Jump to content
Татиана.

В духовной жизни нет мелочей

Recommended Posts

"Мы вышли наружу. Я был разочарован и думал: ничегошеньки он из себя не представляет, и зачем мы только сюда пришли! У ограды, возле калитки, я спросил его в последний раз, уже безнадежно: «Скажите нам и что-нибудь душеполезное!» (словно: «и о чем все это время вы нам говорили!») – «Дети, – сказал он, – вы молоды, делайте много земных поклонов». – «Сколько?» – «Много, много». И ударил нас по спине. В этот момент наяву, признаюсь вам, произошло великое событие: вся местность наполнилась благоуханием. Деревья, птицы, воздух, скалы – всё, всё. Это было страшно! В первый и единственный раз в моей жизни такое произошло со мной. Всё благоухало невероятно, и неведомая сила овладела нами. Старец сказал: «Давайте, ребята, ступайте, ступайте». Он быстренько нас прогнал, запер калитку и ушел в домик. А меня и диакона охватило удивительное состояние. Я говорю ему: «Послушай, ты благоухаешь!» А он мне: «Это неописуемо! Что происходит?!» Мы бегом бежали от Честного Креста и очень скоро достигли Буразери, мы просто не могли остановиться на дороге. До самого Буразери благоухало все кругом. После этого я понял, что действительно сей человек таит в себе великое сокровище."

http://www.pravoslavie.ru/put/62233.htm

Share this post


Link to post

Беседа архимандрита Мелхиседека об унынии и духовной радости

Спасибо Юля за ссылку.

Share this post


Link to post

«Бог стал человеком, чтобы человек мог стать Богом», — учат отцы Церкви. А что нужно сделать, чтобы человек стал человеком?

Прежде, нежели упражняться в христианских добродетелях, нужно поупражняться в добродетелях дохристианских, которыми был богат мир до Рождества Христова: еврейский — сознательно ожидавший Мессию, нееврейский — не ожидавший, но предчувствовавший. Евреи упражнялись в Писании и пытались хранить то, что Бог им заповедал. Язычники ценили другие вещи: храбрость на войне, простоту в быту, мудрое слово, умение слушать другого и сдерживать свой гнев (такого человека чтили выше полководцев), не порабощаться богатству и терпеть превратности судьбы. Они выстраивали целые богословские школы, учившие, как прожить жизнь достойно и правильно с минимальным количеством грехов.

Трудолюбие — не христианская добродетель, а общечеловеческая. Приход к больному в больницу — не только евангельское дело, но и общечеловеческое. Для христиан евангельское в нем только одно: ты приходишь сознательно ко Христу, который учит в больном видеть Себя. Если же ты Христа в больном не видишь, но все равно к нему идешь, потому что он больной и нуждается в твоей помощи, то это добродетель общечеловеческая. Это простейший способ стать человеком — пойти к тому, кому больно и по возможности облегчить его страдания теми средствами, которые у тебя есть под рукой или в сердце.

Кто-то из историков подсчитывает, что первые семьсот с лишним лет после основания Рима у римлян не было ни одного развода.

Кажется, об этом пишет Честертон. Почему Бог дал власть над миром римлянам? Потому что они были добродетельнее, чем все народы земли. Они были храбры на войне, просты в быту — спали на земле и пили простую воду, не боялись терпеть, страдать и умирать в период опасности, были целомудреyны в браке, гнушались половыми перверсиями, которыми цвел весь Восток (персы, финикийцы и даже греки). Они были естественно добродетельны.

Нам сейчас не хватает не только христианских добродетелей, но и вообще человечности.

Классическая литература поставила нам горький диагноз: на Руси легче найти святого, чем порядочного. Святых на Руси было много, негодяев тоже хватало, а вот простых порядочных людей — маловато. Нехватка среднего звена. Качка из стороны в сторону, «из глубины воззвах к Тебе» (из бездны — вверх, и сверху — вниз) — расшатает любого.

Как пелось в старой песне «надо быть спокойным и упрямым, чтоб порой от жизни получать радости скупые телеграммы». Я склоняюсь к тому, что эти «плюс» и «минус» нашей души, качка справа налево — просто отсутствие воспитания и недисциплинированность, просто разболтанность души. Сначала нагадить, так что стыдно людям в глаза смотреть, а потом слезы лить неделями, а потом, когда устанет лить слезы или они закончатся — опять нагадить и опять слезы лить.

В таком режиме жить нельзя. Нужно воспитывать в себе аккуратность, честность, исполнительность, нужно исполнять то, что пообещал, нужно учиться думать о ком-то, кроме себя, а не превращать христианскую жизнь в торжество эгоизма: раньше думал только о своих карманах, а теперь — только о своих грехах.

Некоторые христиане носятся со своими грехами, как курица с яйцом. Это тончайший вид мерзкого эгоизма, а не духовная жизнь. О Христе человек не думает, о ближнем не думает — думает только о себе, о своих добродетелях, которых в принципе нет и быть не может при таком состоянии ума.

От меньшего к большему

 

Резюме. Прежде, чем идти на сияющие высоты христианских добродетелей, необходимо научиться здороваться с людьми на улице. Прежде, чем бросить курить, необходимо научиться окурки бросать в урну, а не под ноги. Прежде, чем научиться читать Иисусову молитву устами и в уме, надо постараться сморкаться в платок, а не, зажимая одну ноздрю пальцем, ближнему на ботинок.

Закон духовный гласит нам, что без маленького большого не существует. Нужно заточиться, препоясаться и застегнуться, приготовившись к длиннейшей незаметной работе, начиная с самых простых вещей. Тогда начнется постепенный путь к обретению смысла и глубины во всем остальном.

По сути, рецептура дана в одной из латинских пословиц: научись сначала делать то, что ты уже умеешь — и тебе откроется неизвестное.

Научись, например, слушать людей. Кажется, такая простая вещь — а научись не перебивать, сидеть и слушать.

Научись не выбалтывать чужие тайны и не радоваться чужим грехам.

И так далее.

Так, от меньшего к большему — глядишь, до чего-то человек перед смертью и дойдет.

http://www.pravmir.r...yudmi-na-ulice/

Share this post


Link to post

Переживая раздоры с ближними, человек склонен погружаться в бездну душевных терзаний и забывать о том, что первопричина всех конфликтов — разлад в духовной жизни. Кто побеждает в битве с собой, тот имеет мир с окружающими. О всепобеждающей силе смирения — наставления афонского подвижника, одного из самых почитаемых старцев Святой Горы схиархимандрита Эмилиа́на (Вафидиса).

 

 

Когда человек грешит, он отделяется от ближних и приобретает чувство, что они его не любят, не жалеют, не думают о нём, не интересуются им. Подобно тому, как язык, потерявший чувство вкуса, не ощущает сладости мёда, — и человек греха страдает нечувствием, не воспринимает любви людей, обижается и всё толкует неправильно, считая, что все хотят ему зла, что все живут и радуются, а его бросили.

И даже если ты прольёшь за него кровь, он даст другое толкование твоей любви. Если ты скажешь ему что-то доброе, он посчитает, что ты вмешиваешься в его жизнь. Если скажешь ему: садись тут, — он будет считать, что ты его презираешь. Грешный человек живёт в оковах своего греха и в страшной темнице своего одиночества.

Когда человек, оказываясь в подобных ситуациях много раз, приходит к выводу, что ближние его не любят, не жалеют, не помогают ему, что они в чём-то виноваты, то совершенно ясно, что он согрешил. Тот, кто освободился от греха, приобретает чувство, что все его любят, жалеют, всех он ощущает как родных, ему хочется всех обнять, потому что все исполнены милости к нему. Итак, чем более я освобождаюсь от греха, тем более прихожу в единство с ближними. И наоборот, чем больше грешу, тем больше от всех отделяюсь.

Никто не может быть с Богом, если не смиряется, если не презирается, если не проигрывает в чём-либо, если не терпит ущерба каждый день. Ежедневно терпеть ущерб, лишения и бесчестия от других — это наше опытное смирение, которое нас делает великими пред Богом и благословенными у Бога.

Я должен вкушать смирение черпаком, снова и снова и часто сокрушаться. Однако когда я ничего не принимаю от ближнего, когда я берегу своё достоинство, смотрю за тем, чтобы меня уважали, любили, чтобы я был желанным, чтобы меня понимали, одобряли, признавали, — тогда со мной нет Бога. Моя жизнь — душевная, она — не духовная. Тогда я живу душевными переживаниями, в какой-то неполноценности. Живу по законам психологии, а не духовного общения.

Вы мне скажете: «Неужели правильно, чтобы ближний делал со мной всё, что хочет?» Конечно, да! Это правильно и естественно, потому что человек поступает в соответствии со своим характером. Нервный будет нервничать, кроткий будет обращаться с тобой кротко, обходительный будет разговаривать деликатно, а грубый, естественно, будет разговаривать грубо. Как в человеке обходительном ты не найдёшь грубости, так от грубого не можешь ждать обходительности.

Всякий человек своим поведением выражает избыток своего сердца, не может он дать что-то другое, не будет он давать то, что хочешь ты. Человек ведёт себя так, как вели себя его папа, мама, в соответствии со своими наследственными качествами, с жизнью, которой он до сих пор жил. Всё это падает на меня. То, что, собственно, могу я сделать, — это принять каждого как он есть, и особенно когда он мне противодействует, когда идёт против меня, потому что это может сделать меня святым.

Все мы, люди, очень легко ломаемся, готовы упасть, надорваться. У нас нет стойкого самообладания. У нас есть нервы, сердца, и мы изменяемся каждый час. Идёшь ты, например, с кем-нибудь погулять, чтобы получить удовольствие, а он по дороге вспоминает что-то, изменяется и делается хмурым. Ты говоришь ему одну фразу, а он её неправильно понимает и с того дня избегает с тобой встречаться. Таковы все люди. Наши нервы не выдерживают, сердца у нас очень чувствительны, и нам нужно соединиться с Богом, чтобы обрести силу.

Молитва приносит радость, ибо это есть общение с Богом. Не будем копить в себе горечь обиды на ближнего, не станем вмешиваться в чужие дела. Ничто не должно нас отвлекать в нашей жизни. И не будем бояться. Не будем беспокоиться. Не будем страдать. Даже когда с вами поступают несправедливо, по страсти, не беспокойтесь, не хлопочите. Ваше счастье, удача не пропадает от этого, потому что мы ждём её не от людей, но от Бога.

Даже если я гордый, эгоист, своим превозношением уподобившийся демону, но, поскольку я говорю «помилуй мя, грешнаго», Бог по Своей любви обратит внимание на то, что я произношу устами, а не на то, что у меня на сердце, и примет моё покаяние. Такова Его благость.

Евангельское усилие — ни в коем случае не насилие. Это жизнь духовная, покой, отложение попечений и ликование. Это Небеса, разверзающиеся для сынов и дочерей Бога, денно и нощно играющих перед Ним.

Господь ясно сказал в Евангелии: Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают Его (Мф. 11, 12). Поэтому все верующие во Христа живут в понуждении себя и борьбе со своими страстями, в трудах и подвигах до тех пор, пока не вселится в сердца их Христос (см.: Еф. 3, 17).

...Почему мы так боимся приложить усилие? Почему мы сопротивляемся и усматриваем в нём бедствие и непреодолимые трудности?

Наши собственные интересы, мирское мышление, ребяческое непослушание, подверженность модным идеологиям, эгоизм и прочие недостатки сдавливают нас и препятствуют восприятию от всего сердца «бремени Христова». Кроме того, часто мы или под влиянием современного обмирщённого, позабывшего о Боге общества, или не имея серьёзных богословских познаний, ведём весьма поверхностную духовную жизнь, а евангельский призыв к усилию истолковываем легкомысленно и безответственно.

Обычно людям не нравится злострадание. Они поощряют прихоти своей плоти и таким образом ещё больше разжигают её аппетит. Покой, на который у мирских людей есть благословное разрешение, оправдание и основание, для человека верующего есть предел погибели. Для того чтобы суметь отказаться от инстинктивного попечения о своей плоти, отвергнуть самоугождение, необходима истинная любовь и Божественный огонь. Его в нас возжигает Сам Христос и им изменяет наше внутреннее существо. Подлинное стремление ко Христу стирает любое иное стремление.

Мы все любим Бога. Но нашими повседневными делами, проистекающими из малодушия, человеческих слабостей, небрежности, незнания, страстей, свидетельствуем о своём автономном существовании по отношению к Нему. Наша любовь расходуется на идеи, желания, приобретение материальных благ, на себя самих. А мы между тем просто не понимаем, что так, через закоснение в удовольствии и самоугождении, de facto рвётся наша связь с Богом, мы теряем Его Божественную любовь.

Мерило нашей жизни есть Христос, в меру полного возраста Христова (Еф. 4, 13). Святой Игнатий говорит, что и мы можем исповедовать со дерзновением: «Я желаю постичь лишь одно — Христа». Открыть Его для себя, Его обрести. Да будет Он Господь мой и Бог мой (Ин. 20, 28).

 

http://otrok-ua.ru/

Share this post


Link to post

Вопрос 319 Иоанну Пророку : "Если кто-нибудь попросит меня войти в его келлию и сотворить молитву, или я прошу кого-нибудь зайти ко мне, или желаю помочь кому-либо в деле, то сколько раз должно отказываться и не соглашаться, там конечно, где нет преступления заповеди?"

Ответ старца :" Если ты войдёшь в келлию брата, или он в твою, и скажет тебе:"помолись,брат",- до трёх раз отвечай:"прости". Если он и после третьего раза будет просить, то исполни (желание его) со смирением. И ты также три раза говори другому, и если не захочет, оставь его; потому что спорить - худое дело. И во всяком случае: предлагают ли тебе принять помощь, или ты желаешь подать кому-нибудь руку (помощи), проси до трёх раз, и если он не согласится, перестань с миром и не оскорбляй его. Таков истинный путь Божий; внимай себе, чтобы подвизаться на нём нелицемерно, с чистым сердцем, при содействии Бога, Который простирает тебе руку и помогает Своею благодатию. Аминь.

Share this post


Link to post

Как молиться в церкви во время литургии.

Чтобы легче и нерассеяннее стоять литургию, старайся так молиться: во время чтения часов поминай усопших и живых. Это поминовение вознесется с поминовением свяшеннослужителя к небу и даст великую отраду душам поминаемых. Здесь не играет роли, поминаешь в алтаре около жертвенника, у двери в алтарь или в церкви – Господь всюду услышит.

 

Когда начинается литургия словами: «Благословенно Царство…», помолись о том, чтобы Господь сподобил и тебя Царствия небесного. Во время первой мирной ектинии помолись, чтобы дал тебе Господь мир Свой на сегодняшний день. Ничто так благотворно не действует на душу, как мирное состояние, и врагу спасения особенно оно досадительно. Ему всячески хочется нарушить его, вывести человека из мирного устроения, внести ссоры, раздражение, злобу, досаду, ропот. Оттого, молясь о ниспослании мира на душу, чувствуй себя как на дощечке среди бушующих волн, почувствуй свою безпомощность и проси помощи от Господа.

 

Когда поют антифоны, священнослужитель читает молитвы о сохранении Церкви, и ты помолись о том же, а также, чтобы Господь избавил город, в котором ты живешь, он неверия, ереси, разделения.

 

Пред малым входом читает священник молитву: «Сотвори со входом нашим входу святых Ангелов бытии, сослужащих нам» В это время наполняет Церковь безчисленное множество Ангелов. И ты помолись своему Ангелу хранителю, чтобы он встал около тебя и помолился с тобой: Святый Ангел хранитель, помилуй меня и посети меня в сей час и помолись со мною и за меня.

 

Во время чтения апостольского послания и Евангелия невидимо для нас возжигается Ангелами безконечное множество свечей. Священностужитель читает молитву: Возсияй в сердцах наших, Человеколюбче Владыка, Твоего богоразумия нетленный свет, и мысленныя наша отверзи очи, во евангельских Твоих проповеданий разумение. В это время помолись, чтобы и тебе послал Господь Свой Божественный свет, и воссиял бы он в сердце твоем.

 

Следующая ектения сугубая, когда на каждое прошение лик поет «Господи помилуй…» трижды. Эта ектения представляет всю земную жизнь Господа, когда за Ним шли толпы народа с воплями: «Помилуй нас!» Проведи перед глазами всех: и хананеянку, и слепца, и прокаженного. Всею душою припав к Господу, почувствуй себя прокаженной, и бесноватой, и слепой. Уцепись мысленно за края ризы Господа и умоляй о помиловании, хорошо повергнуться ниц перед иконой. Возглас после ектении дает надежду, что услышит Господь твой вопль по великой милости Своей: яко милостив и Человеколюбец Бог еси, и Тебе славу возсылаем Отцу и Сыну и Святому Духу

 

Во время ектении об оглашенных помолись о неверующих. Может быть, есть у тебя родные или знакомые неверующие. Помолись, чтобы Господь смилостивился над ними и просветил души их светом веры. Затем поблагодари Господа за то, что ты сам лишь по Его промыслу находишься в числе верных. Херувимская песнь есть моление Господа в Гефсиманском саду. Здесь проведи перед собою весь Гефсиманский подвиг Господа, Его молитву до пота кровавого, Его страдания за грехи людей. Вспомни, что и ты прошел перед глазами Господа со всеми твоими падениями и грехами. Почувствуй, что и за тебя перестрадал Господь в ту ночь. Особенно сознай полное свое недостоинство, чем ты платишь Господу за то, что Он тебе сделал, и проси Его о помиловании. Как Господь был послушен воле Отца Своего, так и ты вручи себя в волю Господа и решись терпеливо нести посланный тебе крест.

 

Во время великого входа, изображающего распятие Господа, проси Его и тебя помянуть в Царствии небесном. Привозгласе «Мир всем!», изображающем вход Господа в ад для спасения почивших и находившихся там до Его пришествия, помолись так: Вниди, Господи, в ад души моей и спаси мя. Когда слышишь возглас «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы», помолись, чтобы Господь вложил в тебя светлую любовь и дал любить всех, особенно тех, кого ты не любишь или обижаешь, и тех, кто тебя обижает и не любит. На возгласе «Станем добре, станем со страхом…»– помолись, чтобы вложил в тебя Господь страх Свой, чтобы всегда помнить присутствие Господа.

 

При возгласе «Благодарим Господа…» – особенно благодари. В это время священнослужитель читает молитву, которая вспоминает все благодеяния Господа людям, благодарит за них и за совершаемую литургию. И каждый обязан за это благодарить, и в частности за то, что Господь дал лично ему, какими милостями осыпал.

 

Во время «Тебе поем» надо вспомнить грехи свои особенно тяжкие и просить прощения за них у Господа.

 

Если так простоишь литургию со всем вниманием и усердием, то непременно получишь пользу.

http://www.diveevo.ru/2/0/1/3320/

Share this post


Link to post

У каждого своя мера. Беседа о смирении. Митрополит Лимассольский Афанасий (Николау)

Мы приходим в мир сей, неся с собой тяжелый груз, - и этот факт научно доказан. Мы многое получаем в наследство, через ДНК, и каждый из нас призван бороться с тем, что есть негативного в этом наследстве. Если ты раздражителен, ты призван стать кротким, если жаден - призван стать милостивым, если разбалован - ты призван стать подвижником, закалиться. Как говорил старец Паисий, если ты говорун, тебе нужно стать святым говоруном. То есть говорить все время о Боге, стать сродни апостолу. Если ты силен - надо стать сильным святым.

Все можно обернуть на пользу, а самая большая арена для смирения - это брак, если им пользуются смиренно. В браке нет места эгоизму. Если имеется эгоизм, брак распадется, он затрещит по швам. В браке ты призван упразднить себя, служить своим детям, своему семейству. Ты трудишься каждый Божий день, идешь домой, и тут приходит сын твой или дочь и забирает у тебя деньги, говоря: «Мне нужно десять лир, чтобы пойти туда-то!»

 

Читать полностью...http://www.diveevo.ru/2/0/1/3323/

Share this post


Link to post

Не просто знать,а начать в конце концов познавать духовную жизнь в себе,можно всю жизнь учиться и не дойти до познания истины.Взять любое изречение Господа,самое,на наш взгляд незначительное и воплотить в себе.Кто из нас это делает?

Share this post


Link to post

Не просто знать,а начать в конце концов познавать духовную жизнь в себе,можно всю жизнь учиться и не дойти до познания истины.Взять любое изречение Господа,самое,на наш взгляд незначительное и воплотить в себе.Кто из нас это делает?

Многие делают. Но они в себе этого не видят, Господь скрывает - ради смирения.

 

Вот, св. Феофан Затворник предостерегает от желания познать духовную жизнь в себе:

 

"Не следует слишком заниматься собою. Отцы святые говорят: "Не меряй себя!.. Лучшая мера: "Ничего нет"... Господи, даждь положити начало благое!.. Господи, иже веси судьбами спаси мя!.. И мысль всякую гоните о мерянии себя, а, задняя забывая, совсем как бы его не было, - в передняя простирайтесь. Враг наводит на то, чтоб мерять себя, чтобы самомнение возбудить и испортить все дело. Всегда говорите себе: "Ничего нет, нечего мерять"".

Share this post


Link to post

Болезнь обличительства

 

Сергей Худиев об упоении чужими грехами

hudiev.jpg

Я знал одного человека, который очень боролся за правду и “обличал непотребства” (его выражение). Он был православным, потом католиком, потом мигрировал между различными протестантскими общинами, и везде ситуация развивалась по той же схеме, или, как говорят психологи, паттерну. Сначала был медовый месяц - ему все нравились, он всем нравился, такой открытый, щедрый, ревностный христианин, пламенеющий для Господа, потом человек обнаруживал “непотребства” и начинал их “обличать”. Другие члены общины сначала приходили в недоумение - чего это он? Потом, как добрые христиане, в раздумия о своих грехах - может, и правда мы в чем-то не правы, человек-то раньше хорошо себя показывал? Потом нарастающие обличения непотребств принимали уже явно неадекватный характер, и, с большой нервотрепкой и скандалом, борец удалялся, чтобы появиться где-то еще, и начать все сначала. Это было каким-то явным душевным расстройством, но когда человеку пытались объяснить, что проблема не в “непотребствах” окружающих, а в нем самом, он яростно отвергал такую возможность. Во всех конфликтах, которые неизбежно возникали у него со всеми, он был полностью прав и чист - борец за правду, страдающий от притеснений со стороны лицемеров и негодяев.

Он не один такой - я наблюдал и другие подобные случаи, хотя не так близко; когда человек охвачен страстью к обличительству, к тому, чтобы указывать ближним на их пороки и недостатки, в религиозной среде он приобретает словарь и массу полезных библейских (и отеческих) цитат для сокрушения зубов грешников. Это определенного рода нездоровье — и у психиатров есть для этого специальный термин. Но главная проблема тут в том, что человек в упор не видит своей проблемы — хотя он явно в гораздо более бедственном состоянии чем все, кого он обличает. hudiev141013.jpg

Это — патология. Но где начинается патология не вполне ясно; устойчивая дурная привычка может возникать и у людей вполне здоровых психически, и даже у определенных социальных групп. Одна из таких привычек — как раз страсть тыкать ближних носом в их предполагаемые или реальные грехи.

Эта страсть существует в двух изданиях — светской, в глянцевой обложке, и в церковной, в строгом коричневом переплете. Светские издания обожают скандалы — особенно, с участием религиозников. Нет ничего упоительнее греха ближнего, особенно если ближний на что-то такое высоконравственное претендовал. Но в религиозной среде еще хуже. Упоение грехами ближнего (причем иногда непроверенными сообщениями о грехах ближнего) поставляется в заслугу — как же, я обличаю зло! А Вы меня не одобряете, значит, продались злу!

Давайте подумаем, что такое обличение. Обличение отличается от радостного пинания своих ближних как своими целями, так и своими методами. Цель обличения — примирение, восстановление отношений человека с Богом и ближними. Подлинный обличитель хочет не затоптать, не уничтожить, не заклеймить, он ищет восстановить и уврачевать то, что было повреждено грехом. Как говорит Господь: “Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего”. Цель — приобрести согрешившего брата, и первое, о чем стоит подумать, это с какой целью я обличаю, чего я хочу этим добиться. Другая особенность подлинного обличения - это его методы. Обличение - это что-то, что Вы высказываете виновному лично. Это то, что требует личной встречи. Потом, в случае неудачи, надо обращаться к “двум или трем братиям”, потом — к Церкви.

То есть Вам следует лично поговорить с Вашим ближним, и сказать ему: “Вася, ты вчера выпил лишнего и публично проповедовал ересь нечестивого Евтихия, осужденного отцами Ефесского Собора, отцов же хулил как невежд, несведущих в Писании, чем привел в большое смущение остальных посетителей ресторана. Подумай о душе своей, брат!” Если Вася упрется в своем злочестии, следует призвать двух или трех братьев, затем — обратиться к Церкви.

Не следует распространять в социальных сетях рассказы о том, что Вася — злейший еретик, а тем более выкладывать записи его еретических речей.

Иначе получается что-то совсем другое, служащее не к приобретению братьев, а к разрыву отношений, не к созиданию, а к разорению. Всякий раз, когда Вы захотите публично обличить в сетях грехи Ваших братьев — подумайте, а обличение ли это вообще.

http://www.foma.ru/bolezn-oblichitelstva.html

Share this post


Link to post

В христианстве суббота уже во времена апостолов была заменена воскресным днем. В книге Деяний (гл. XX, ст. 7) мы читаем, что христиане для совершения таинства причащения собирались в первый день недели, то есть в день, следующий непосредственно за субботой, ибо субботой заканчивалась еврейская неделя. Другими словами, это было богослужение воскресного дня. Особенное значение этого дня отмечает также апостол Павел, говоря о сборе милостыни (1 Кор. XVI, 2). Лаодикийский Собор христианской Церкви уже определенно заменяет празднование субботы воскресным днем.

"Не подобает христианам иудействовати, – говорит его 29-е правило, — и в субботу праздновати, но делати им в сей день, а день воскресный преимущественно праздновати, аще могут, яко христианам". Причина этой замены вполне понятна: в первый день недели воскрес Господь наш Иисус Христос, и воспоминание этого события, самого важного в христианстве, придает и самому дню, с которыми оно связано, выдающееся значение. Поэтому требование четвертой заповеди о праздновании седьмого дня недели в Новозаветном христианстве относится к дню воскресному.

Итак, мы имеем определенную заповедь Божию о почитании праздников. Так как все заповеди даны Господом для блага самого человека, то очевидно и эта заповедь для людей полезна и необходима. Она так же важна и так же нужна, как и все остальные заповеди, ибо в ней выражается та же воля Божия, как и во всем Синайском законе. И однако нет, кажется, другой заповеди, которую мы нарушали бы так легко и так часто, как четвертую. По всей вероятности, это происходит оттого, что вредные последствия нарушения чествования праздников для нас не так очевидны, как вред от нарушения других заповедей. Убийство, кража, клевета — это явное зло, для всех понятное. Но будничная работа в праздник, разгул, занятия, не соответствующие значению Божьего дня, – кому от этого какой вред? Не наоборот ли? Труд ведь всегда полезен, и потому всякая работа, хотя бы и в праздник вполне допустима. Так думают многие. И однако нарушение, праздников есть несомненное зло, иначе Господь, вечно пекущийся о благе человека, не оградил бы их почитания особою заповедью.

Зачем же нужны праздники?

Однажды мне пришлось говорить с молодым английским студентом о том, почему так строго соблюдается воскресный день в Англии. "Знаете что, сэр, — сказал он, — как бы там ни было, но необходимо хотя бы один день в неделю иметь для лучших дум!.."

Эту же мысль подробнее раскрывает преосвященный Филарет, митрополит Московский: "Праздник — это благочестивое созерцание, в котором дух отдыхает от труда плоти и собирает силы для работных дней жизни". В самом деле, в течение недели мы, как в котле, кипим среди будничных забот и волнений, живем, как на базаре, где крикливая суета жизни заглушает все. Душа, как удушливым туманом, окутана назойливыми мыслями о житейских нуждах и дрязгах, о наживе, о карьере, об удовольствиях, о чем угодно, только не о Боге; и осадок этих дум, как копоть, как плесень, заволакивает душу, делая ум нечистым и сердце черствым. В душе копится слой нравственной грязи, и эту грязь необходимо время от времени очищать, чтобы не покрыться плотной коростой греха, под которой сейчас же начинается гниение и разложение духовных сил. В русском народе есть обычай по субботам каждую неделю ходить в баню. Так и душа нуждается в периодических своего рода нравственных омовениях. Такими омовениями для души и должны служить праздники.

Праздники — это душ для души. "День седьмой — Господу Богу твоему", — говорит заповедь. Долой все будничные заботы, серые мысли, грязные желаньица, ноющую зависть, недоброжелательность! На один день отдайте душу лучшим думам — думам о Боге, о любви, о вечности, о светлом мире ангелов и святых, о бессмертии будущего (чтобы вам самим ;стать лучше, чище, добрее). Стряхните с себя пыль житейской суеты, ибо благословил Бог седьмой день, и освятил его (Быт. II, 3). Подумайте хоть в этот день о душе, иначе вам грозит опасность, что дума о теле превратится для вас в суть жизни.

В этом главное значение праздника. Это — день очищения, и этого требует гигиена души.

Для человека немощного, мирского трудно жить постоянным устремлением к Богу. Это требует непрерывных усилий и хорошо дисциплинированной воли, ибо житейские мелочи постоянно стремятся овладеть сознанием и вытеснить оттуда всякую мысль о Боге. Бороться с этим напором постоянно, каждую минуту, не отступая ни на шаг, часто не под силу обыкновенному человеку, не искушенному в духовной борьбе. Церковь это знает и потому, оставляя в распоряжении человека для его житейских дел шесть дней в неделю, требует от него лишь один день особых усилий, чтобы ему вырваться из будничной сутолоки и напряжением духа хотя бы ненадолго подняться на очищающую и освящающую высоту. Это мудрая педагогика. Когда разумный воспитатель обучает своих питомцев гимнастике, он всегда на первых порах сильное напряжение чередует с продолжительными периодами отдыха: иначе легко надорваться. Так и в духовном воспитании: подъем духовных сил в день праздника сменяется длительным духовным ослаблением будней и потому легко выдерживается даже слабым, начинающим христианином. Так мало-помалу воспитывается и укрепляется душа. Прежде чем бегать, надо научиться ходить.

Таким образом, установление особых праздничных дней, прерывающих течение будней, имеет духовно-воспитательное значение.

Трудно вообразить, что представляла бы собой жизнь без праздников. Несомненно, нечто очень унылое, безрадостное. Случалось ли вам видеть фабричные города, где некоторые улицы сплошь состоят из фабрик и заводов? Более неприглядной картины, чем эти улицы, нельзя и вообразить. Серые, пыльные мостовые; грязно-красные бесконечно-монотонные корпуса, как коробки, без архитектурных украшений, без узоров, без стиля, с рядами однообразных окон, затянутых мелким переплетом рам; бесконечная вереница длинных голых труб, вытянувшихся к небу, как жерла пушек, и извергающих из своих пастей тучи едкого дыма и копоти. Чистого, ясного, лазурного неба не видно: оно все заплевано, загажено этими трубами и покрыто их серым дымом, как пылью. Нигде ни одного яркого, красочного пятна, которое оживило бы эту монотонную жуть. Все серо, убого, убийственно скучно. Везде грязь, копоть, от которых никуда не спрячешься.

Таковы должны быть впечатления жизни, состоящей из одних будней без праздников. Но душа не переносит этого удручающего однообразия: она требует ярких, цветочных пятен, горящего солнца, смеющегося неба, песни жаворонка, радости жизни. Все это дает праздник. При религиозном, христианском отношении к нему он приносит столько радости, столько чистых восторгов, что жаль становится тех людей, которые не получили церковного воспитания и никогда не переживали этого святого подъема праздничного настроения. Даже будни после праздника становятся как-то содержательнее, осмысленнее и потому интереснее.

Часто люди, привязанные к земле и думающие только о земном, говорят, что праздники понижают продуктивность народного труда, что праздничное время тратится непроизводительно и что лучше было бы использовать его для работы, ибо тогда люди были бы обеспеченнее и жили богаче. Но не говоря уже о том, что "не хлебом единым жив будет человек" и что цель жизни не в богатстве, а в развитии духа, чему содействуют христианские праздники, оказывается, что праздники не уменьшают, а, наборот, повышают производительность физического труда и, следовательно, способствуют накоплению материальных ценностей. Есть специальная книга заграничного ученого Нимейера, посвященная этому вопросу и озаглавленная "О покое воскресного дня". В этой книге на основании статистических данных доказывается одна очень простая мысль: человеческая рабочая энергия изнашивается чрезвычайно быстро и нуждается для своего восстановления в определенных периодах отдыха; в противном случае качество и напряженность работы понижаются, так что время, выигранное от отмены праздничного отдыха, пропадает почти безрезультатно и общей продуктивности труда не увеличивает.

Кроме того, классическим опровержением указанного возражения служит самая богатая из европейских стран – Англия. Нигде так строго не соблюдается покой воскресного дня, как здесь. Если когда-нибудь вам придется быть в будний день в центральной части Лондона, так называемом Сити, то вы будете ошеломлены тем бешено шумным потоком жизни, который мчится по главным улицам. Движением заполнены все: тротуары, по которым бесконечной лентой струится густая толпа озабоченно-деловых людей; сплошной массой по асфальтовой мостовой несутся экипажи разных родов — кэбы, автомобили, ручные тележки, элегантные фаэтоны, грузные автобусы и т. д.; под землей тоже лихорадочное движение: там, на глубине шести сажен, по особым подземным коридорам-трубам со страшной быстротой бегут электрические поезда; поезда так называемого метрополитена то ныряют под землю, то взбегают на высокие эстакады и грохочут над вашей головой... Все это создает впечатление настоящего столпотворения.

Но придите сюда в воскресный день, и вы будете поражены совершенно иной картиной. Все тихо. Витрины магазинов, многочисленные конторы, банки — все закрыто. Улицы точно вымерли. Не видно почти ни души. Редко-редко покажется прохожий, идущий куда-то быстрыми шагами, как будто конфузясь своего одиночества и необходимости, заставившей его нарушить традицию. В пустых коридорах улиц одинокие шаги раздаются странно звонко и отчетливо. Прошел — и снова все замолкло. Только бобби, эти великолепные лондонские полисмены, как изваяния, неподвижно стоят на своих постах, оттеняя еще более неподвижность картины. Все население после церковной службы проводит время дома — или у рояля, под аккомпанемент которого поются священные гимны, или в беседе с приятелями у камина. Так Англия проводит воскресенье. К этому следует еще прибавить, что уже в субботу с 12 часов дня занятия повсюду прекращаются, и тем не менее Англия — самая богатая и самая промышленная страна в Европе.

Итак, праздники нисколько не уменьшают производительности народного труда. Но, конечно, для того, чтобы они приносили действительную пользу человеку, очищая и возвышая душу, для этого необходимо проводить их должным образом. У нас, к сожалению, праздник обыкновенно означает только усиление житейской суеты. Гости, концерты, вечера, балы, театры, посиделки, карты, выпивка — все роды развлечений, часто грубых, часто безнравственных — все это намеренно пригоняется к празднику: в будни некогда. Понятно, что проводить праздник таким образом вовсе не означает посвящать его Богу или отдыхать. В результате получается лишь утомление, какой-то мутный осадок, душевное отупение. Можно прямо сказать, что гораздо лучше работать, чем наполнять время этой суетой, отравляющей душу.

Как же следует проводить праздники по-христиански?

Посмотрите на пример Господа Иисуса Христа. Что Он делает в субботу, то есть в праздник?

У евангелиста Луки есть такое замечание: и вошел, по обыкновению Своему, в день субботний в синагогу (Лк. IV, 16).

Вот что было праздничным обыкновением Иисуса Христа: Он шел в синагогу, то есть в молитвенный дом. У нас синагоги заменены храмами, и, следовательно, наша первая обязанность — посещение храма.

Действительно, храм Божий и общественное богослужение являются могущественным средством духовного воспитания, просветления, очищения. "Действие Божественной литургии велико... — пишет Гоголь. — Если только молящийся благоговейно и прилежно следит за всяким действием, душа его приобретает высокое настроение, заповеди Христовы становятся для него исполнимы, иго Христово благо и бремя легко". "Люблю я молиться в храме Божием, говорит о. Иоанн Кронштадтский, — особенно в св. алтаре, у престола или у жертвенника Божия, ибо чудно изменяюсь я в храме благодатию Божиею; в молитве покаяния и умиления спадают с души моей терния, узы страстей, и мне становится так легко... я оживаю в Боге и для Бога... я делаюсь как дитя, утешаемое на коленях матери; сердце мое тогда полно пренебесного сладкого мира... ко всем чувствуешь дружество и любовь, к самим врагам, и охотно их извиняешь и прощаешь".

Храм внушает мысль о Боге и стремление к Нему. Даже внешний вид его: эти позолоченные главы, похожие на горящие свечи с остроконечным языком пламени, взвившемся к небу, зовут оторваться от земли туда, в высь, в бесконечное. А богослужение и поучает, предлагая вниманию молящихся все содержание христианства в ряде глубоких символических образов, и утешает, и смягчает, и возвышает. Вот небольшой отрывок из письма пятнадцатилетней девочки, передающий впечатления юной души под действием богослужения: "Я пою Тебе чудную песню, Тебе, Высокому, Светлому, посылающему в душу мою веяние неземного блаженства... Ярко играют солнечные лучи, светлые и радостные на голубых сводах храма. Нежно реет в вышине белый голубок и колышется в прозрачных струях ладана. Мягкие, легкие струи незаметно поднимаются кверху. Смеющиеся солнечные лучи прорезают их и падают на полукруглые своды... Как прекрасен этот яркий день! Как ясно голубое небо! Как радостно-звонко поют хвалу Тебе молодые, красивые голоса! Как дивно здесь, в Твоем храме! Как горят все сердца чистою любовью к Тебе!.. Весь мир — великий храм Твой, и все в этом храме прекрасное и светлое, и все поет Тебе песнь звенящую и прекрасную, звучащую восторгом и нежною любовию: мы любим, любим Тебя, о, Светлый, Высокий, Прекрасный!..

Тихо входим мы в полутемный храм и благоговейно преклоняем колени пред таинственным алтарем Твоим. Неслышно летит вверх, к полутемным сводам первая молитва трепещущих сердец, горящих беспредельной любовью к Богу. Ровным светом теплятся впереди свечи. Плавно льются давно знакомые, дорогие сердцу напевы... И из самой глубины взволнованной души несется к Нему, распятому нами, страдающему за нас, любящему нас, горячая и чистая молитва:

"Боже, Боже! Видишь Ты наше горе, видишь Ты тьму, в которой мы живем, видишь, как рвутся души наши к свету Твоему!.. Из горячих, любящих сердец несется к Тебе пламенная чистая молитва за тех, которые не знают этого блаженства молиться Тебе, за тех, в душах которых нет ни искры великой любви Твоей, согревающей и просвещающей сердца всех! О, они не знают, какое блаженство чувствовать Тебя в сердце своем, какое блаженство в любви к Тебе, как легко и радостно прощать все обиды людям во имя Твое! О, Тебе, Великому, Милосердному, молимся мы: дай им хоть на минуту понять Тебя, дай им хоть мгновение возрожденным и очищенным от житейской грязи сердцем помолиться Тебе, дай им в сердцах своих ощутить светлую и прекрасную любовь к людям! Пробуди в душах их все хорошее, чистое, что исчезло под грязью жизни и что и сейчас еще спит глубоким сном в их сердцах!"

Таковы впечатления чистого детского сердца от православного богослужения, и так возвышенно настраивает храм!

Недаром древние христиане так ценили праздничное общественное богослужение и так стремились к нему, что даже опасность смерти их не останавливала.

Из истории Церкви известен такой случай.

В царствование византийского императора Валента одно время свирепствовало тяжелое гонение на православных христиан. Особым эдиктом запрещалось посещение православных храмов. Запрещение это сопровождалось угрозой, что все, явившиеся к богослужению, будут избиты в самом храме. Исполнение эдикта поручено было городскому префекту. Рано утром, когда, по сведениям префекта, Должно было начаться православное богослужение, он отправился к храму в сопровождении вооруженного отряда. Он рассчитывал, что императорский эдикт так напугает христиан, что никто не посмеет прийти в церковь. Каково же было его удивление, когда он заметил, что улицы, прилегавшие к храму, были полны христианами, стремившимися к литургии. Особенно поразило его, когда! он заметил выходящую из одного дома молодую женщину христианку с ребенком на руках.

Слушай, — сказал он, — куда Ты идешь?

В церковь, — отвечала она.

Но ведь ты знаешь эдикт?

Да, знаю, — спокойно промолвила она.

И ты не боишься смерти?

О, — сказала она, и ее глаза засияли восторгом, — я с радостью умру за Христа!.. Смотри: все идут... Неужели я могу пропустить такой случай — пострадать за Господа...

Но пожалей хоть ребенка... Зачем его взяла?

— Я хочу, чтобы и он разделил мое счастье... Он достаточно велик, чтобы исповедать имя Господа Иисуса Христа.

Префект был смущен, взволнован, потрясен. Эдикт императора не был исполнен.

Так дорожили христиане храмом и богослужением. Понимая все значение богослужения для христианского воспитания, VI Вселенский Собор издал даже следующее строгое правило о праздниках: "Аще кто, не имея никакой настоятельной нужды, или препятствия... в три воскресные дни в продолжение трех седмиц, не приидет в церковное собрание: то клирик да будет извержен из клира, а мирянин да будет удален от общения".

Таким образом, посещение храма является первой обязанностью христианина в праздник.

Вторая обязанность — благотворение. Этому также учит пример Господа, исцелившего сухорукого в Субботу и тем показавшего, что в субботу должно добро делать.

Наконец, все роды богоугодных занятий – домашняя молитва, чтение душеполезных книг, религиозные беседы и т. д. – наиболее приличествуют празднику, ибо этим и освящается праздничный день, как того требует заповедь:

Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай [в них] всякие дела твои, а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему (Исх. XX. 8-9).

епископ Василий Кинешемский

http://azbyka.ru/hristianstvo/bibliya/novyi_zavet/kineshemskiy2-all.shtml

Share this post


Link to post

Живем мы на земле, и Бога не видим, и видеть не можем. Но если Дух Святой придет в душу, то мы увидим Бога

Многие богатые и сильные дали бы дорого за то, чтобы увидеть Господа или Его Пречистую Матерь, но не богатству являет Себя Бог, а смиренной душе.

Когда душа Духом Святым познает Господа, то каждую минуту непрестанно удивляется она милосердию Божию и величию и могуществу Его. Но если душа еще не стяжала смирения, а только стяжевает, то будут у нее перемены: по временам пребывает она в борьбе с помыслами и не имеет покоя, а иногда получает свободу от помыслов, и созерцает Господа и разумеет любовь Его. Поэтому и говорит Господь: «Научитесь от Меня кротости и смирению, и обрящете покой душам вашим».

И если кто не научится смирению, любви и незлобию, то не даст ему Господь познать Себя. А душа, познавшая Господа Духом Святым, уязвлена любовью Его и не может забыть.....

Великая разница между самым простым человеком, познавшим Господа Духом Святым, и человеком, хотя бы и очень великим, но не познавшим благодати Святого Духа.

Великое различие веровать только, что Бог есть, познавать Его из природы или от Писания, и познать Господа Духом Святым. Кто познал Бога Духом Святым, у того дух горит любовью к Богу день и ночь, и не может душа его привязаться ни к чему земному.

Душа, не испытавшая сладости Духа Святого, радуется от тщеславия мирской славе, или богатству, или власти; а душа, познавшая Господа Духом Святым, желает только одного Господа, а богатство и славу мирскую вменяет ни во что.

Душа, которая вкусила Духа Святого, по вкусу разбирается. Писано: «Вкусите и видите, яко благ Господь» (Пс. 33, 9). Давид познал опытом, и доныне Господь дает Своим рабам опытом познать Свою благость, и будет учить рабов Своих до скончания века.

Кто познал Бога Духом Святым, тот от Него научился смирению, и уподобился своему Учителю, Христу Сыну Божию, и на Него стал похож.

«Господи, сподоби нас дара Твоего святого смирения. Господи, даруй нам туне смиренного Духа Твоего Святого, как туне пришел Ты спасти людей и вознести их на небо, чтобы видели славу Твою».

О, Христово смирение! Знаю я тебя, но стяжать не могу. Плоды твои сладки, потому что они не земные. (Силуан Афонский)

 

http://predanie.ru/lib/book/87117/

Share this post


Link to post

БОГ ВИДИТ КРИВО.

Батюшка Порфирий Байрактарис говорил:"Человек видит так (прямо), тогда как Бог видит так (по кривой траектории)". Это говорил он с соответствующими движениями руки, как бы мы говорили, что кто-либо может видеть невидимую сторону луны. Очевидно и старец видел аналогично, по кривой траектории.

Share this post


Link to post

Встречаясь со скорбями, может ли христианин молить Бога об избавлении от них или просить других молиться за него?

На этот вопрос прпп. Варсонофий Великий и Иоанн отвечают так: Совершенные не отстраняют от себя гнев Божий, потому что всю надежду возлагают на Бога; но мы, как плотские и нуждающиеся еще в земных вещах, будем осуждать самих себя, как согрешающих в том и отстраним от себя гнев Божий молитвою и псалмопением, моля Бога, да простит Он нас, и впредь будем стараться благодарить Бога. Ибо после, как это пройдет, грехи наши навлекут на нас еще худшее, и без покаяния и милостыни невозможно прекратить постигающие нас бедствия.

Как видно из ответа преподобных, в таких случаях можно поступать двояко. Для более слабых духом необходимо молиться и каяться в грехах (хотя бы и неосознанных), чтобы смягчить гнев Божий и отстранить от себя новые, может быть, еще более тяжелые скорби.

Но наиболее сильные духом христиане не считают возможным уклоняться от скорбей, как от воли Божией – всегда благой, в чем бы она ни проявилась.

Прп. Антоний Великий пишет про это: Как неуместно не благодарить врачей за оздоровление тела и тогда, когда они дают нам врачевства горькие и неприятные, так неуместно и оставаться неблагодарными к Богу за то, что кажется нам нерадостным – не разумея, что все бывает по Его промышлению и на пользу нам.

А прп. Исаак Сирианин так говорит о праведнике: Если встретятся ему скорби, то он как бы уверен и точно знает, что скорби доставят ему венец; и терпит их со всякою радостью, принимает их с веселием и радованием. Ибо знает, что Сам Бог по причинам, полезным ему, предназначает их в Своем неявном промышлении о неведомом для нас.

Вот один из примеров этого.

Один инок приходил к келье великого старца и крал у него жизненные припасы. Старец видел это, но не обличал брата, а занимался более усердно рукоделием, говоря: «Думаю, этот брат нуждается». И старец нес тяжкую скорбь, терпя большой недостаток в хлебе.

Когда старец отходил ко Господу, братия окружили его. Он, увидев между ними брата, который постоянно крал у него хлеб, сказал ему: «Подойди ко мне, брат». Когда брат подошел, старец схватил его руки и начал целовать их, говоря: «Благодарю эти руки, при посредстве их я надеюсь войти в Царство Небесное». Инок раскаялся, принес покаяние и сделался строгим монахом.

Так покорность воле Божией в посылаемой скорби послужила на великую пользу и самому старцу, и согрешившему иноку.

Поэтому в тех случаях, когда христианина постигает какое-либо несчастье или скорбь, святые отцы всегда предлагают понести ее терпеливо, благодушно и не отвращаться от нее, и в смирении считать себя достойным еще больших несчастий, чем посланное.

К старцу Леониду Оптинскому пришел горшечник, один из его духовных детей, у которого украли колеса от повозки, на которой он отвозил на базар изготовляемые им горшки.

Он сказал старцу, что знает вора и может отыскать колеса. «Оставь, Семенушка, не гонись за своими колесами, – ответил старец, – это Бог тебя наказал; ты и понеси Божье наказанье, и тогда малою скорбью избавишься от больших. А если не захочешь потерпеть этого малого искушения, то больше будешь наказан».

Горшечник послушал старца. И, по его свидетельству, в поздние времена ему грозили большие несчастия, но Господь всегда избавлял его от них.

Нельзя при скорбях надеяться отвратить их без молитвы и покаяния посредством каких-либо святынь, ища от них спасения, подобно тому, как язычники применяют талисман.

Так в одном семействе повторялись семейные несчастья. Супруги приехали в Оптину пустынь и обратились за помощью к своему земляку – иеромонаху Гавриилу. Тот вздумал было помочь их горю херувимским ладаном, но предварительно пошел за благословением к старцу Леониду.

«Не прав ты, – сказал ему старец, – поможет ли тут херувимский ладан? Где гнев Божий, там Господь не щадит и Своей святыни. Тут потребно искреннее раскаяние в грехах, за которые послан гнев Божий, и исправление».

И когда беды являются следствием греха, то единственным средством избавления от них является покаяние и понесение произвольного наказания – епитимий.

Вместе с тем, как говорит свт. Игнатий Брянчанинов: Во время напастей не ищи помощи человеческой. Не трать драгоценного времени, не истощай сил души твоей на искание этой бессильной помощи. Ожидай помощи от Бога: по Его мановению в свое время придут люди и помогут тебе.

Когда не хватает силы терпеть, святые отцы рекомендуют нам различные способы для приобретения терпения в страданиях. Для этого надо вспомнить самые трудные и тяжкие минуты своей жизни и сравнить с ними тяжесть, которую сейчас переносишь. Также можно приводить себе на ум те сильные страдания и несчастья, которые терпят другие люди (например, в темницах, на одре неизлечимой и тяжкой болезни, при умирании от голода и другое), и тогда свои личные страдания могут показаться незначительными.

Прп. Исаак Сирин говорит: Содержи всегда в уме тягчайшие скорби скорбящих и озлобленных, чтобы самому тебе воздавать должное благодарение за малые и ничтожные скорби, бывающие у тебя, и быть в состоянии переносить их с радостью.

«Вместе с тем, – как пишет о. Александр Ельчанинов, – нет другого утешения в страданиях, как рассматривать их на фоне «того мира»; это и по существу единственная точка зрения верная. Если есть только этот мир, то все в нем сплошь бессмыслица; разлука, болезни, страдания невинных, смерть. Все это осмысливается в свете океана жизни невидимой, омывающей маленький островок нашей земной жизни. Кто не испытывал дуновений «оттуда» в снах, в молитве? Когда человек находит в себе силы согласиться на испытание, посылаемое Богом, он делает этим огромный шаг вперед в своей жизни.

Наши трудности и горести, если мы их несем добровольно, соглашаемся на них, питают и укрепляют душу, они непосредственно превращаются в богатства духовные: «кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу» (2 Кор. 4, 17), это благодатный ветер, надувающий паруса нашего духа...

И в тот момент, когда человек с благодарностью примет от Бога посланные ему страдания, он сразу войдет из них в такой мир и счастье, что всем кругом него станет светло и радостно. Лишь бы пожелать этого – и Бог пошлет.

Поэтому мужественная душа инстинктивно ищет жертвы, случая пострадать и духовно крепнет в испытаниях».

Вместе с тем христианин должен помнить о том, что как радости, так и скорби в мире часто бывают кратковременными и одна сменяет другую. Об этом так пишет митрополит московский Филарет: «Почему вы думаете, что далеко радость? Она близко: позади скорби, как в Песне Песней: «Жених за стеною близ невесты». «Вечер водворится плач, и заутра радость» (Пс. 29, 6)».

Вместе с тем, как пишет митрополит, что плач святых о временном лишении не назван благоприятною жертвою Богу, а наше продолжительное и тяжкое сетование не только не богоугодно, но даже бывает грешно. Нам сказано: «Не скорбите, как прочие, не имущие упования».

«Наше дело нести налагаемые кресты с любовью, детским смирением и христианским терпением, а не измерять их и не сравнивать с другими, не сетовать в лишениях, а бодрствовать над собою и крепиться, дабы, изнемогши, не лишиться уготованной награды.

Поэтому, если терпишь скорби безвинно, благодари Бога. В слове «безвинно» есть сильное врачевство против скорби».

Святитель Игнатий Брянчанинов говорит: Упражнение в самоукорении вводит в навык укорять себя. Когда стяжавшего этот навык постигает какая-либо скорбь, тотчас в нем является действие навыка, и скорбь принимается как заслуженная.

Святитель Феофан Затворник пишет, что за всякую неприятность благодари Бога, помня, что она послана ради твоей пользы.

«Главная причина всякого смущения, – говорит прп. Авва Дорофей, – если мы тщательно исследуем, есть то, что мы не укоряем себя. Отсюда проистекает всякое расстройство: по этой причине мы никогда не находим спокойствия».

«Укоряющий себя, куда бы ни пошел, – сказал и прп. Пимен Великий, – что бы с ним ни случилось, вред ли, или бесчестие, или какая скорбь, уже предварительно считает себя достойным всего неприятного и никогда не смущается. Может ли быть что спокойнее этого состояния».

Здесь, вместе с тем, следует предупредить, что укорение себя должно быть только в грехах, но отнюдь не за какие-нибудь житейские ошибки или промахи, вызвавшие те или иные несчастья.

Про это так пишет старец Зосима из Троице-Сергиевой Лавры: Несчастия и горести посылаются нам Провидением для испытания нас, для укрепления нас в подвижнической жизни.

Величайший подвиг – терпеть без ропота до конца дней своих все, что ниспосылается нам в этой земной жизни, полной печали и слез. «Претерпевший же до конца спасется».

Однако никогда не нужно приписывать себе тяжелых случаев, бывших с тобою и близкими тебе. Нет, все это не от себя, а ниспосылается тебе как крест. Неси же его благодушно, воодушевленный светлой надеждой и твердой верой, что там, «идеже несть ни болезнь, ни печаль, ни воздыхание», там, в вечной жизни, скорбь, перенесенная здесь с упованием и терпением, даст тебе и твоим близким такую радость и такую близость к совершенной Любви и Истине, которую и вообразить себе человек не может.

Если ты несешь скорбь с терпением, этим ты свидетельствуешь свою верность Христу, свою преданность Спасителю и свою любовь к Воскресшему из мертвых и нас всех к Себе зовущему.

Переживая скорбь, никогда нельзя считать виновным в ней своего ближнего. Об этом так пишет архиеп. Варлаам Ряшенцев: Терпи обиды, неприятности, несправедливости, не дерзай по гордости винить в них твоего ближнего. Вина лежит в тебе, а не в нем: Господь желает очистить твои грехи, вот и посылает тебе как бы незаслуженную обиду и скорбь, но она заслужена тобою, твоими разными грехами, другими, прежними.

И прими скорбь с радостью, как лекарство очистительное от Самого Господа, а обидчика считай небесным другом, целителем твоей души.

Бойся судить обидчика, укорять и винить – он твой благодетель, допущен Богом для очищения твоих грехов, для твоего смирения и терпения.

Итак, при перенесении страданий и невзгод для христианина ропот и выражение недовольства совершенно недопустимы.

Святые отцы запрещают даже жаловаться на погоду, говоря, что «слишком холодно» или «слишком жарко».

Будем помнить также, что Господь не оставляет нас никогда. И Он с нами в самые скорбные, безотрадные минуты. Будем помнить слова из псалма: Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его… и явлю ему спасение Мое (Пс. 90, 15–16).

О том же пишет и апостол Павел: По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше (2 Кор. 1, 5).

Великое приобретение для христианина, когда он научится в жизни одинаково принимать от Господа все, что ему посылается – сладкое и горькое, легкое или тяжелое, радостное или печальное, и с неизменной благодарностью к Богу говорит себе: Я и той доли не стою, которой в настоящее время наградил меня Господь.

Вот еще что про восприятие страданий писала одна христианка: «Господь – со мной.

Он меня любит. Чего мне бояться? Сколько радости и утешения и силы несут с собой эти слова!

1) Господь все знает и любит меня. Он покроет мою ошибку, если так лучше для меня.

2) Я больна, меня ждут большие страдания. Но Господь все знает и любит меня. Если Он мне посылает страдания, то Он с заботливостью матери пошлет помощь, а страдать не даст выше сил.

3) Господь все знает и любит меня и, если нужно, пошлет мне хоть одну отзывчивую душу.

Слова эти применимы во всех обстоятельствах жизни, во всех состояниях души. Но для этого нужна чистая и крепкая связь души с Господом».

Однако, по словам старца Силуана, страдание не принесет пользы, если человек не смирится.

О. Александр Ельчанинов пишет: Постоянное явление (у некающихся грешников), что страдания не обращают души к Богу, что они бесплодно раздавливают ее и являются, таким образом, безрезультатными.

Тогда человек под влиянием несчастий как-то грубеет. И это ясно от чего: человек и жадно кидается на жизнь, на счастье, ставит его выше всего, вне Церкви, Бога, любви ко Христу, и обрушивается несчастье, застает его врасплох, озлобляет, огрубляет его.

Пот, слезы, кровь... Если проливается пот с внутренним противлением, злобой, проклятием; если слезы – от обиды, злобы; если кровь (болезнь) – без веры, то ничего доброго душа не приобретает...

Почему так спасительны были страдания блудного сына? Почему он, «войдя в себя», нашел путь спасения? – Потому что он вспомнил дом отца, потому что он твердо знал, что есть этот дом; потому что он любил его, потому что – оставив язык образов – грешник этот верил в Бога. Вот что спасает нас в страданиях. Вот что открывает нам врата Небесного Чертога, единственные врата, в которые стоит стучаться.

Поэтому страдания, с точки зрения духовного роста, ценны не сами по себе, а только по своим результатам. Отнимая земное счастье, они ставят человека лицом к лицу с высшими ценностями, заставляют его открыть глаза на себя и мир, обращают его к Богу.

Отсюда следует, что земное счастье, связанное со всегдашней памятью о Боге, не исключающее напряженности духовной жизни, – есть безусловное добро; равно как страдания, если они озлобляют или принижают человека, не преображая его, не давая благотворной реакции, – только сугубое зло.

Это ответ на очень распространенное убеждение, что Церковь и Евангелие осуждают всякое земное счастье и зовут к страданиям ради них самих.

Отсюда можно также заключить, что характер восприятия человеком скорбей является показателем его близости к Богу и наличия в нем основных христианских добродетелей – веры, смирения и покорности Промыслу Божию о нем.

игумен Митрофан Гудковиз книги: «Помоги Господи не унывать»

Share this post


Link to post

Святые отцы учат благодушно сносить скорби. Сложно благодушно сносить скорби, когда скорбишь о близких людях и не близких, попавших в тяжелые жизненные ситуации.

Share this post


Link to post

Иеромонах Серафим Роуз: "Следует избегать крайностей - обмирщения и сверхдуховности… Не означает, что мы не должны иметь реалистического представления о тех законных требованиях, которые предъявляет нам мир, или что мы должны перестать почитать великих отцов исихазма и пользоваться их разумными поучениями или сами прибегать к Иисусовой молитве в соответствии с нашими обстоятельствами и возможностями. Это лишь должно быть на нашем уровне… "

Share this post


Link to post

Узкий путь - он узкий не только по ширине, но и по высоте. И сверх-духовность, и обмирщение выходят за рамки узкого пути.

 

Хотя лучше всего об этом у прп. Амвросия Оптинского, где он говорит о колесе: человек должен быть подобен колесу - оторван от земного и устремлен к Небесному, и лишь самой своей нижней одной точкой, как и колесо, касаться земли, но не отрываясь от нее.

 

Это - идеал.

Share this post


Link to post

Цитаты о.Иоакима (Парра):

 

Покаяние-это радикальное изменение направление жизни человека.

 

Сколько мы потеряли впустую времени и сил, переживая о том, что делают и что говорят другие люди,вместо того, чтобы переживать о том, что делаем и говорим мы сами?

 

Нашим проблемам нет магических решений - только смерть, только крест, только самопожертвование.

 

Мы познаем, что это христиане, по тому, как они любят друг друга. Скажут ли это про нас? Это и есть мера всего.

 

Бог внимает тому, что нам нужно, а не тому что нам хочется. Если вы принимаете все, потому что любите Бога, у вас всегда будет мир на сердце. Ничто не сможет вас поколебать.

 

Итак, скажи мне кто твои друзья? С кем ты провёл сегодня день? С радостью? Любовью? С терпением? С добротой? Или с унынием? Злостью? Печалью? С кем ты сегодня был? Подумайте об этом. Мы выбираем то, что наполняет нашу жизнь.

 

Мы обижаемся потому, что думаем, что представляем собой нечто важное.

 

Жизнь не трудная. Ты трудный. Жизнь-это мир. Жизнь - это Евангелие. Но ты не живёшь по-евангельски, и это причина твоих проблем.

 

Все страсти взаимосвязаны. Если вы гневливы, то будете иметь и плотские желания, будете осуждать и раздражаться. Все страсти связаны между собой - если поддадитесь одной, они все войдут в вас.

 

Ты интересуйся. Ты молись. Ты верь. Ты люби. И когда ты будешь так поступать, это передастся твоим братьям, и они ответят тебе тем же.

 

Трусы всегда бегут с передовой, но обычно те, которые убегают, не бегут искать Бога в другом месте, они просто бегут.

 

Каждый должен иметь духовника. Если у вас его нет, у вас есть дурак, который руководит вашей жизнью, и этот дурак - вы.

 

Если вы посещаете богослужение, вы знаете, что мы непрестанно совершаем крестное знамение. Мы носим крест на шее. Кресты окружают нас повсюду. И целый день мы просим Бога: дай нам мне крест! А как только он даёт нам крест, сразу кричим: «За что?» Мы - сумасшедшие. Единственный путь к Господу – через крест.Если он даётся вам, вы должны не бежать, а радоваться, потому что через это понимаете, что движетесь в правильном направлении.

 

Мы стоим перед Богом с исковерканной душой. Так что, какая разница, чья душа исковеркана больше моя или ваша - они все исковерканы.

 

Мы находимся здесь для того, чтобы искать единства с Богом и любить ближнего. Других причин не существует. Это единственная причина, по которой мы сотворены.

 

Евангелие говорит совершенно определённо: любовь есть мера всех вещей. Если вы делаете что-то без любви, это не имеет ценности.

 

Мы с вами должны стать руками Христа, Его лицом, Его дыханием. Своим присутствием мы можем либо отвратить людей от Веры, либо дать им свободу.

Самая лучшая проповедь и самое лучшее наставление, которое мы можем дать людям- это пример нашей собственной жизни по Священному писанию. Это христианская жизнь, реализуемая не в красивых и правильных словах, а в конкретных жизненных ситуациях каждого дня. Если это будет, люди сами станут подходить к нам испрашивать нас о той вере, которая сделала нас такими.

 

«Комфортабельного» христианства не существует! Когда вы приходите в церковь и слышите слово Божие, вас должно бросать в жар от того, насколько далеко вы от него стоите. Вас должно трясти, когда вы подходите к причастию.

 

Никто не может быть верующим в одиночку.

 

Если вы живете по Евангелию, но не проповедуете его, вы не живете по Евангелию.

То, как мы отвечаем на посланное нам Богом, - вот что управляет нашей жизнью, а не происходящие с нами вещи. Бог печётся о нас, и, зная наши нужды, даёт нам только то, что нам необходимо. Он не даст нам больше, чем мы можем понести, и Он любит нас больше, чем мы любим сами себя, но мы в это не верим…

 

Люди, которые раздражают нас больше всего-это люди, которые напоминают нам о том, кем мы сами являемся, и нашей агрессивной реакцией мы пытаемся сказать,что это не мы.

 

Мы все сумасшедшие, просто в разной степени. Каждый, кто совершает грех, душевнобольной. Как ты можешь грешить, несмотря на то, что Бог даёт тебе Свою благодать и Свою любовь?

Share this post


Link to post

Из книги о.Пантелеимона Ледина "Невидимая битва":

Пришёл в храм мужчина лет тридцати и начал жаловаться на свою жизнь, но не без рисовки, вот мол, всё не так складывается: и шесть лет отсидел от звонка до звонка, женщин много, а любви нет, дела крутил, а сейчас апатия...Проверил его (мощевиками): на голове, сердце, кишечнике, половых органах - бесы, и приличные. Поговорили с ним. Вся его коротенькая жизнь - это драки, пьянки, кражи, обман, измены; весь набит бесовщиной, как баночка шпротами...а Бог не нужен. Церковь не нужна. Слышал, что есть батюшка, который помогает, вот и пришёл. С таким же успехом ходит к бабкам: лишь бы помогло. Пришлось выпроводить: как я ни старался объяснить несовместимость его звания христианина, а он таковым по крещению является, с хождением по колдуньям, он не понял.

Share this post


Link to post

Из книги о.Пантелеимона Ледина "Невидимая битва":

Проверил его (мощевиками): на голове, сердце, кишечнике, половых органах - бесы, и приличные.

 

:swoon000: Что-то я первый раз читаю о таком методе... "УЗИ" при помощи мощевика. Очень, очень странно...и смутительно. Возможно я чего-то не знаю и не понимаю, простите, если задела высказыванием.:blush000:

Edited by Мария*******

Share this post


Link to post

Светильник для тела есть око. Итак, если око твоё будет чисто, то и всё тело твоё будет светло; если же око твоё будет худо, то всё тело твоё будет темно. (Матфей 6,22-23).

Share this post


Link to post

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

  • Similar Content

    • Guest samaryanka
      By Guest samaryanka
      Служу в храме 15 лет.Не по наслышке знаю о трудностях и искушениях клиросного послушания.Но неужели все так безнадёжно?Не из этого ли мнения следует то,что многие священнослужители оберегают своих чад от клиросного послушания.На клиросе спастись невозможно,значит,нужно бежать с него не оглядываясь.А в хоре пусть поют наемники!....
×
×
  • Create New...