт. А раздраженный бес, злобясь на нее за то, что она оставила иеговистов и начала усердно молиться даже среди «кухонного базара», попытался разорить ее молитву своими богохульными выкриками7

Господь слышит каждого человека, будь то монах, мирянин или неофит (т.е. новоначальный) — лишь бы человек искренне обращался к Богу. В какой форме — или Иисусову молитву он читает, или Псалтирь, или по молитвослову утренние и вечерние молитвы — это не столь важно. Нужна только искренняя, сердечная непосредственность, можно сказать, детская обращенность к Богу. И Бог, будучи нашим Отцом, принимает обращение нашего сердца. Только нужно следить за тем, чтобы высказываемые нами желания были бы угодными Богу.

Нужно быть внимательными, чтобы не просить у Бога помощи на какие-то небогоугодные дела

- А если желание человека небогоугодно, однако он просит и усердно молится об этом?

- На эту тему пришлось мне в свое время услышать одну весьма назидательную повесть о святителе Николае.

В прежние, еще царские, времена жил некий конокрад. И хотя по своему занятию он был вор, но, как христианин, все же иногда молился. И вот однажды он увидел замечательную тройку лошадей, которую непременно захотел угнать. Как на беду, хозяин оказался человеком состоятельным и весьма осторожным. После нескольких неудачных попыток вор понял, что украсть лошадей ему не удастся.

Что тут оставалось делать? Только молиться.

Пошел конокрад в церковь. Купил большую свечку, поставил перед иконой святителя Николая, зная, что он скорый помощник на всякое дело, и начал молиться и просить: «Святитель Николай! Помоги мне угнать эту тройку! Трудно мне, никак я не могу ее подстеречь!» Помолившись усердно, конокрад пошел на свое «дело», и оно ему удалось. Довольный такой удачей, он выгнал лошадей за город и поскакал в селение.

Однако прошло немного времени, и вдруг сзади послышался шум — конский топот. Оглянулся конокрад, а это его догоняют верховые всадники.

Ну, все, пропал! Наверняка догонят, потому что верховые бегут быстрее, чем тройка. Безвыходное положение — везде поле, нигде нельзя скрыться. «Господи, помоги! Святитель Николай, помоги — плохо дело будет мне!» — взмолился вор и давай что есть силы нахлестывать лошадей.

Впереди показался крутой поворот дороги. Конокрад чуть приостановился, чтобы не перевернуть упряжку. Вдруг видит: навстречу идет старичок и показывает на какой-то бугор: «Вон туда, туда! На обочину дороги! Там можешь спрятаться!» Беглец это понял, спрыгнул с тройки, и — скорее к этому «бугру», а тройка поскакала дальше.

Подбежал, смотрит: это павшая лошадь. Она уже начала разлагаться, раздулась вся, смрад стоит страшный. Но делать нечего, пришлось под нее лезть. Спрятался и лежит, ждет.

Всадники проскакали вслед за тройкой, старичок зовет: «Вылезай, уже проскакали твои гонители». Вылез бедняга из своего «убежища», отдышаться не может: «фу-у-у! — говорит. — Какая мерзость! Чуть не задохнулся от этого смрада!» А старичок ему в ответ: «Вот так же мне и твоя свечка, которую ты поставил, и начал просить меня, чтобы я помог тебе угнать лошадей».

Старичок стал невидим. А пораженный чудом вор начал горько раскаиваться: «Прости меня, Господи! Прости, святитель Николай, что я так оскорбил тебя своей негодной молитвой!» Потом он пошел в церковь и все рассказал батюшке: каким образом святитель Николай вразумил его и привел к покаянию.

Подобным образом и нам нужно быть внимательными, чтобы не просить у Бога помощи на какие-то небогоугодные дела. Господь слышит все наши молитвы, все наши высказанные и не высказанные желания, но только нам самим нужно стараться не оскорблять величие и праведность Божию не только какими-то своими нехорошими делами, но даже и молитвами.

Читать продолжение...

Молитва — это тайна общения души с Богом

Share this post


Link to post

Письмо игумена Никона Воробьева своим духовным детям ( письмо 85)

 

 

..."У преп. Макария Египетского отношение смирения к прочим добродетелям изъясняется притчей о роскошном обеде, устроенном для царя и вельмож. Но так как все было приготовлено без соли (т. е. смирения), то вместо благодарности устроивший обед подвергся только гневу царя. Так, без смирения всуе добродетели человека . При внимании себе, при постоянной борьбе с грехом человеку станет видно, как глубоко испорчен человек и как пронизано все существо человека гордостью. Победить всякое мнение о себе, свое тщеславие, свою гордыню – равносильно победить весь грех.

 

И вот, оказывается, что грехопадения человека и могут помочь ему в приоретении смирения (если только человек не будет винить в своих падениях никого и ничего, а обвинит себя, что и есть вполне правильно. Во всем виновен сам человек, а обстоятельств а и дьявол только содействуют греху, соблазняют, а окончательное решение принадлежит человеку, потому он и ответственен целиком. Это подтверждают и угрызения совести после совершения греха).

 

Борясь с грехом, живущим в себе, и постоянно впадая в те или другие грехи, человек опытно, а не теоретически, познает свою порчу, свое бессилие и постепенно приобретает смирение. Всюду и постоянно побежденный грехами, он наконец в глубоком сокрушении сердца, со слезами припадет ко Господу, сознается от всей глубины души в своей греховности, в своем бессилии самому победить грех и будет умолять Господа: "Боже, аще хощеши, можеши мя очистити (так говорил прокаженный), а сам я ничего не могу сделать. Господи, спаси меня, Господи, научи мя творити волю Твою, Господи, изведи из темницы душу мою". Тут же человек познает и великое милосердие Божие к падшему человеку, ибо при искреннем раскаянии Господь ограждает человека, снимает с него грех, исцеляет язву в душе, сделанную грехом, и человек на своем опыте познает бытие Божие, промышление Его о человеке, познает, что близ Господь к сокрушенным сердцем, что Он воистину врач душ наших, и проч. и проч.

И, таким образом, грехопадения, будучи злом, делаются причиною величайшего добра. В этом дивная Премудрость Божия, как и во всем, во всем...

Поэтому, родной мой ... , не унывай, когда впадешь в какой грех, а обвини себя пред Богом, исповедуй Ему свое согрешение, не обвиняя никого, смирись, познай свою немощь во всем и проси у Господа, чтобы Он сотворил в тебе Свои св. заповеди. Но это не значит, что ты сам не должен всеусильно бороться. Нужно всеусильно бороться, надо изучать приемы борьбы у Св. Отцов, надо предусматривать обстоятельства, способствующие победе или поражению, и избегать последних и искать первых, а главное – при возникновении греховных помыслов не переставать от всего сердца вопиять ко Господу о помощи с сознанием своего бессилия самому победить грех. Даже если впадешь в грех, то и при совершении греха надо вопиять ко Господу и, не стыдясь, повергать себя мысленно пред Богом, говоря: "Господи, вот видишь, что я творю, помилуй мя, помоги мне, освободи от власти диавола"... И плачь пред Господом внутри, как можно чаще взывай к Нему, чтобы Он помог тебе во всем, во всей жизни, ибо трудно среди мира сего исполнить заповеди. Почему и плакали древние Отцы о людях нашего времени, что много будет погибающих от грехов.

Еще есть мощное средство в борьбе со всяким грехом: как только впал в какой большой грех, иди исповедуй пред духовником. Если нельзя сразу, то при первой возможности, ни в коем случае не откладывая на завтра и далее! Кто часто и сразу исповедует грехи, тот доказывает, что он ненавидит грех, ненавидит плен дьявольский и готов претерпеть стыд при исповедании, лишь бы изба виться и очиститься от греха, и за это получает от Господа не только прощение в совершенных грехах, но и силу бороться в дальнейшем и полную победу, не приобретая и при победе высокого мнения о себе и гордыни. Обрати внимание на это! (Везде сети дьявола).

 

Итак положи начало благое: борись по силе, не унывай при падениях, а сокрушайся, вопи ко Господу, предусматривай заранее обстоятельства и избегай вредного и опасного, исповедуйся немедленно пред духовником, приобретай смирение, вспоминая прошлые грехи, падения и нынешние, и Господь поможет тебе, и ты будешь искусный воин Христов, могущий и другим помочь впоследствии.

 

Не предавайся лености. Если в одном одолеет лень, берись за другое дело. Не оставляй своего маленького правила. Положи себе в правило обязательно хоть один раз в час обратиться к Господу и Божией Матери с молитвой о прощении и помощи, а если будет возможность и сила, то и чаще..."

 

http://lib.eparhia-saratov.ru/books/13n/nikon_v/repentance1/89.html

Share this post


Link to post

http://www.pravoslavie.ru/smi/57229.htm?utm_source=twitterfeed&utm_medium=twitter

 

Если бы человечество соблюдало одну заповедь – мы бы уже жили в раю

 

 

Монах Гавриил Карейский

 

Старец Гавриил – один из самых известных современных афонских старцев. Вот уже много лет он подвизается в келье Святого Христодула близ столицы Афона – города Кареи. Количество паломников, которые стремятся увидеть старца, не поддаётся исчислению. Сотни людей приезжают к нему в келью и тысячи приходят к нему за благословением, когда он выезжает за пределы Афона. Мы публикуем выдержки из уникального интервью Гавриила Карейского, в котором он коснулся самых острых проблем современности. 85367.p.jpg?rnd=428585

- Бог ждёт нашего покаяния, чтобы спасти нас. Господь не желает ни войн, ни бедности, ни болезней. Бог сотворил нас не для того, чтобы мы страдали на земле, а затем попадали в ад. Но Он не может спасти нас, если мы сами этого не захотим.

Святые отцы говорят, что покаяние способно спасти не только нашу страну, но и всё человечество. Без покаяния мы погибнем! С нами случится то же, что и с жителями Содома и Гоморры: они все (кроме Лота и двух его дочерей) сгорели дотла. Или то же самое, что с человечеством во времена Ноя: мы утонем в пучине.

Бог дал нам Свой Закон, чтобы мы были счастливы на земле и наследовали вечную радость Рая. Если бы человечество соблюдало одну единственную заповедь из Евангелия, мы бы уже здесь, в этой жизни, жили в Раю.

- Какую заповедь?

- «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Если люди начнут её исполнять, не нужны будут больше армии, закроются военные производства. Тюрьмы, юридические факультеты и суды будут нам без надобности. Полицейские вынуждены будут сменить работу. Закроются предприятия производящие сигнализации и замки.

- Почему?

- Если я люблю ближнего, как самого себя – разве я пойду убивать самого себя? Обворую самого себя? Причиню вред самому себе?

Бог очень огорчён поведением современных православных. Ведь мы отреклись от него. Отменили Его Закон и установили свои собственные законы.

Однажды, во время одного из своих сражений, Александр Македонский увидел солдата, которые спрятался за спинами товарищей. Он подбежал к нему и спросил: «Как тебя зовут?». «Александр», – отвечал ему юноша. «Алексадр? В таком случае или ты изменишь своё поведение, или изменишь своё имя. Видел ли ты когда-нибудь чтобы я прятался во время сражений?», – сказал ему на это Александр Македонский.

Вот и Парламент Греции или должен изменить поведение, или имя. Со всем тем, что он творит, ему не престало называться «Βουλή» (Своё название Парламент Греции получил от слова Βουλή – воля, хорошо продуманное решение. Примечание переводчика). Куда больше ему подходит имя «безвольный, непоследовательный и непродуманный». Потому что он упразднил Закон данный Богом и напринимал своих собственных «законов».

Одна из десяти заповедей гласит: «не убий». Греческие депутаты говорят: «Долой Закон Божий: убивай» и узаконивают аборты.

Господь говорит: «Не прелюбодействуй». А они снова за своё: «Долой Закон, данный Богом». Узаконивают проституцию, гомосексуализм, кремацию умерших, гражданский брак. Убирают иконы из общественных зданий и крест с греческого флага. 85371.p.jpg?rnd=366370

Греческие депутаты заботятся о благе своей Родины? Хотят для неё добра?Заботятся о сохранении нашей христианской идентичности? Они отцы и спасители народа или его губители и искоренители?

Своими словами и делами политики демонстрируют, что не верят в Бога, в бессмертие души, в Рай и ад, в Страшный Суд и воздаяние за грехи. Всё перечисленное они считают опасными заблуждениями и «опиумом для народа».

Если они не раскаются, их не примет даже ад. Бог создаст для них особое место мучений. И вместе со всеми своими званиями, почестями и «политическими заслугами» они «украсят» самые глубокие и страшные места преисподней!

Элефтериосу Венизелосу1 принадлежат слова: Политикан думает о следующих выборах, политик о грядущих поколениях. А наши политические деятели думают о грядущих судьбах Отечества?

Политики прошлого жили для Родины, а не за счет Родины. А сегодняшние депутаты разве живут для Греции?

- Что вы думаете о кощунственной театральной постановке Corpus Christi (где Спаситель и его ученики изображены как люди нетрадиционной ориентации) и других случаях открытых нападок на Православную Церковь?

- На протяжении веков многие антихристы c бешенством ополчались на Главу нашей Церкви.

Но даже они не осмеливались оскорбить и опорочить моральный облик нашего Спасителя.

Антихристы нашего времени потеряли всякий стыд: они (простите, что я вынужден повторять эти слова) изображают Господа аморальным, грешным, развращенным, лентяем и неуравновешенным. Стыд и позор!

Даже некоторые, называющие себя «православными», верят этим россказням про Спасителя. В своём развращении и низости люди превзошли самого диавола! 85369.p.jpg?rnd=296369

- В Священном Писании сказано, что христианам следует избегать судебных тяжб2. Но как поступать в случаях, когда хулят Имя Божие? Можно ли противостоять кощунникам?

- На это даёт ответ Святитель Иоанн Златоуст: «Но раз у нас зашла теперь речь о хуле, то я хочу просить всех вас об одной услуге, взамен этой речи и рассуждения, – именно, чтобы вы унимали в городе тех, кто богохульствует. Если ты услышишь, что кто-нибудь на распутье или на площади хулит Бога, подойди, сделай ему внушение. И если нужно будет ударить его, не отказывайся, ударь его по лицу, сокруши уста, освяти руку твою ударом; и если обвинят тебя, повлекут в суд, иди. И если судья пред судилищем потребует ответа, смело скажи, что он похулил Царя ангелов, ибо если следует наказывать хулящих земного царя, то гораздо больше оскорбляющих Того (Царя)».

- То есть митрополит Пирейский Серафим, который подал жалобу в суд на создателей кощунственной театральной постановки, поступил правильно?

- Да. В случаях, когда оскорбляется Имя Божие, мы должны бороться.

Нам не следует обращаться в суды, только когда дело касается наших личных дел. В таких случаях лучше пусть нам причинят несправедливость, чем мы обратимся в судебные инстанции.

Расскажу Вам две истории. 85366.p.jpg?rnd=966839

На Святой Горе Афон в Катунаках жил старец Ефрем. Один из его соседей построил при своей келье Церковь и решил сделать в ней иконостас. Он пошёл к одному монаху и спросил:

- Сколько монет возьмёшь за то чтобы сделать мне иконостас?

- 15.

Пошёл к другому:

- Сколько будет стоить работа?

- 12.

Тогда он пошёл к отцу Ефрему и сказал ему:

- Сделай мне иконостас.

Отец Ефрем без лишних вопросов взялся за работу. Когда всё было готово, сосед предложил старцу за его многодневный и тяжелый труд всего две монеты и спросил его:

- Достаточно, отче?

- Достаточно, – отвечал старец Ефрем.

После того как сосед ушёл, к отцу Ефрему подошёл один из его послушников:

- Геронда, он же обманул тебя! Ты так долго работал и получил всего две монеты?

На что старец Ефрем ответил:

- Сынок, оставь нам что-нибудь и для будущей жизни. Если здесь на земле мы получим всё, «что нам причитается», какую награду тогда получим в вечности?

Прошли годы, и старец Ефрем умер. И вот однажды послушник увидел его во сне. Старец стоял в прекрасной долине, а вокруг него стояли небольшие красивые домики. Один из них был особенно прекрасен, и послушник спросил:

- Отче, а это что за дом?

- Он построен на те деньги от иконостаса. То, что мы недополучим на земле, воздаст нам Господь. 85368.p.jpg?rnd=571213

А вот другой случай:

Два человека поссорились из-за земельного участка. Они не могли миром разрешить спор и решили попросить помощи у мудрого старца.

Выслушав их, подвижник предложил им пройти на спорную территорию.

«Эта земля моя», – кричал один. «Нет, моя», – возражал ему другой.

Тогда старец встал на колени и стал молиться. Потом поднялся и сказал:

- Я спросил у земли.

- И что она тебе ответила? – поинтересовались спорщики.

- Она ответила, что вы принадлежите ей, а не она вам.

 

Share this post


Link to post

Так как действовать христианину , когда волей случая ему необходимо пройти судебное разбирательство .

Ведь иногда получается так как в Евангелие :Мф.23:4. связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их; Мф.23:5. всé же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди........"

 

Как поступать в таких случаях ?

Share this post


Link to post

Каждый случай возможной предстоящей судебной тяжбы специфичен и уникален. Христианину не следует проявлять свою самость, он должен понимать и осознавать, что слеп и глух. Слепоту на глаза его и глухоту на уши налагает грехопадение - страстность плотских потребностей и преобладание их над духовными. По этому следует непременно искать наставления и вразумления у более опытных духовных наставников - испрашивать благословение и неуклонно следовать полученным предписаниям. Причём совершенно неприемлема частая практика собственного очковтирательства - подходим к батюшке, ладошки лодочкою складываем, голову пригибаем - "Благословите, батюшка, на праведные дела.", и ждём благословения... Нет, так лукавствовать не пойдёт. От Бога не укроешься. Нужно подойти и рассказать всё о том на, что испрашиваешь благословения, всё, что видишь и чувствуешь в своём будущем суде.

 

Безусловно если можешь избежать суда, то нужно избегать его, но не лукавством и сокрытием себя от него, а предварением в жизнь добродетелей - смирения, щедрости, непротивления, уступчивости. Избегать пороков алчности, эгоизма, памятозлобия, гордыни. Потому, если суд касается твоей личной выгоды, а не жизненной необходимости, то уступи - отдашь на земле - обретёшь на небесах. Но если касается дело здоровья и жизни себя или благополучия попираемого ближнего, то вот здесь и нужна опытная оценка духовного наставника.

Share this post


Link to post

Опытных духовных наставников на всех не хватает .)))

ды что там... Сам Господь Бог стоит у дверей и стучит непрестанно... про наставников ли речь вести?

Share this post


Link to post

http://www.pravmir.ru/eres-prinyatiya-vsex/

 

Ересь принятия всех

 

15 ноября, 2012 • Валерий Панюшкин

 

Разговаривать. Задавать вопросы. Отвечать на вопросы — так решили публицист Валерий Панюшкин и священник Сергий Круглов. Решили и объявили совместную колонку. Валерий будет задавать вопросы, отец Сергий — размышлять над ними — вместе с читателями будут искать ответ.

Валерий Панюшкин

 

panushkin.jpg

Валерий Панюшкин. фото: Валерий Лукьянов

В миланском монастыре Санта Мария ди Кьяравалле я оказался на две недели случайно, по стечению обстоятельств. Это было начало 90-х годов, и я был одним из первых российских аспирантов, получивших грант на учебу в Италии. Разумеется, никто тогда не умел оформлять грантов, никто не умел подписывать договора с европейскими университетами и переводить деньги на счета европейских университетов. Одним словом, деньги мои потерялись, и я оказался в Италии буквально без копейки денег, буквально бомжом на улице.

Некоторое время (продолжая ходить по архивам и на лекции) я жил в сквоте арабских торговцев наркотиками, но они (из лучших побуждений, желая дать мне подзаработать) то и дело настаивали на том, чтобы я торговал героином. И пришлось уйти.

Тогда совершенно случайно по учебным делам встреченный цистерцианский монах падре Лоренцо предложил мне пожить в монастыре.

«Вообще-то, — сказал Лоренцо. – Святой Бернард Клервосский прямо написал в уставе ордена, что мы монахи-цистерцианцы должны давать кров и еду всякому, кто постучит в ворота. На самом деле немного сложнее. Ну, надо позвонить в монастырь и спросить, есть ли свободные гостевые кельи».

Мне выделили келью с душевой кабиной, солдатской кроватью, письменным столом и распятием. Меня кормили три раза в день в общей трапезной под чтение жития святого Бернарда. И так продолжалось две недели, пока не нашлись на счетах университета мои потерявшиеся деньги.

Это не было со стороны цистерцианцев миссионерством, никто не склонял меня перейти в латынскую веру, наоборот искренне интересовались, как у православных то, да как у православных это. Да мне и не захотелось в католики.

Но мне захотелось научиться вот этому принятию чужого человека, просто потому что ему некуда идти и он постучал в ворота. Меня «сохранили яко немощна» и «окормили яко странна». И мне захотелось учиться этому у людей, которые это умеют.

Вернувшись в Россию, я стал искать таких людей и такое место, где умели бы принимать человека безусловно, просто потому что он человек. И нигде не находил. Везде выдвигались условия: мы тебя примем, если ты бросишь курить, покаешься в том, покаешься в этом, отречешься от апокатастасиса, уверуешь во ад… Поймите, я не пытался лезть в чужие монастыри со своим уставом, я выбрасывал сигареты за версту до Оптиной пустыни, а потом два дня на всех службах вместо Бога думал только о табаке. Я не хотел, чтобы мне разрешили грешить. Но я искал людей, которые умели бы не осуждать грешников.

И я нашел. Главного врача Первого московского хосписа Веру Миллионщикову. К ней в Хоспис я ходил чаще, чем в церковь. Там принимали всех – бедных, богатых, злых, добрых, праведников, убийц… Несколько лет Хоспис был моим храмом и Вера была моим исповедником. Поговорив с нею, мне легко было зайти в любой храм, где любой поп накрывал мне голову епитрахилью и допускал к причастию.

С тех пор, как Вера умерла – вот уж два года — некому учить меня этой ереси принятия всех.

Священник Сергий Круглов

 

Знакомо-знакомо!…

kruglov.jpg

Священник Сергий Круглов

У нас в Минусинске при Спасском соборе нет специальной службы, «заточенной» под принятие постояльцев, гостиницы, хосписа и проч. Тем не менее, ситуация принятия странников знакома и нам.

Во дворе собора есть у нас маленький крестильный храм, а под ним – подвал, в котором и просфорня с большой печью, и комнатка, где переодеваются священники, там же имеется пара диванов. И каких только странников туда ни принимали… Воцерковленные и невоцерковленные, паломники, освободившиеся зеки, беглые виссарионовцы (секта «Последнего Завета» располагается в соседнем Курагинском районе, люди, находящиеся там, обычно передают всё свое имущество во владение администрации Виссариона, и коли захотят потом уйти, то идти им некуда…), болящие с детьми и без детей, люди в самых разных житейских обстоятельствах – все, так сказать, промелькнули перед нами, все побывали тут.

Разумеется, никакое доброе дело да не останется безнаказанным, и влетали мы не раз – то проходимцы оказывались, то психбольные, то еще кто…

Помню, однажды приютили мы переночевать одного св. паломника, странствующего по св.обителям Сибири. Вид он имел соответствующе св. : брада, четки, смиренный взор, тихая речь, простите-благословите-во славу Божию… Ну, священнопереночевал, а наутро и ушел не попрощавшись. Собрав заодно (а была зима) в комнате священников все, что может пригодиться паломнику в его пешешествовании: у кого-то шапку, шарф, у дьякона – теплую зимнюю куртку, у меня сумку (хорошо хоть паспорт выложил), деньги у всех какие были… Долго поминали мы его в своих св.молитвах, незлым, тихим словом.

Смех и грех – смехом; но тема, затронутая вами, очень важна… Судя по яркому выражению, употребленному вами – «ересь принятия всех» — вы, поди, думаете, что немилосердие к чужим есть массовое явление, характерное именно для нашей православной Церкви, и почти как бы даже негласная установка?… Думаю (да, скорее всего, думаете и вы, Валерий), что это не так. В нашей Церкви есть немало людей, служителей и мирян, живущих не по понятиям мира сего и его злобы дня, а в соответствии с евангельским устроением своего сердца и ума. Живется им , это да, нелегко, но все силы и труды, которые они тратят, восстанавливает Бог…

Другое дело, что в той же бытовой жизни Церкви немилосердие и ксенофобия распространены, увы, широко, это верно. Но проблема вот в чем: они же распространены и в российском обществе. Часто, критикуя Церковь, критики упускают из виду простую вещь: от общества Церковь не отделена, храмы наполняют те же люди, которые ходят по улицам. Копни любую церковную проблему, из тех, о которых сегодня спорят в СМИ или интернете – и увидишь: проблема-то это общероссийская. Самая что ни на есть нашенская…

То же самое – и в данной ситуации. В той же Италии, вообще в Европе (нисколько их не идеализирую, зане и там смертные человеки живут, как пела группа «Воскресенье» : «Там такое же синее небо и такая же трудная жизнь»…) житейские, повседневные навыки демократии, соблюдения законов, уважительного отношения к личности, нажиты давно, имеют глубокие корни. А у нас, увы – сами знаете… Да и когда бы нам их было наживать: то война, то перестройка, то понос, то золотуха, где уж тут о правах человека думать, когда то воздушная тревога, то на свободу велят идти с чистой совестью…

Априорное уважение к личности человека, уже хотя бы потому, что он не только равен мне перед лицом закона, но главное потому, что он , как и я – Божье дитя, лежит в основе демократии (не помню кто сказал: «Демократия – очень несовершенное общественное устройство, но оно, увы, единственное, в основе которого лежит христианство»). У нас в России какая главная ценность? Правильно: либо идеология, либо как сегодня – газ, нефть, недра…. А человек, личность!… Ерунда какая. Расходный материал, население, которым можно манипулировать так или иначе в тех или иных целях (благих или ужасных – другой вопрос).

Это, конечно, не декларируется – но жизнь показывает: это среда, в которой мы живем каждый день, мы с этим родились, к этому приспособились, для всех нас это естественно. И видеть мир иначе, иначе относиться друг к другу, когда того требует жизнь и заповедь Христова, нам бывает ох как тяжело – хотя, конечно, нас самих, когда мы ведем себя привычно по-мордорски, это нисколько не оправдывает.

Так что выражение «ересь принятия всех» можно сделать красивым слоганом – но на деле, в конкретных житейских случаях, все не так просто…. Источник всякого зла –в сердце человека. Чтоб как-то с ним бороться вовне, надо не пускать его в свое сердце прежде всего. Миловать самим, помогать нуждающимся, не теряя при том и трезвомыслия с рассуждением, не шибко судя тех, кто этого не делает – другими займемся потом. Помните слова Евангелия:

«Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно»?

Вот они – примерно про это.

Share this post


Link to post
Почему мы, разговаривая, часто друг друга не слышим? Почему мы часто не можем достучаться один до другого — найти общий язык, договориться? Потому что мы оглохли. Мы не слышим ни Бога, ни себя, и, соответственно, не молимся и не разговариваем. Мы просто исполняем сигнальную функцию, машем руками, как регулировщики. Мы похожи на людей, которые только что закончили строить вавилонскую башню, и Бог их сделал не понимающими никого, кроме себя.

 

http://www.pravmir.ru/prot-andrej-tkachev-my-ogloxli-i-onemeli-video/

Share this post


Link to post

Искушение

 

А теперь я расскажу, так сказать, "обратный" случай, как опасно жить и даже говорить без имени Божия.

 

В самом начале моего монашества я был личным секретарем архиепископа Сергия, который в тот год был членом Синода, и потому жил в Петрограде. Кроме этого, я был еще чередным иеромонахом на подворье, где жил архиепископ. Наконец, на мне лежала обязанность проповедничества. Благодаря же проповедничеству я, в некотором смысле, стал казаться "знающим", и ко мне иногда простые души обращались с вопросами.

 

Однажды после службы подходит ко мне простая женщина высокого роста, довольно полная, блондинка, со спокойным лицом и манерами, и, получив благословение, неторопливо говорит:

 

— Батюшка! Что мне делать? Какое-то искушение со мной: мне все "вержется" (великорусское слово; означает – "бросается", от слова "ввергать", — Прим. авт.) в глаза и представляется. Обычно — ложно, мечтательно.

 

— Как так?— спрашиваю.

 

— Ну, вот. Стою я, к примеру, в церкви, а с потолка вдруг ведро с огурцами падает около меня. Я бросаюсь собирать их — ничего нет... А я неловко повернулась, когда кинулась за огурцами-то, да ногу себе повредила, видно, жилу растянула. Болит теперь.

 

Дома по потолку кошки какие-то бегают, головами вниз. И всякое такое.

 

И все это она рассказала спокойно, никакой неврастении, возбужденности или чего-либо ненормального даже невозможно было и предположить в этой здоровой тулячке.

 

Муж ее, тоже высокий и полный блондин, со спокойным улыбающимся лицом, служил пожарным на Балтийском Судостроительном заводе. Я и его узнал потом. И он был прекрасного здоровья. Жили они между собою душа в душу, мирно, дружно.

 

Ясно, что здесь причины были духовные, сверхъестественные. Неопытный, я ничего не мог понять. Еще меньше мог что-либо сделать, даже не знал, что хоть сказать бы ей...

 

И спросил, чтобы продлить разговор:

 

— А с чего это у тебя началось?

 

— Да вот как. Сижу это я в квартире. А пожарным казенные дома дают, и отопление, и освещение. И жалование хорошее — нам с мужем довольно. Детей у нас нет и не было — Бог не дал, Его святая воля. Сижу у окна за делом, да и говорю сама себе:

 

— Как уж хорошо живется: все есть, с мужем ладно... Красный угол передо мною был, и вот после этого вдруг выходит из иконы Иван Предтеча, как живой, и говорит мне:

 

— Ну, если тебе хорошо, так за это чем-нибудь отплатить нужно, какую-нибудь жертву принести. Не успела я от страха-то опомниться, а он опять:

 

— Вот зарежь себя в жертву.

 

И исчез. А на меня, батюшка, такой страх напал, такая мука мученическая схватила меня, что я света белого не взвидела. Сердце так защемило, что дыхания нет. Умереть лучше. И уже, как без памяти, бросилась я в кухню, схватила нож и хотела пырнуть себя в грудь-то им. Уж очень сильная мука была на сердце. Уж смерть мне казалась легче...

 

Ну, и сама опять не знаю как случилось — но ножик точно кто выбил из рук. Упал он наземь. И я в память пришла. Вот с той самой поры и начало мне представляться разное. Я теперь и икону-то эту боюсь.

 

Выслушал я и подивился. Первый раз в жизни пришлось узнать такое от живого человека, а не из житий.

 

— Ну, чем же я тебе помогу? Ведь я не чудотворец. А вот, приди ныне вечером к службе, исповедуйся, завтра причастись Святых Тайн. А после обедни пойдем к тебе на квартиру и отслужим молебен с водосвятием. А там дальше, что Бог даст. Икону же, коли ты ее боишься, принеси ко мне.

 

Она покорно и тихо выслушала и ушла. Вечером принесла икону св. Иоанна Предтечи. Как сейчас ее помню: вершков 8x5 величиною, бумажная олеография, в узенькой коричневой рамочке.

 

После Богослужения эта женщина исповедывалась у меня. Редко бывают люди такой чистоты в миру. И грехов-то, собственно, не было. Однако она искренне в каких-то мелочах каялась с сокрушением, но опять-таки мирно... Вообще она была "здоровая" не только телом, но и душою. На другой день причастилась, а потом мы пошли к ней на квартиру.

 

Я захватил с собою все нужное: и крест, и евангелие, и кропило, и требник, и свечи, и кадило, и ладан. А епитрахиль забыл, без чего мы не можем свершать служб. И уже на полдороге вспомнил. Что делать? Ну, думаю, не возвращаться же.

 

— Пойдем дальше. Ты дома дай мне чистое полотенце, я благословлю его и употреблю вместе епитрахили. Так нам разрешается по церковным законам в случае нужды. Только ты после не употребляй его ни на что по домашнему, а уж или пожертвуй в Церковь, или же, еще лучше, повесь его в переднем углу над иконою. Это тебе в благословение будет.

 

Квартира — самая обыкновенная комната, выбеленная чисто, везде порядок. В углу икона с лампадкой. Муж был на службе.

 

Отслужили мы молебен, окропили все святой водою. Полотенце она тут же повесила над иконами. Угостила меня чаем. И я ушел.

 

Дня через два-три я увидел ее в церкви подворья и спросил:

 

— Ну, как с тобой?

 

— Слава Богу! — говорит она — все кончилось.

 

— Ну, слава Богу! — ответил я и даже не задумался, что совершилось чудо. А скоро и забыл совсем. И никому даже не хотелось почему-то рассказывать о всем происшедшем. Только своему духовному отцу я все открыл, и то для того, чтобы спросить его, почему это все с ней случилось.

 

Когда он выслушал меня, то без колебания сказал мне:

 

— Это оттого, что она похвалилась. Никогда не следует этого делать, а особенно вслух. Бесы не могут переносить, когда человеку хорошо: они злобны и завистливы. Но если еще человек молчит, то они, как говорит св. Макарий Египетский, хотя и догадываются о многом, но не все знают. Если же человек выскажет вслух, то узнав, они раздражаются и стараются потом чем-либо навредить: им невыносимо блаженство людей.

 

— Ну, а как же быть, если и в самом деле хорошо?

 

— И тогда лучше "молчанием ограждаться", как говорил преподобный Серафим. Ну, а уж если и хочет сказать человек, или поблагодарить Бога, тогда нужно оградить это именем Божиим: сказать "слава Богу" или что-нибудь иное. А она сказала: "как хорошо живется", похвалилась. Да еще не прибавила имени Божия. Бесы и нашли доступ к ней, по попущению Божию.

 

Вот и преподобный Макарий говорит: "если заметишь ты что доброе, то не приписывай его себе, а отнеси к Богу и возблагодари Его за это".

 

После из-за этого случая мне многое стало ясно в языке нашем. Например, в обыкновенных разговорах люди всех стран и религий, а особенно христиане, весьма честно употребляют имя Божие, если даже почти не замечая этого.

 

— Боже сохрани! Бога ради! Бог с вами. Ах, Господи!

 

— Да что это такое Боже мой! Ой, Боже мой! и т.п. А самое частое употребляемое имя Божие — при прощании:

 

— С Богом!

 

Отчего все это? Оттого, что люди опытно, веками, коллективным наблюдением заметили пользу от одного лишь употребления имени Божия, даже и без особенной веры и молитвы в тот момент.

 

Но особенно достойно внимания отношение к похвалам нашего русского "простого", а, в сущности, мудрого человека. Когда вы спросите его: "Ну, как поживаете?", он почти никогда не похвалится, не скажет "хорошо" или "отлично". А сдержанно ответит что-либо такое:

 

— Да ничего, слава Богу...

 

А другие еще благоразумнее скажут, если все благополучно:

 

— Милостив Бог. А вы как? Или:

 

— Бог грехам терпит.

 

Или просто совсем и обычно:

 

— Помаленьку, слава Богу!

 

И повсюду слышишь осторожность, смирение и непременное ограждение именем Божиим.

 

Например, завяз воз в грязной котловине. Лошаденка из сил бьется. Иной безумец и бьет ее, несчастную, и бранится отчаянными словами. А благоразумный крестьянин дает ей отдохнуть, приободрит, погладит. Потом подопрет воз плечом мужицким, махнет для приличия кнутом и крикнет:

 

— Э-э, ну-ка, родимая! С Богом!

 

И глядишь, выкарабкались оба...

Источник:http://lib.pravmir.ru/library/readbook/1028#part_6691

Share this post


Link to post

Законы роста в душе человека

 

Будьте подражателями мне, как я Христу.

 

1 Кор 11,1

 

Спасайтесь от рода сего развращенного.

 

Деян 2,40

 

При отношении человека с другими людьми имеет место закон взаимного влияния — передача чувств, как бы взаимного «резонанса», то есть пробуждения в чело­веке того душевного переживания, которое он чувствует в другом. Закон этот сильно проявляется у родственных по духу душ.

 

Сильна способность восприятия положительных эмоций у мягких сердцем, легко восприимчивых, нежных душ и слаба у душ с «черствым сердцем». На основе это­го закона возникают чувства ответной любви, жалости, сочувствия, сострадания. Эта восприимчивость положительных эмоций особенно обострена у душ, исполненных Христовой любовью. Поэтому окружающая нас среда имеет для нас очень большое значение: она формирует нашу психику.

 

Соломон говорит: «Общающийся с мудрыми будет мудр, а кто дружит с глупыми, развратится» (Притч 13,21).

 

Преподобный Исаак Сириянин писал: «Лучше жить со зверями, чем с людьми худого поведения».

 

Основной закон духовного совершенства — «окружение себя обстановкой возвышающей, а не при­нижающей уровень души». Святые отцы говорили: «С преподобными — преподобен будешь, а со строптивыми — развратишься».

 

Старец Амвросий: «Когда дикая лошадь присмотрится, что прочие лошади идут спокойно, тогда и сама пойдет в ряд. Так и человек».

 

Важнейшим условием для подражания является взаимная связь душ через любовь, симпатию и доверие. Особенно сильное подражание себе могут вызвать люди с сильной целеустремленной волей и яркой индивидуальностью, а для христиан — подвижники, старцы, проповедники, духовные отцы и все праведники. Святые отцы советуют теснейшее сближение с людьми, у которых просвещенные души. Преподобный Иосиф Волоколамский говорит: «Следуй ему во всем, внимай словам его, делай приятное ему. Если ты нашел такого человека, будь покоен: ты нашел ключ к Царству Небесному».

 

По словам архиепископа Антония: «...та духовная сила, которая войдет в нас при общении со старцами, просветит и примирит нас с жизнью... будет заключаться не столько в самом содержании ответа [на наши вопросы), сколько в том обстоятельстве, что светящаяся в облике и речи старца перельется в нашу душу, и мы ощутим в себе совершенно новое, дотоле нам неведомое содержание».

 

Схиархимандрит Софроний оговаривается: «Со святыми жить не всегда легко». Никакой святой не может освободить от необходимости личной борьбы с живущим в нас грехом. Освободить нас от труда и подвига он не может. И потому святой может показаться жестоким.

 

Апостол Павел пишет: «Не обманывайтесь: худые со­общества развращают добрые нравы» (1 Кор 15, 33). Или: «Какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою?.. Какая совместность храма Божия с идолами?» (2 Кор 6, 14,16).

 

Господь говорит: «И потому выйдите из среды их и отделитесь... и не прикасайтесь к нечистому; и Я прииму вас» (2 Кор 6,17).

 

Апостол Павел: «Завещеваем же вам, братия, именем Господа Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно» (2 Фес 3, 6); и далее: «Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его» (2 Фес 3,14).

 

Апостол Павел: «Я писал вам не сообщаться с тем, кто, называясь братом, остается блудником, или лихоимцем... или злоречивым... с такими даже и не есть вместе... Итак, извергните развращенного из среды вас» (1 Кор 5,11,13).

 

Симеон Новый Богослов: «Мертв для святых мир и люди мира».

 

Старец Силуан: «Когда духовный человек встречается с недуховным, то обоим скучно и тяжело их общение».

 

***

 

Из книги «Близок к нам Господь: Жизнеописание, воспоминания духовных чад и труды схиигумена Саввы (Остапенко)»

Share this post


Link to post

О том, чтобы угождать Богу, а не кому-то или чему-то другому

 

Все христиане призваны к тому, чтобы исполнить в своей жизни волю Бога и угодить Ему. Об этом они всячески стараются и прилагают усилия. Однако дело богоугождения, или, по-другому, духовная жизнь, — очень непростое дело. Здесь христиан подстерегают многие ловушки, многие ложные пути, так что они находятся в постоянной опасности увлечься не тем видом деятельности, которая угодна Богу. И требуется многое внимание и многое рассуждение, чтобы этой опасности избежать.

 

Совершая то или иное действие, всегда нужно спрашивать себя: что за причина побудила меня поступать именно так, и кому я стараюсь этим угодить — Богу или кому-то еще? Ведь если мы не будем в этом вопросе внимательными, то может случиться, что почти вся наша деятельность, даже как будто бы и добрая, окажется неприятной Богу и неугодной Ему.

 

Часто, например, бывает, что люди вместо Бога угождают правилам, действующим в том или ином обществе, в той или иной среде. Ведь в любом обществе, в любом круге общения всегда имеются свои правила поведения, свои представления о том, что хорошо и что плохо, что можно делать и что нельзя. И вот человек часто становится заложником этих правил и всю свою деятельность осуществляет с оглядкой на них: а что будут говорить в обществе, что скажут люди, как это оценит коллектив или компания, не будут ли надо мной смеяться и тому подобное. О том, что скажет Господь и как Он оценит его поведение, человек не думает или думает в последнюю очередь. Нужно ли говорить о всей ущербности и гибельности такой позиции? Ведь смысл христианской жизни заключается в том, чтобы угодить Богу и оправдаться перед Ним, а не перед людьми. Судить нас на последнем и Страшном Суде будут не люди, а Господь, и только от Его решения будет зависеть наша вечная участь. И вот для многих из нас тогда может оказаться, что в своей жизни мы исполняли совсем не Божию волю и угождали вовсе не Ему, а кому-то или чему-то другому. Если же мы всю жизнь угождали не Богу, то как можем ожидать от Бога спасения или награды?

 

Правила нравственности и поведения, действующие в человеческих обществах, часто противоречат не только воле Божией, но и простому здравому смыслу. Бывает, что они вообще являются вопиющей глупостью и грехом. Например, долгие века в Западной Европе, а после Петра и в России был распространен глупый и уродливый обычай поединка на дуэли. Дуэль, конечно, есть установление совершенно безбожное и бесчеловечное, она является полным отрицанием Евангелия, в котором есть заповедь Христа о любви к врагам и прощении обидчиков. Тем не менее от тиранической власти этого обычая не смогли освободиться даже как будто бы и великие, и умные люди. Например, наши поэты Пушкин и Лермонтов погибли именно на дуэли. Итак, зададим себе вопрос: кому угождало высшее общество, ревностно придерживаясь обычая дуэли? Ответ очевидный: конечно, не Богу, а людям и диаволу.

 

Хотя в наше время дуэлей уже нет, однако глупых и ложных авторитетов в мире не стало меньше. Люди по-прежнему склонны угождать суетным человеческим обычаям, а не Богу. Примеров здесь можно приводить бесчисленное множество. Скажем, многие в юности начинают курить только ради того, чтобы доказать свою мужественность и избежать насмешек в буйной школьной среде. Другие из желания угодить компании начинают употреблять наркотики и становятся наркоманами. Многие, исходя из того же мотива, становятся блудниками и прелюбодеями, потому что в кругу их общения чистота расценивается как позор и слабость, тогда как разврат, напротив, почитается достойным всяческого уважения

 

Руководствуясь подобными же ложными правилами, многие совершили даже преступления — только ради того, чтобы не казаться трусом в глазах своих дружков. Кстати, нужно вспомнить, что и в криминальной среде действуют свои особые законы поведения, соблюдая которые многие воры, злодеи и преступники совершенно искренне считают себя хорошими и порядочными людьми. То обстоятельство, что эти их «законы» являются полным попранием Божия закона, их совершенно не смущает.

 

Конечно, приведенные примеры являются крайними и очевидными случаями болезни человекоугодия, когда люди угождают откровенно низким, ложным и уродливым обычаям, и последствия этого также бывают откровенно отрицательные и уродливые. Существуют, однако, и гораздо более тонкие формы этой болезни, когда человекоугодие прячется за маской добропорядочности и «хорошести». И в этих случаях распознать его бывает очень непросто. Часто, например, люди, считающиеся по человеческому рассуждению хорошими, вовсе не являются таковыми перед Богом. Вспомним Евангельских фарисеев: в глазах людей они действительно были хорошими и праведными, но в очах Божиих вся их хорошесть и праведность оказалась мерзостью. «Вы выказываете себя праведниками пред людьми, — говорил им Христос, — но Бог знает сердца ваши, ибо что высоко у людей, то мерзость пред Богом».

 

Кто у людей обычно признается хорошим человеком? Тот, кто держит свое слово, готов помочь в затруднениях, исполняет просьбы других, не обманывает, не лукавит, верен в дружбе и тому подобное. Все эти качества, может быть, и действительно хороши, однако опасность заключается в том, что часто порядочные люди делают все это вовсе не из угождения Богу. Ведь добро можно делать и не из желания угодить Богу. Многие, например, подобно фарисеям, делают добрые дела ради человеческого о себе мнения — чтобы не потерять репутацию порядочного человека. Другие — которые меньше зависят от человеческого мнения — могут делать добро и ради собственного мнения о себе. Человек сам себя считает хорошим и порядочным, он дорожит такой своей оценкой, он намерен и впредь в своих глазах оставаться таким же, и вот ради этого он делает добрые дела. Совершенно очевидно, что в обоих этих случаях человек служит и угождает совсем не Богу, а кумирам и идолам: в первом случае — кумиру тщеславия, а во втором — идолу гордыни. Такой человек должен знать, что он далек от христианства и является, в сущности, язычником, ибо исполняет не волю живого Бога, но волю бездушных истуканов. При этом он еще, как правило, и превозносится и надмевается своей «высококачественной» душой.

 

Конечно, такая праведность в очах Божиих есть нечистота и скверна, к ней вполне приложимы слова пророка Исаии о том, что вся людская праведность — «яко порт жены нечистыя». О человекоугодниках преподобный Макарий Египетский говорит следующее: «Иногда хорошие, по-видимому, начинания приводятся в исполнение ради славы и людской похвалы; а это пред Богом равно неправде, и татьбе, и другим грехам. Ибо сказано: Бог разсыпа кости человекоугодников. И в добрых, по-видимому, делах лукавый видит себе услугу; он весьма разнообразен и обманчив в мирских пожеланиях».

 

Если мы делаем добро не из желания угодить Богу, то оно не приносит нам Благодати и не спасает нас в вечности. О фарисеях, совершавших добрые дела ради людского мнения, Христос сказал, что награды от Бога им не будет, ибо они уже получили свою награду от хвалящих их людей. Награду от Бога получают только те, кто совершает добродетели ради Самого Бога. По словам преподобного Серафима Саровского, лишь ради Христа делаемое добро приносит нам дары Святого Духа. Добро же, не ради Христа делаемое, не дает ни Благодати на земле, ни награды в Будущем веке. Именно по этой причине Христос говорит в Евангелии: кто не собирает со Мной, тот расточает. И еще: тщетно чтут Меня, уча учениям и заповедям человеческим. Из этих слов видно, что в вечности окажутся бесплодными те добрые дела, которые сделаны из следования людским правилам или моралистическим учениям, а не из угождения живому Богу.

 

Библия и святые отцы учат нас, что все люди, потомки падшего Адама, есть существа глубоко поврежденные, а потому и собственное их добро несет на себе печать глубокого повреждения. «Правда наша, — говорит святитель Игнатий Брянчанинов, — столь изящная в состоянии непорочности, до падения Адама, осквернена этим падением, соделалась непотребной, подобно тому, как прекрасная драгоценная ткань лишается всего достоинства, когда напитается веществом злокачественным, зловонным». Совершая добро ради правды человеческой, мы не можем оправдаться перед Богом. Чтобы оправдаться перед Ним, нужно совершать добродетели ради Самого Бога, стараясь угодить и сделать приятное лично Ему, а не людям и не человеческим правилам. «Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим», — молился царь и пророк Давид. Если же мы угождаем человеческим правилам, то наша деятельность не будет угодной Богу. В этом случае мы уподобляемся кошке, которая поймала птичку и с гордым видом идет показать ее хозяевам, ожидая похвалы и одобрения, однако те вместо этого начинают ее ругать...

 

Итак, братия и сестры, во всей нашей деятельности мы должны быть внимательными и всегда задавать себе вопрос: какой мотив побудил меня заниматься тем или иным делом, ради кого или ради чего я его делаю? Нужно стараться, чтобы все, что у нас совершается, совершалось ради Бога. Для этого необходимо внимание и бодрствование. Мы должны в своей жизни ходить как бы в присутствии Божием, как написано в псалме: «Предзрех Господа предо мною выну…» Если кто-то действует с мыслью, что Бог видит его, наблюдает за ним, то надежно будет все, что бы он ни делал, говорит старец Паисий Святогорец. Так же говорит и святитель Григорий Богослов: Бог должен быть у христиан началом и концом всякого дела. Так же говорят и все святые Божии угодники. И об этом нам нужно помнить, ибо, только угодив Богу на земле, мы можем спастись и наследовать вечную жизнь на небе. Аминь.

http://www.zavet.ru/b/ipavlov/031.htm

Share this post


Link to post

СВЯТОЕ ЕВАНГЕЛИЕ, ХРАМ БОЖИЙ, МАТЬ ЦЕРКОВЬ

Священник Артемий Владимиров

Вы помните, дорогие читатели, в одной из предыдущих глав мы говорили с вами о премудрой книге Божиего мира? Каждый из нас призван читать и постигать ее чуть ли не с младенческих лет. Но есть и иная Божественная книга, она одна только по праву может быть названа Книгой книг, или Книгой вечной жизни. Это Новый Завет, в котором апостолы, ученики Господа Иисуса Христа, изложили деяния и заповеди своего Учителя. Говорят, что когда мы молимся, то беседуем с Богом, а когда читаем с благоговейным вниманием Новый Завет, то Сам Бог беседует с нами. Можно сказать: святые Евангелисты Матфей, Марк, Лука и Иоанн Богослов запечатлели в четырех Евангелиях (а прочие апостолы - в других книгах Нового Завета) то, что Всемогущий и Премудрый Господь вещим перстом Своим написал в их чистых сердцах. Вот почему мы верим: Новый Завет - не простая, писанная людьми, книга о возвышенных предметах, но богодухновенная, которая совершенно точно и непогрешительно излагает все, относящееся к спасению рода человеческого Милосердным Искупителем.

У каждого из наших читателей есть конечно же любимые книги: исторические, о животных, приключения, сказки... Бывает, мы по нескольку раз перечитываем их, подолгу останавливаясь на отдельных, особенно близких нам, страницах. Иные штудируют любимую книгу от корки до корки, зачитывая, что называется, до дыр. Но рано или поздно приходит день, приходит час, и неизменный спутник нашего детства и отрочества обретает место на полке, разделяя участь большинства своих собратьев. Толстые и тонкие, в мягких и твердых обложках, книги смиренно стоят в едином ряду, месяцами, а то и годами, дожидаясь, покуда хозяин соблаговолит извлечь счастливицу, некогда любимую книгу, и, лениво перелистав несколько страниц, поставит ее обратно.

Не такова судьба Евангелия: и отношение к нему иное, и обращаемся мы с ним по-особому. Хотите послушать, что свидетельствует Христос Спаситель о слове Божием?

"Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики". "Если... слова Мои в вас пребудут, то, чего ни пожелаете, просите, и будет вам". "Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим". "Не принимающий слов Моих имеет судью себе: слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день". "Истинно, истинно говорю вам: кто соблюдет слово Мое, тот не увидит смерти вовек".

Видите, друзья, что отношение к слову Божию во многом определяет вечную участь человека? Принимающие слово Господне и живущие сообразно написанному в Евангелии становятся учениками Христа Спасителя. Он входит с ними в таинственный и благодатный союз, исполняет их разумные прошения и, наконец, дарует им бессмертие, спасает. Отвергающий, не исполняющий заповеди Искупителя осуждается Словом и будет иметь в нем судью себе на Страшном Суде Живого Бога. И если мы с почтительностью относимся к земным законам и боимся нарушать их, то с каким же трепетом подобает нам внимать заповедям Христа, слушать и читать Евангелие - закон, данный Богом, Царем и земли, и неба? Вот почему нужно стараться читать Евангелие ежедневно!

Особенно хорошо ложатся Евангельские слова на душу поутру, пока сердце чисто и не обременено никакими житейскими попечениями. Через внимательное чтение Нового Завета лик Христа запечатлевается на сердце. Заповеди Божии потому и называются животворящими, что исполнение их возрождает душу, насыщая ее силой добра и любви.

К Евангелию не притронешься грязными, нечистыми руками, и держим мы его не с прочими обыкновенными книгами, а рядом с иконами как святыню. Должно перед чтением Евангелия перекреститься и помолиться, сказав хотя бы два слова: "Господи, благослови!" Окончив чтение и удерживая в памяти прочитанное, мы закрываем святую книгу с благодарением: "Слава тебе, Господи!" Некоторые священники говорят, что само присутствие Вечной книги в доме отгоняет от жилища темную силу, особенно если люди ведут жизнь благочестивую. Представьте себе, что вам надлежит отправиться на необитаемый остров и разрешено взять одно из двух: Евангелие или видеомагнитофон. Какой бы вы сделали выбор? Я, не колеблясь, протянул бы руку к Евангелию...

С великой силой звучит Евангелие в храме Божием. Прежде чем священнослужитель начнет читать его, возжигаются свечи, а верующим преподается благословение. Пастырь осеняет народ крестовидно правой рукой со словами: "Мир всем". И действительно, в храме наши души исполняются благодатным миром Христовым. Бывает, приходишь в дом Божий с внутренним смятением, тяжестью на сердце, а уходишь - успокоенным, утешенным, примиренным. Почему так? Потому что в православном храме Сам Бог невидимо присутствует. Помните, как сказал Христос: "Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них"? И древний библейский пророк Давид: "Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его". На Руси было принято считать, что единое "Господи, помилуй", произнесенное в храме, - больше, нежели все 150 псалмов царя Давида, прочитанные дома. Поэтому жизнь православного христианина без храма и представить себе невозможно. В нем свершаются главные события жизненного пути, освящаются все вехи нашего бытия: крещение - духовное рождение, исповедь - врачевание совести через покаяние и прощение Господом грехов наших, венчание - христианский брак, отпевание - проводы в жизнь вечную усопшего. А главное - в храме Спаситель питает нас, приглашая к Своей небесной трапезе, в которой под видом хлеба и вина мы соединяемся с Господом, освящаясь Его Пречистой Плотью и Кровью. И как младенец испытывает постоянную потребность в материнской груди, так и истинный христианин спешит с радостью и надеждой в храм Божий, где его ожидает неизменно любящий и милующий нас Господь.

Каждый из нас желал бы, чтобы его жизнь текла ровно, спокойно, все дела делались вовремя, им сопутствовал успех, а мы чувствовали даже в мелочах поддержку Господа, получали от Него силы на исполнение задуманного. Что для этого нужно? Исполнение библейской заповеди: "Шесть дней делай дела твои, день седьмый - Господу твоему".

Я не могу представить себе счастливого полнокровного детства без ежевоскресного посещения семьей храма Божия. Радостные, воодушевленные родители, чисто вымытый, в праздничной одежде, опрятный малыш, важно вышагивающий по дорожке, ведущей в храм... Сколько величественного и прекрасного открывается нам под сводами жилища Божия! Лики святых, которые взирают на нас с высоты - строго и с укоризной, если мы в чем согрешили, милостиво и приветливо, если соблюдали себя от предосудительных мыслей, слов и поступков. Горящие свечи и разноцветные лампады словно желают поделиться с нами любовью к небу, к Богу и возжечь в нашем сердце маленький, никому, кроме нас, не заметный огонек сокровенной молитвы: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного!" То тихое, то величественное церковное пение, как бы снисходящее с небес и пробуждающее своими стройными созвучиями в душе смиренное осознание собственной греховности, а вместе с тем жажду познания Господа, животворящего душу Своей благодатью... И, конечно, священник, батюшка, как ласково именует русский народ пастыря Божия. Батюшке даровано Самим Господом прощать и разрешать нас от грехов. Верим, что рядом с батюшкой всегда присутствует Христос, особенно когда священник принимает нашу исповедь. И если все расскажем без утайки, искренно каясь в своих проступках, какой радостью, ликованием награждает Господь верующую душу после разрешительной молитвы священника! Как будто крылья вырастают за спиной, идешь, а земли под собой и не чувствуешь! С особенным трепетом мы взираем на священника, когда он, в сверкающих ризах, выходит к нам из алтаря, держа в руках Святую Чашу. В ней - Бог, желающий даровать нам в этом церковном таинстве исцеление души и тела во оставление грехов и жизнь вечную! Ради этой святыни мы сотворены, ради нее приняли крещение, ради нее ходим в храм, постимся, молимся, каемся - все ради главного: соединения с Господом. Вот почему столь важно для нас чаще приходить к батюшке, через его руки принимая милость от Искупителя Христа.

Еще очень важно знать, что священник поставлен Богом благословлять нас на важные жизненные свершения. Начался ли учебный год, пришла ли пора сдавать экзамены, а может быть, нам предстоит длительное путешествие - словом, на всякое дело, полезное и угодное Богу, подобает испрашивать у пастыря благословение. Сеющие по благословению, сказано в Библии, по благословению и пожинают (то есть собирают, с Божией помощью, обильный урожай). Подойдите к батюшке, сложив руки крест-накрест, ладошками вверх, и попросите благословения. Он осенит вас правой рукой (по-славянски десницей) со словами: "Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа". И благословение, благодать получены! Будьте уверены: Господь во всем поможет, только не забывайте русскую пословицу: "На Бога надейся, сам же не плошай". Так, шаг за шагом, медленно, но верно, через исповедь и причащение, чтение Евангелия и благословение пастыря свершается наше воцерковление, вхождение в Церковь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

Храм и Церковь - понятия не равнозначные, хотя на русском языке церковью, церквушкой мы часто называем самое здание храма. Церковь - это все мы, православные христиане в союзе с Господом нашим, Как голова с телом составляет нечто единое, так и Христос Спаситель с Его Церковью, именуемой Святой , Соборной и Апостольской. Апостольской, потому что мы веруем с вами во Христа не как придется, а именно так, как научили нас святые апостолы, получившие заповедь от Самого Господа: "Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам". Наша Церковь - Соборная в том смысле, что собрана она силой Господа от всех племен и народов в единый Божий народ, православных христиан. Это единство дано нам вне времени и пространства, потому что в Церковь входят не только живущие на земле, но и завершившие свой земной подвиг, то есть скончавшиеся, усопшие, и прежде всего, святые угодники Божий, торжествующие на небесах пред престолом Божиим.

Святой названа Церковь, потому что ее главой является Сам Господь; руководствуется она в своей жизни не человеческими обычаями, но канонами и правилами, дарованными чрез апостолов и святых отцов Духом Божиим. Нельзя быть христианином и оставаться чуждым, непослушным Православной Церкви, ее правилам, уставам и узаконениям. Тот, кто думает, что верит во Христа, а Церкви не верит - сам себя обманывает. Церковь - подлинная Мать наша, всегда юная, прекрасная, безгрешная, исполненная живительной силы Духа. Мы немощны и грешны, зато Христос свят и святостью Своей освящает Церковь. Несчастен человек, не знающий ее света и тепла! Христианин, пренебрегающий Церковью и нарушающий ее уставы, подобен тому, кто рубит сук, на котором сидит. Ведь мы, члены Церкви, Тела Христова, благоденствуем только до тех пор, покуда находимся в единстве с телом. Что случится с мизинцем, если его отсечь от тела? Сможет ли плодоносить ветвь, отломившаяся от ствола? Нет, она скоро завянет, пожухнет и обратится в прах земной. А дерево, мощное, сильное, с раскидистой кроной, будет по-прежнему выситься поодаль и радовать взоры спелыми и сочными плодами.

Хорошо наш православный народ говорит о Церкви: "Кому Церковь не мать, тому Бог не отец". Поэтому, друзья, как зеницу ока, будем беречь веру и хранить верность Православной Церкви, которая даст силы побеждать зло, кроющееся внутри нас самих, научит всему доброму, возродит нас любовью и препроводит в свое время в небесные обители. Хотите быть всегда молодыми, бодрыми, радостными, сильными духом? Желаете себе благоденствия, счастья, полноты бытия? Ищете быть оправданными Господом на Страшном Суде Его и принять милость вечного спасения? Веруйте в Церковь, любите Церковь, служите Церкви, как верует, любит и служит почтительный сын своей матери.

Share this post


Link to post

О том, как узнавать волю Божию

 

Что значит быть умным? На этот вопрос разные люди ответят по-разному. Одни, например, назовут умными тех, кто знает, как заработать деньги и стать богатым, или тех, кто сумел получить власть, или кто приобрел известность и славу, или кто умеет красиво и в свое удовольствие жить. Одним словом, быть умным для этих людей означает просто добиться успеха в земной жизни. «Мы живем на земле только один раз, — скажут они, — второго раза не будет, следовательно, нужно всеми силами добиваться успеха, приобретать богатство, власть и наслаждаться жизнью, пока есть время». Логика здесь простая: будем есть, пить, веселиться и брать от жизни все, потому что завтра умрем.

 

Конечно, многих людей такое откровенно низкое понятие о человеческом уме не удовлетворит, и они на вопрос, кого можно назвать умным, скажут, что умный — это тот, кто получил хорошее образование, приобрел широкую эрудицию, владеет несколькими языками, много путешествовал, много знает и тому подобное. «Вот с таким человеком бывает интересно и полезно общение, — скажут они, — вот такие люди действительно являются умными». Еще некоторые скажут, что умный — это человек опытный, проницательный, знающий жизнь и людей и умеющий применять эти знания в своей жизни. Такие или подобные ответы дают обычно мирские люди на вопрос о том, кого можно считать умным.

 

Христианство, однако, отвечает на этот вопрос совсем по-другому. Вот что говорит преподобный Антоний Великий: «Люди обычно именуются умными по неправильному употреблению сего слова. Не те умны, которые изучили изречения и писания древних мудрецов, но те, у которых душа — умна, которые могут рассудить, что добро и что зло; и злого и душевредного убегают, а о добром и душеполезном разумно радеют и делают то с великим к Богу благодарением. Эти одни поистине должны именоваться умными людьми. Истинно умный человек одну имеет заботу — вседушно повиноваться и угождать Богу всяческих». Из приведенных слов святого Антония прежде всего видно, что человеку невозможно быть умным без Бога. Только тот, кто угождает Богу, кто исполняет Его волю, может быть назван умным.

 

Точно так же говорит об этом предмете и преподобный Иоанн Лествичник, для которого быть умным означает исполнять волю Божию на всякое время, на всяком месте и во всяком деле. То есть умен и мудр по-настоящему лишь тот, кто в любой ситуации знает волю Божию и старается ее исполнить. Именно такой мудрости учит нас и Священное Писание, когда говорит устами апостола Павла: «Не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия». Тому же самому учит и главная христианская молитва, слова которой «да будет воля Твоя» мы произносим каждый день.

 

Собственно, чью еще волю, кроме воли Божией, может исполнять человек? По словам преподобного Серафима Саровского, человек может исполнять три воли: первая — это воля Божия, вполне совершенная и спасительная; вторая — это воля самого человека, которая даже когда она не гибельна, то все равно не является спасительной, и, наконец, третья воля — демоническая, вполне и всегда гибельная. Отсюда видно, что спасительная воля только одна — это воля Божия, а две другие воли нас не спасают, но ведут к гибели.

 

Итак, тот, кто хочет спастись, непременно должен исполнить в своей жизни волю Божию. Однако, чтобы ее исполнить, нужно сначала ее узнать. Возможно ли человеку узнать волю Божию, и если возможно, то как это сделать? Святые, например, знали волю Божию непосредственно от Бога. Преподобный Серафим Саровский мог прямо ответить человеку, спрашивающему о монашестве: «Нет тебе дороги в монастырь». Или человеку, спрашивающему о женитьбе: «Богу не угоден этот брак», или еще кому-то: «Ты выйдешь замуж за такого-то человека, и брак этот будет счастливым». И ошибок у него не было никогда, потому что он ничего не говорил от себя, но лишь то, что узнал от Бога. Точно так же знали волю Бога и другие великие Его угодники.

 

Хорошо, святые знали волю Божию непосредственно от Бога, это понятно. Ну а нам-то, которым еще далеко до совершенства святых, — как нам узнавать ее? Дело это не простое и не легкое, это есть такая наука, которую сразу не одолеешь. Ее нельзя изучить чисто теоретически, как, например, изучают законы физики или правила дорожного движения. Изучается она только многими трудами, многими борениями и испытаниями, многим опытом христианской жизни. По мере того как человек приближается к Богу, он приемлет от Него дар духовного рассуждения и становится способным безошибочно узнавать Его волю.

 

Что такое дар духовного рассуждения? По словам старца Паисия Святогорца, духовное рассуждение — это очищенность, Божественное просвещение, духовная ясность. К стяжанию этого дара и должны всячески стремиться христиане. Для тех же, кто пока не достиг этой высокой меры, существуют некоторые способы, которые могут помочь на пути изучения этой науки. Перечислим основные из них.

 

Итак, во-первых, тот, кто хочет исполнить в своей жизни волю Бога, непременно должен читать и внимательно изучать Его Слово — Священное Писание, в котором Сам Господь открывает Свою волю человеку. И не просто надо читать Писание, но нужно исполнять в жизни то, что там написано. То есть нужно стараться применить слова Писания к каждой жизненной ситуации. При любом нашем выборе нужно вспомнить, что вот Господь сейчас смотрит на нас, и подумать, чего Он ждет от нас и как бы Он хотел, чтобы мы поступили. Нужно вспомнить, какие слова, какие заповеди Писания могут быть применимы к данной ситуации и, исходя из этого, попытаться сделать верный, то есть угодный Богу выбор. Человек, сообразующий свои действия со Словом Божиим, будет постепенно возрастать в познании воли Божией.

 

Во-вторых, тот, кто хочет исполнять волю Божию, должен читать жития и творения святых отцов. Святые — это люди, которые свою жизнь положили за то, чтобы исполнить волю Бога, а потому и нас они могут научить тому же. Читая жития святых, мы должны им подражать, стараться жить так, как они жили. То есть, когда мы не знаем, как поступить, нужно вспомнить, как поступали святые в такой или похожей ситуации, и постараться, насколько для нас возможно, поступить подобным образом. Если будем по мере сил это исполнять, то явимся подражателями святых в исполнении воли Божией и мало-помалу будем научаться эту волю узнавать.

 

В-третьих, есть еще один способ, как узнать волю Божию: спросить у своего духовника или у духоносного старца. Однако к духовнику и старцу нужно обязательно приходить с верой, а свой вопрос предварить молитвой к Богу, чтобы Он открыл Свою волю через Своего служителя. В старые времена люди так и поступали — шли к преподобному Серафиму или к Амвросию Оптинскому, и те открывали им волю Божию в том или ином случае. И это есть самый простой и надежный способ, однако для нас он почти недоступен, ибо до крайности оскудели в наше время святые старцы, да и духовник сегодня редко у кого имеется.

 

Когда нет возможности спросить у духовников или у святых, существует еще один способ, как узнать волю Божию: молитва к Богу о вразумлении. Святые отцы учат, что хорошо три раза молиться перед тем, как принять какое-либо решение. Преподобный Иоанн Пророк говорит, что когда ты не можешь спросить своего старца, то надо трижды помолиться о всяком деле и после этого смотреть, куда преклоняется сердце, хотя на волос, — и так и поступать; ибо извещение бывает заметно и всячески понятно сердцу. В том случае, когда дело не требует быстрого решения, святой Иоанн советует молиться три раза в течение трех дней. Ибо и Спаситель наш отходил трижды для молитвы и, молясь трижды, произносил одни и те же слова.

 

Сходно со святым Иоанном рассуждает старец Паисий Святогорец. По его словам, для того, чтобы во всяком деле исполнить волю Божию, нужно, во-первых, помолиться, во-вторых, подумать (так как не напрасно Бог дал нам голову) и, в-третьих, — действовать. И это очень мудрое правило, ибо молитва освящает разум человека, так что он становится способным находить правильное, то есть согласное с волей Божией решение.

 

Все вышеизложенные правила в каком-то смысле суммирует наставление святителя Филарета, митрополита Московского, который на вопрос о том, как узнать волю Божию, говорит следующее: «Воззови словом Павловым: Господи! Что повелишь мне делать? Угодно ли Тебе, Господи, предприемлемое мной? Если угодно, благослови; если неугодно, не допусти меня сделать неугодное Тебе. И потом слушай, что скажет тебе Господь — в Своем слове, в твоем разуме, в твоей совести, в советах людей мудрых и благочестивых и во внешних указаниях и знамениях».

 

Итак, братия и сестры, мы должны, используя все перечисленные средства, учиться великой науке — знать и исполнять волю Божию во всякое время, на всяком месте и во всяком деле. Потому что если мы не творим волю Божию, то творим или свою собственную волю, или волю бесов, — и обе они не приводят нас ко спасению, но, напротив, ведут к гибели. Единственная благая, спасительная и совершенная воля — это воля Господа Бога, нашего Создателя. Только Он один знает, каким путем спасти каждого из нас. Только Его воля есть наше освящение и спасение. Его совершенную волю и должны мы всячески искать, узнавать и исполнять во все дни жизни, по слову главной нашей молитвы: «Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли». Аминь.

Священник Иоанн Павлов

Share this post


Link to post

И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия:

знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч!

Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих.

Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды "; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть.

Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак будь ревностен и покайся.

Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною.

 

 

Архимандрит Лазарь (Абашидзе) Ангелу Лаодикийской церкви

"Проповедуя приземлённое, приспособленное к плотской воле падшего человечества "христианство", эти "ревностные глашатаи слова евангельского" будут на самом деле отводить мир от Христа и склонять его на стезю антихристову. Но сами эти проповедники не заметят этого. Начнут они действительно с истинного христианства, с самых искренних, благочестивых настроений. Сначала они сами будут ревностно следовать учению отцов Церкви, держась подвижничества, молитвенности, богомыслия, дел милосердия и любви к ближнему, отвержения утех мира, всякого вещелюбия и сребролюбия и т.д. Но, по-видимому, они допустят только одну, но крайне губительную, ошибку: они не сумеют разглядеть в себе, при всем этом своём наружном благочестии, глубокой, основательной гордыни, духа самолюбования и самонадеянности. К сожалению, всё меньше и меньше люди умеют различать в себе это гордостное начало. Только тот, кто самой жизнью, действительно работая над очищением своего сердца (а не над созданием лицемерной личины благочестия), будет изучать писания святых отцов, заметит, что красной нитью через всё их учение проходит именно этот подвиг, – подвиг борьбы против гордости и самодовольства. Гордыня может уютно уживаться в душе при самой похвальной добродетельности человека, даже скорее получает от этих добродетелей особую силу."

 

 

Когда новообращённый христианин начинает свой путь в Православии, то первые его шаги всегда почти правильны: после долгой греховной жизни, дебелой и мучительной для совести, после изнурительного бесцельного "кувыркания" в шумном потоке сумятицы, вдали от спасительного корабля Церкви, обратившийся к вере, действительно, кается, смиряется, доверяется учению отцов Церкви, с восхищением открывает для себя мир возвышенных христианских законов, ревностно желает подвизаться и на опыте испробовать всё, чем упоилось его сердце при чтении житий святых подвижников, поучений отцов-аскетов и т.д. На этом отрезке пути все обратившиеся к вере бывают похожи, – все здесь достаточно добродетельны, послушны, ревностны, порядочны, строги к себе, все с радостью ходят в храм, молятся, читают святых отцов, стараются навыкнуть Иисусовой молитве. Но оканчивается этот этап пути и начинаются в душе христианина тайные, сильные брожения. Уже проходит та первая радость от встречи с новым и прекрасным, теряется первая свежесть впечатлений, наскучивает однообразное борение со своими страстями и верующий начинает искать новые пути и устремления в христианстве; и здесь перед ним предстает распутье. Один путь устремлён вглубь сердца, к внутренней, духовной, сокровенной трудоёмкой работе – как бы в глубокой шахте при тусклом свете свечи. Ищет человек в сердце своём сокровенные самородки, драгоценные камни веры, любви к Богу, но встречает в душе своей одни глыбы окамененного нечувствия, оледеневшие, омертвевшие останки убитого грехом добра. Но не отчаявшись, не убоявшись, положившись на силу благодати Божией, верующий покаянием, смирением, трудом, постепенно испрашивает, преклоняет к душе своей милость Божию и десница Небесного Врача шаг за шагом исцеляет, оживляет, восставляет душу, и только через многие-многие годы борьбы из тёмных недр души на свет выносятся светящиеся жемчужины даров благодати Духа. И это путь действительный, непрелестный, спасительный, ведущий ко Христу. И только прошедший этим путём может по-настоящему помогать другим людям познавать Христа. Но это путь крайне самоотверженный, скорбный, требующий истинного смирения и каждодневной смерти. Уже одно то, чтобы увидеть свои грехи, свои страсти, есть немалый успех в духовной жизни. Чаще всего человек хорошо видит только явные свои, делом совершаемые грехи, когда же перестает грешить делом, исповедует основные свои согрешения перед священником, а дальше уже не понимает, в чём ему ещё каяться. Грешником-то он себя признает на словах, но на самом деле уверен в достаточной своей добродетельности. Оказывается, для того чтобы только узнать о тайных страстях, гнездящихся в душе, уже необходимо отторгнуться мира, удалиться от его шума и молвы, несколько отмолчаться, остынуть, одуматься. Только после внутреннего удаления от суетности мира, от хаоса и страстей его, постепенно, не вдруг, отстаивается мутная вода нашего внутреннего самосознания, затихает гомон мирских многозаботливых помыслов и только тогда начинают очерчиваться, узнаваться силуэты многих и многих самых неблагопристойных страстей и страстишек, навыков и похотений, греховных желаний и сочувствий – всего того, чего человек даже и не мог подозревать в себе, будучи увлечён вихрем житейской суеты. Особенно бывает полезно внешнее удаление от мира в монастыре, при условии, что там будет преподано новообращённому правильное духовное направление. Как часто пришедший из мира в монастырь новоначальный христианин даже не знает, что ему и исповедовать; часто на исповеди можно услышать от него: "Нет, гордости у меня нет...", или: "У меня вообще-то особых грехов нет", "Простите, я не знаю даже, что мне исповедовать", или: "Ну уж зависти у меня точно нет", иной говорит: "Я люблю Бога и ближнего", или: "Я люблю свой народ и готов принести себя в жертву ради него..." и т.п. Интересно, что через некоторое время, если они остаются в обители, они уже затрудняются исповедоваться из-за того, что слишком много видят в себе зла и греха, хотя теперь уже они на самом деле грешат гораздо меньше, теперь они видят в себе не только гордость, не только отсутствие любви к самым близким людям, но и к Богу, видят себя крайне негодными и достойными святого наказания. И это не плод неправильной жизни в монастыре, а дар благодати!

 

Чаще всего добродетели, совершаемые человеком в мире, смешаны с возношением и гордостью: бдения, пощения, неупустительное хождение в церковь, милостыня – совершаются под влиянием похвалы человеческой (Свт. Игнатий Брячанинов. Указанное собрание. Т. VI. С. 103— 105). "Не может увидеть греха своего наслаждающийся грехом, дозволяющий себе вкушение его – хотя бы одними помышлениями и сочувствием сердца. Тот только может увидеть грех свой, кто решительным произволением отрёкся от всякой дружбы со грехом, кто встал на бодрой страже во вратах дому своего с обнажённым мечом – глаголом Божиим, кто отражает, посекает этим мечом грех, в каком бы виде он ни приблизился к нему. Кто совершит великое дело – установит вражду со грехом, насильно отторгнув от него ум, сердце и тело, тому дарует Бог великий дар: Зрение греха своего. Блаженна душа, узревшая в себе грех! блаженна душа, узревшая в себе падение праотцов, ветхость ветхого Адама! Такое видение греха своего есть видение духовное, видение ума, исцеленного от слепоты Божественною благодатию. С постом и коленопреклонением научает святая Восточная Церковь испрашивать у Бога зрение греха своего" (Свт. Игнатий Брячанинов. Указанное собрание. Т. II. С. 122-123). Подвиг мирянина, живущего посреди мира, растит его "я" и умаляет перед ним Бога. "Надлежит исследовать, – говорит прп. Иоанн Лествичник, – почему миряне, которые проводят жизнь в бдениях, в посте, в подвижничестве, прешедши к жизни монашеской, в это поприще душевных опытов, удалённое от человеков, оставляют свое прежнее подвижничество, растленное и притворное. Я видел многие и различного рода древа добродетелей, насаждённые мирянами, напояемые тщеславием как бы гноем из помойной ямы, при уходе за ними являтельства (совершения дел напоказ или открыто пред человеками), при утучнении земли около них похвалами эти древа, будучи пересажены на землю пустынную, не посещаемую мирскими, не имеющую смрадной воды тщеславия немедленно посохли" (ел. 2, 6).

 

Но вот, если христианин, пройдя первой стезей начальной, вводной веры, не узрит всей глубины греха своего, не направит путь ко Господу через эту греховность, но в обход её, то у него сложится совсем иной настрой, иной дух, иная направленность всей деятельности, внутренней и внешней. Игуменья Арсения говорила: "Путь ко Господу в нас, через нашу немощь, через полноту греховности нашей. Да, это нелживый путь, невыдуманный, несочиненный" (письма к П. А. Брянчанинову, п. 4). Христианин, не вошедший в "клеть души своей" помолиться втайне Отцу Небесному, остаётся вовне не только себя самого, но и вовне христианства. Войти вовнутрь, значит болезновать душою, скорбеть, стенать. "Жесток путь спасения, – говорит мать Арсения, – жестоко бывает иногда и слово, высказанное о нём, – это меч, обоюдоострый, и режет он наши страсти, нашу чувственность, а вместе с нею делает боль и в самом сердце, из которого вырезаются они. И будет ли время, чтоб для этого меча не оставалось больше дела в нашем сердце? Нет, для него всегда будет дело, нет конца духовному очищению и во всяком сердце найдётся та частица нечистоты, которую нужно очищать... Без болезни просвещение души невозможно – это будет мечтательность" (письма к П. А. Брячанинову, п. 3).

 

Оставаясь же вовне своего сердца, где и должна была бы совершаться вся основная деятельность христианина, он не может уже иметь ни малейшего представления о действительно христианской жизни. Но, к несчастью, эти сбившиеся с пути верующие люди целиком отдаются внешней деятельности, и чем менее им знаком путь покаяния, тем более они говорят, и учат, и зовут, и проповедуют. Но не зная вкуса покаяния, они не знают и аромата христианства. Не обретая гнезда, где положить птенцов своих (Нс. 83, 4), своим религиозным исканиям, не зная – куда направить порывы своего сердца и ума, они целиком отдаются круговращению в мире сем, растрясая на все стороны, безрассудно, "пшеницу евангельскую". Но не имея корней в земле сердечного покаяния, учение их, хотя по букве будто бы и христианское, по духу – крайне легковесно, поверхностно, неосновательно, лишено главной силы – Креста Христова, т.е. действительного оружия, проникающего до разделения души и духа, где только бы и мог иметь действительное приложение христианский подвиг, и "всё остальное приложилось бы к этому". Человек, не познавший внутренним опытом своего греховного повреждения, не изведавший в боли и скорбях лютой брани со своим собственным "телом греха", не постигший в полной мере бессилия внутреннего человека, немощности его, не понимает и значения подвижничества, молитвы, воздержания, хранения чувств. Всё у такого человека оказывается в перевернутом виде. Хотя он и называет себя грешником, но чрезвычайно спокоен за свою судьбу в вечности, весь путь спасения представляется ему далеко не сложным, грехи человеческие кажутся лежащими только на поверхности их жизни. В таком случае кажется достаточным посекать мотыгой только надземную часть сорных трав и сгребать их с поля, и можно уже любоваться его "чистотой". Вся деятельность здесь над поверхностью: вширь, врозь, вдоль и поперек, по горам и по долам. Манит таких деятелей не глубина, а простор.

 

 

 

 

http://orthodox-lib.narod.ru/library/ArhimLazarAbashidze/Angelu-Laodikijskoj-tserkvi.html

Share this post


Link to post

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

  • Similar Content

    • Guest samaryanka
      By Guest samaryanka
      Служу в храме 15 лет.Не по наслышке знаю о трудностях и искушениях клиросного послушания.Но неужели все так безнадёжно?Не из этого ли мнения следует то,что многие священнослужители оберегают своих чад от клиросного послушания.На клиросе спастись невозможно,значит,нужно бежать с него не оглядываясь.А в хоре пусть поют наемники!....
×
×
  • Create New...